Заморские гости. Часть 1

     – Значит так, Борис. – строго поглядел на меня шеф – Никаких фокусов! Вовремя приехал, встретил, отвез в гостиницу, поселил и сюда привез. Никаких “перекусить”, “за знакомство” и т. д.!

     – Сан Саныч! – оправдывался я – Ну когда это я так делал!? Я ж понимаю… Все будет в лучшем виде!

     – Это я не конкретно про тебя – помягчел шеф – Это я вспомнил, как Геннадий гостей встречает! Я это теперь до смерти помнить буду!

     Шефа можно было понять. Генка полгода назад встречал делегацию наших корейских партнеров – одна женщина и трое мужчин. Всем от сорока до пятидесяти, солидные серьезные бизнесмены. Прилетев, корейцы изъявили желание перекусить и Генка – широкая русская душа, устроил им скромный обед в ресторане за казенный счет. Азиатские организмы оказались на удивление слабыми насчет водки. Только к утру третьего дня гости смогли внятно общаться с окружающим миром. Генка тоже плохо помнил прошедшие дни. Когда же выяснилась сумма, потраченная на развлечение гостей, главбуха отпаивали валерьянкой. Однако самый прикол случился через день, когда Генка решил восстановить память по снимкам из служебного фотика, выданного ему для запечатления гостей на фоне достопримечательностей нашего города. Выяснилось, что в какой-то момент всем захотелось потрахаться. Почему Генка не вызвал профессионалок, он объяснить не смог, склоняясь к тому, что в это время просто спал. Женщина у них под рукой оказалась только одна. Несчастную кореянку трахали все, в том числе и Геннадий. Впрочем, судя по снимкам, она и не сопротивлялась. Из тех же снимков следовало, что трахали ее в самых разнообразных, в том числе и экзотических позах и комбинациях, во все возможные и невозможные места, доказывая делом глубокие познания азиатов в этом вопросе. Продолжалось это почти сутки с небольшими перерывами. Генка клялся, что ничего, кроме водки, они не принимали, но ему никто не верил. Когда гости наконец-то добрались до офиса, кореянка с трудом передвигалась на широко расставленных подгибающихся ногах, периодически украдкой ощупывая себя между ними. Все наши ломали головы что бы это означало пока не всплыли фотографии. К счастью, все документы к этому моменту были уже подписаны, поэтому корейцы смогли быстренько свалить к себе домой, спасаясь от смешков и косых взглядов. Генку же, вопреки ожиданиям, наказали только материально, оставив работать на прежнем месте. Мудрый шеф решил подсовывать его гостям, требующим именно такого обращения.

     – Ладно, иди. – отпустил меня любимый руководитель.

     На мою долю досталось встречать американцев. Прилетали двое, про которых известны было только имена и то, что люди они вполне вменяемые и проблем быть не должно. На мои жалобы о недостаточно хорошем английском шеф сказал, что они неплохо говорят по-русски, так что отвертеться мне не удастся.

     В положенное время я был в аэропорту. Американцы прилетели вовремя, я посадил их в машину и повез в гостиницу, матеря про себя наши заокеанские источники информации. Могли бы сообщить, что оба прилетевших – негры. Мужчина и женщина. Муж и жена. Я чуть в обморок не грохнулся, когда ко мне подрулил настоящий папуас, двухметрового роста и почти такой же ширины, глубокого черного цвета, в куртке на пару размеров больше требуемого с надетым на курчавую голову капюшоном, из-под которого посверкивали зубы и белки глаз. Ниже куртки на пол свисали широченные мятые бесформенные штаны. Широкий приплюснутый нос и губы, похожие на два пельменя, довершали картину. Охренеть! – думал я, ему бы еще кольцо в нос – и можно к африканским аборигенам заслать! За своего сойдет, никто и не усомнится! Однако после разговора с ним оказалось, что внешность обманчива. Обычный нормальный мужик, неплохо, кстати, понимающий в нашей работе. Его жена, Сара, выглядела намного приличнее. Высокая, в меру стройная, почти ничем не отличалась от окружающих, ну кроме цвета кожи. При этом очень похоже, что у нее в роду затесался минимум один белый – кожа была не черной, а светлого шоколадного оттенка, да и лицо ничем не напоминало мужа, только губы несколько толще, чем у нормальных белых людей.

