Заплечная. (Просто Маша)

— Ты где порвала чулки?
— Да вот, о танк зацепилась!
— Бывает, тут ракетчики проезжали, так я о ракеты…
Из разговора двух «заплечных».

     
Заплечными на жаргоне водителей зовут проституток, основными клиентами которых являются водители-дальнобойщики. Из всех поз наиболее удобная в кабине грузовика — ноги на плечи. Конечно, бывает, что и чулки рвутся о фурнитуру на погонах. Это, так сказать, издержки профессии.

     Наиболее известной заплечницей на этом участке дороги была Мария, а для друзей и клиентов просто Маша.

     Маша презирала мужчин с детства. Ее отец был беспробудным пьяницей. Когда Маше было всего пятнадцать лет, он изнасиловал ее. Ее мама, обливаясь слезами, валялась в ногах у дочери и просила не писать в милицию заявления, иначе папу посадят. Маша в милицию не пошла, но с тех пор возненавидела водку и всех мужчин.

     Став немного старше, она поняла, что мужчин можно не только ненавидеть, но и получать от них деньги. Конечно, не просто так, а в обмен на интимные услуги.

     Толковой гостиницы в ее городке не было, и основным местом работы стала трасса. На свой первый выход она пошла, еще учась в школе. С первой получки она купила папочке литр паленой водки. Она знала, что остановиться, пока была в доме хоть капля спиртного, папа не мог. Эта доза свела его в могилу. На похоронах и поминках она не присутствовала. Не было и никаких угрызений совести: из-за него она стала дорожной проституткой.

     За пятнадцать с лишним лет она изрядно поднаторела в искусстве любви в салоне автомобиля. Слухи о лихой «тёлке», способной высосать мозги через :хм, расползлись далеко за пределы ее родного городка. Со временем у Марии появились постоянные клиенты, в основном водители больших грузовиков.

     Женщина, душа которой была поломана еще в юности, мечтала только об одном: заработать как можно больше денег.

     Ей уже давно перевалило за тридцать, что для «ночной бабочки» в нынешние времена большая редкость, но вид она имела вполне товарный. Как считали молодые конкурентки, Маша знала старинный рецепт приготовления молодильной мази из мужской спермы, и других приправ, позволяющий так хорошо сохраниться.

     Ни фигура, ни личико не выдавали ее возраста, тем более, что ночью, в машине особо не разглядишь, с кем имеешь дело.

     Мужчина для удовольствия.

     Пять лет назад она познакомилась с Кириллом.

     Он был один из ее знакомых клиентов. Она его несколько раз уже обслуживала на трассе. Пока она с ним работала, машина стояла на обочине, и в нее врезалась легковушка с пьяным встельку водителем. Им с Кириллом повезло: все отделались только ушибами, но продолжать путь было нельзя. Мест в гостинице не было, и она решилась привести Кирилла к себе домой. Она была косвенной виновницей аварии и хотела загладить перед клиентом свою вину.

     Впервые за долгое время она занималась любовью себя дома, на широкой кровати. Ласковые руки клиента ласкали ее, когда уже у нее совсем не осталось сил. То ли от домашней обстановки, то ли от мастерства любовника, то ли от того, но ей удалось то, чего практически никогда не было в ее жизни: она получила удовольствие от близости с мужчиной. Мало того, он пошел, приготовил завтрак и подал его в постель.

     Денег она с него не взяла, а он остался у нее еще на ночь, а потом и не следующий день. Жаркие и нежные объятия Кирилла доставляли Маше то, ни с чем не сравнимое женское удовлетворение, которого обычно лишены большинство практикующих жриц платной любви. Кончилось тем, что они стали жить вместе.

     Вот только прекрасным принцем Кирилл не был. Хуже всего, что и нормальным мужчиной он не был тоже. Таких мужчин презрительно зовут «альфонсами». Он жил у нее на полном пансионе, помогал, как мог, по хозяйству, но денег в дом не носил и не имел ничего против способа заработка сожительницы. Год спустя, он оформил с ней отношения.

     Маша не питала к нему сильных чувств, но в его объятиях она могла получить оргазм и на время забыть о том, что ей каждый день приходится симулировать наслаждение, для более полного удовлетворения клиентов.

     Сразу после свадьбы он прописался в ее квартиру. И вообще сел, как говорится, на все готовенькое. Свою жену он по-своему любил. Помогал ей, как мог: бегал по магазинам, мыл пол, готовил еду к ее приходу с работы. При этом он даже не пытался найти приличный мужской заработок, чтобы жена могла бросить свой промысел.

     Он прекрасно знал, каким образом зарабатывает деньги его жена, и относился к этому сравнительно спокойно. Но потом он стал ревновать ее к клиентам. Сколько бы Маша ни пыталась объяснить ему, что она уединяется с мужчинами только ради денег, на которые его же, Отелло недоделанного, и кормит, он продолжал ревновать.

     Кирилл не желал ничего слушать, утверждая, что денег Маше уже хватит. Однако она с ним не соглашалась: Маша понимала, что ее время уходит, и мечтала открыть придорожный продуктовый магазинчик. Но для этого надо было накопить еще пару тысяч долларов.

     

     Ревность.

     Ревность к самой древней в мире профессии жены росла в душе Кирилла с каждым днем. Под Новый год он даже попытался покончить с собой, перерезав себе вены. Выписавшись из больницы, он стал преследовать Машу всюду, и мешал ей работать с клиентами.

     Вечерами у них были бурные сцены, переходящие в неистовую сексуальную баталию, а утром все продолжалось сначала.