Все мои женщины. Часть 46

     «ВСЕ МОИ ЖЕНЩИНЫ»

     ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. ВЕРОНИКА

     Часть 2-я

     

     Спрашиваю напрямик:

     — Верон, кажется, ты темнишь. Давай, колись — в чем суть?

     Замялась. Румянец на щеках.

     — Ну, чё ты, в натуре? Вали начистоту! Я ж вижу — мысли твои от Германии далече.

     Молчит, но не отнекивается.

     Не врубаюсь, в чем дело. «Что у нее на уме?». Про интим (клянусь!) и полмыслишки не возникло.

     — Хочу тебя попросить: , — выдавила из себя, наконец.

     «Денег, что ли?».

     Снова запнулась. Клин во рту.

     — Верон! Не тяни! Или я пошел.

     Вот тут она и выдала «на гора» тонну угля. Я чуть с дивана не упал.

     — Сделай меня женщиной, — тихо так сказала, еле расслышал.

     «Ни hуя себе сюжетец! Лихо!!».

     Торчу. В натуре не знаю, как реагировать. Верите ли: никакой радости и воодушевления!»Может, сказать ей культурно, чтоб шла: ? Девка-то она неплохая, неохота обижать. Обратилась к старому знакомому, типа — можно ДОВЕРЯТЬ… чтоб не с первым встречным-поперечным. Что ж выходит? Ей примерно 23-24 года, а ее еще никто: ? Да уж!».

     Раздумья мои непростые. Ничего не придумываю — как было, так и пишу.

     «Насмотрелась на мои «подвиги» с бабами — как я их клеил, как девки липли: решила: знать, было за что! Вот и сделала выбор: Ох, Верона-Верона!».

     Пауза выходила дюже длинная. Нехорошая пауза, неприличная. С точки зрения НОРМАЛЬНОГО мужика. И уйти нельзя, и остаться — тоже не фонтан. Дилемма, бля.

     — Чё тада сидишь? — бодро говорю ей. -Дуй в ванную! Выходи оттуда вся такая: ну, чтоб: пиzдец всему! — матерюсь, не стесняясь — она привыкшая.

     Фразу произношу с улыбкой — по-доброму, без ёрничания.

     Убежала, словно ветром сдуло.

     Пошел курить на кухню. Через стенку слышен шум падающей воды. О чем думал в ту минуту? . . О превратностях судьбы, о случайностях и закономерностях. Пытаться понять: где случайность, а где закономерность — бесполезно. В жизни эти понятия переплетаются и часто одно отделить от другого невозможно. В том-то и штука: в жизни может быть ВСЁ, что угодно. Даже то, чего никогда не ожидаешь, и чего (казалось бы) не может произойти ни при каких обстоятельствах. Ничему не стоит удивляться. Хотя, нет! Если перестать удивляться, жить станет пресно и скучно. И тогда помрешь.

     «Хочется жить спокойно — надоели всплески, низвергающие в пучину и поднимающие на гребень волны. Не хочу извержений вулканов, которые хороши, когда на них смотришь издалека — вблизи они обжигают и испепеляют. Хочется тихой бухты необитаемого острова, тента от солнца над головой и прекрасного пейзажа перед глазами. Но если жить тихо и незаметно, то это жизнь плесени».

     Не трудно догадаться, что Верона была женщиной: никакой. Вышло это создание из ванной, неуверенно прошло в комнату, остановилось, не зная, что делать дальше. Мокрые волосы, халат, из-под него — тонкие ноги-спички, руки-плети вдоль тела. Жуткая «красота»!

     «Чего тут еbать?» — вопрос в пустоту. Но, раз согласился — действуй!

     — Давай выпьем по маленькой? — ищу любую возможность превратить безрадостное мероприятие в подобие плюса.

     Кивает: «Давай!». Села на диван, ноги сжаты.

     «Ёшкин кот!».