     Поселившись в гостинице, они переоделись и я отвез их в офис, сдав с рук на руки шефу. Теперь, в строгих деловых костюмах, они ничем не напоминали только что слезших с пальмы африканских жителей, так что шеф благополучно избежал шока, подобного полученному мною в аэропорту. Я же с облегчением вернулся к собственным текущим делам, быстро забывая про этот эпизод. Однако через пару дней шеф вновь напомнил мне про американцев.

     – Борис – начал он – Тут такое дело… Эти америкосы праздников-то наших не знают… а мы как-то этот момент упустили, когда приглашали. В общем, послезавтра 23 февраля, нерабочий праздничный день. А эти трудоголики работать рвутся, типа у них все строго по плану… Но я – шеф гордо ткнул себя в грудь – их уговорил! Они согласны не работать, если кто-то на собственном примере покажет им, что такое настоящий русский праздник. И этот кто-то будешь ты!

     – А че я-то? – попытался я отвертеться – Вон пусть Генка ими займется – они тогда вообще только к концу месяца появятся. .

     – Генку нельзя. Во-первых, они 24-го должны работать – план и правда существует. А во-вторых – они ж муж и жена, Генка со своими замашками может и в морду схлопотать. Ты Сэма видел, представляешь что с Генкой будет. Остаешься ты – возраст примерно одинаковый, женат, детей у тебя нет…

     Отказаться я не сумел. Пришлось пообещать, что все будет в лучшем виде, но в пределах приличий, и 24-го оба арапа будут на фирме в рабочем состоянии.

     – Борис, ты в бухгалтерию зайди, я там распорядился выдать тебе на представительские расходы! – донесся до меня голос шефа, когда я уже закрывал дверь.

     Дома, обсудив с женой план мероприятий, мы пришли к выводу, что незачем пытаться поразить гостей размахом. Достаточно русской экзотики. Решено было позвать их к себе домой, а дальше – водка, пельмени, блины, холодец и т. п. Таня разошлась до того, что предложила водку наливать из самовара, чем заставила меня ненадолго задуматься, однако это предложение было отклонено.

     В праздничный день с утра я с американцами посетил праздничные мероприятия, погулял по городу и к обеду привел домой, где уже был накрыт стол. Как выяснилось, большинство блюд было им знакомо только по названию. Так, под виски и дегустацию русской кухни прошло полдня. Набив животы, мы, по американской традиции со стаканами виски в руках, переместились к телевизору посмотреть, что происходит в стране. По одному из каналов показывали, как милиция зачищает перед праздником город, разгоняя проституток. Девки характерной наружности ругались с ментами и показывали неприличные жесты.

     – Зря они так – сказала Сара – Проституция – дело нужное.

     – Это почему еще? – возмутилась моя Танька.

     – Бывают в жизни случаи – Сара улыбнулась – когда без них никак.

     – Какие такие случаи!? Ты что, пользовалась… услугами этих? – Татьяна кивнула на телевизор.

     – Было дело. Ох и долго же я искала подходящую…

     Жена растерянно хлопала глазами, ничего не понимая. Я тоже был несколько озадачен.

     – Сара, ты меня извини – начал я – Но оно тебе зачем? Ты из этих… меньшинств? А как же тогда Сэм?

     – Да нет! – Сара рассмеялась – Сэм, расскажем им?

     Огромный негр отхлебнул виски и кивнул.

     – Дело в том – начала Сара – что у Сэма… как бы это сказать… размер сами понимаете чего несколько больше среднего. Ну то есть намного больше… Через полгода после нашей свадьбы он признался, что всю жизнь мечтает о минете. А с этим проблема – его монстр в рот не влезает. Совсем. Категорически. Вот я и искала профессионалку с большим ртом и талантом. Еле нашла. Сделала ему подарок ко дню рождения.

     – Да ну, не может быть – Танька считала себя большой специалисткой по минету, причем не без оснований. – Не бывает такого, чтобы не влез! Просто уметь надо!

     – Таня – от смеха у Сары появился заметный акцент – Ты же не видела…

     – Да чего там смотреть! – Танька, подогретая алкоголем, все глубже увязала в споре.

     – Сара… – подал голос Сэм – Перестаньте дискутировать. Я могу просто показать, и все станет ясно. – он покосился на меня – Если, конечно, Борис не против.