     Выпили по граммульке. Сунул в рот малосольный огурчик, жую. А думы:

     Лежит тонкое бревнышко, подрагивает от малейшего прикосновения, от легкого касания. Халат не распахиваю — боюсь, не увидят там глаза ничего приятно-возбуждающего. Руки мои шарят наощупь, работаю без зрения. Бревнышко лежит неклюже и неудобно — ни ей самой, ни мне: спинка дивана не дает раскинуть ноги, как того требуется, а высоко задрать одну вверх — смелости у девки нет. Я не настаиваю: начнешь крутить-вертеть ее туда-сюда, запросто описается от страха. Но делать всё равно чё-то надо. Я снимаю брюки и рубашку. Бревнышко скукожилось, пождав ноги.

     Главная проблема — в моих трусах нету шевеления: откуда возьмется? НА КОГО?! Рассчитываю на «авось» (хотя, абсолютно не мой принцип!) .

     Пристраиваюсь рядом, сбоку. Запускаю руку под халат. Пытаюсь завести девку: но большей частью — себя. Противостояние «необходимость/желание» ни к чему хорошему не приводит — идут накладки, диссонанс и сплошной негатив. Так и у меня сейчас.

     «Нельзя, что б не встал. Позорище! Давай, придумывай чё-нить!».

     И я отправляю себя в путешествие по волне Безудержной Фантазии:

     : поздний вечер, аллея парка: торопливый стук каблучков по асфальту: барышня торопиться домой: со свидания летит? . . а какая мне разница! . . по фигу! . . я в засаде, я — зверь: жертва уже в пределах досягаемости: прыжок — ап! — и тело падает вниз: сдавленный крик: но пальцы уже сомкнуты на горле, зажимая кадык: «тихо, сучка, тихо! . . веди себя смирно — и останешься жива!»: след на траве — за ноги волоку бабу в кусты: широко раскрытые глаза, блеснувшие в свете одинокого, неблизкого фонаря: связываю руки над головой, раздвигаю ноги и привязываю их к разным деревьям: распластанное тело… теперь надо разрезать одежду:

     Я не на диване, а подо мной не бревнышко — я в парке с пойманной жертвой. «ПО-ПА-ЛАСЬ, СУЧКА!!!» — зловещий смех, предвещающей жесткую, агрессивную, безжалостную еbлю!!!

     В стремлении завести себя, я переусердствовал: вошел в роль на полную катушку. Тело подо мной моталось из стороны в сторону, взлетало и падало, охало, кричало, сопротивлялось, складывалось и выпрямлялось — а я настойчиво насаживал его на свой Клык.

     Хищник! Монстр!! Второе пришествие младшего демона под порядковым номером реестра Преисподней «13. 666».

     Опомнился только тогда, когда Верона до крови расцарапала мне плечо — боль вернула меня в реальность.

     — Ты: ! Ты: ! Ты — зверь!!! — глаза на выкате, чуть ли ни пена изо рта. Вырвалась. Да я уже и не держал. Вскочила на ноги и убежала в ванную, громко щелкнув задвижкой. Стряхиваю с себя шерсть и убираю когти внутрь. «Да-а, хо-ро-ошшшш!».

     Сажусь на край. Ощущаю под рукой влагу. Поворачиваю голову — на диване пятна крови.

     «Моя, что ль? . . А-а-а, её: блин: девственница! Ёбт!!!».

     Мне жутко не по себе. От всего. ОТ ВСЕГО!

     Быстро одеваюсь, забираю сумку, открываю входную дверь и выхожу. У подъезда закуриваю. Дым сладок, но мне хочется дозы, которая перебила бы своим дурманом тот, который жил во мне в данную минуту — сделав пять глубоких затяжек, тут же закуриваю следующую. Иду на остановку. Невдалеке стоит патрульная машина, двое ментов оглядывают прохожих. Мне кажется, что я привлек их внимание. «Чем?!». Незаметно оглядываю себя — вроде ничего такого. На удачу подходит моя маршрутка, и я шмыгаю в нее одним из первых. Вжжжик — и поехали!

     «Вжжжик — и приехали, Сява! Или как тебя теперь называть?».

     Может, кто-нибудь, по глупости, щас думает: «Любуется собой! Демона приплёл — фи!». НЕТ! Это — правда, это — моё наказание: жить с двумя разными сущностями внутри. Великое мучение. ОМУТ…

     

     Версия книги с иллюстрациями на сайте автора — http://redfoxx.net/redfoxx.net_start.html