Все мои женщины. Часть 13

     «ВСЕ МОИ ЖЕНЩИНЫ»

     ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ПОЛЯЧКА

     

     Из Союза я привез в Германию вещь, пользующуюся там бешеным спросом — портативный телевизор «Шилялис»: два диапазона позволяли смотреть программы восточной и западной неметчины плюс Польшу. Шикарная штука, немцы хватали в лёт, почти не торгуясь (что само по себе нонсенс!) . Парин подстроил в телике звук на европейский стандарт и он был готов к продаже.

     Решили, что имеет смысл отъехать от Д. подальше и толкнуть «Шилялис» вдали от нашего городка — тогда за него можно получить на сотню-другую больше. Бизнес. Привыкают советские помаленьку…

     Не заморачиваясь, сели вечером в электричку и проехав 5-6 остановок, вышли на небольшой станции. Наугад. Гаштет (по нашему — пивнушка) оказался поблизости от вокзала, самое место для торговли! Заходим. За столиками с десяток немцев, в основном компаниями по 2-3 человека. Сели там, где на стене была электророзетка. Заказали по бокалу пива. Осмотрелись. Через некоторое время спрашиваю Саню взглядом: ну, что, пора? Кивает. Достаю из сумки телик, включаю в розетку, вытягиваю антенну. Нахожу самую качественную по сигналу программу — а там, в аккурат, идет хоккейный матч: наши играют с чехами. Удачно сложилось (как оказалось впоследствии) ! Жизнь вообще — цепь последствий: когда приятных, когда нет. В тот раз пошло плюсом.

     Естественно, на нас обратили внимание, чего мы и добивались. Стали подходить к нашему столику, смотреть, характерно причмокивать губами — «гут!». Мы сами знаем, что «гут»!

     Вскоре ловлю взгляд хозяина гаштета: из-за стойки подает знак — «подойди!». Заинтересовался. Беру телик, несу к стойке. Снова включаю. Босс зовет жену. Из подсобки выходит толстая фрау, чё-то лопочут меж собой, она одобрительно кивает головой. Для пущей убедительности щелкаю каналами, демонстрируя все шесть принимаемых программ.

     — Сколько? — спрашивает ПО-РУССКИ хозяин.

     Удивляюсь:

     — А вы хорошо говорите по-русски.

     — Я — не немец, я из Чехословакии. Живу здесь давно.

     — Во, как! . . Ваши, кстати, ведут в счете, — и показываю чеху на экран. Тот лыбится.

     «Сука… «.

     — Айн таузен цвай хундерт, — специально называю цену по-немецки.

     Не возражая, открывает кассу, отсчитывает 12 стольников.

     «Живём, брат!».

     Не отходя от стойки, заказываю хозяину водки, пиво и пожрать.

     Возвращаюсь к Сане.

     — Всё о’кей?

     — Угу. Тыща двести.

     — Супер!

     Пьем и едим в удовольствие, настроение — лучше не бывает. Спустя какое-то время к столику приближается один из посетителей, ранее уже подходивших смотреть «Шилялис». Здоровенный такой мужик, лет 50-ти. На смеси немецко-русского выяснятся: он тоже хочет себе такую игрушку! За ту же цену (видимо, поинтересовался у хозяина) .

     — Когда сможете привезти?

     Прикидываем с Париным, говорим:

     — Через две недели.

     — Гут! — и пишет свой адрес на обратной стороне картонной подставки под пивной бокал. -Это недалеко отсюда, найдете легко.

     — Лады!

     Почему две недели и откуда возьмется второй «Шилялис»? Потому, что нужен запас времени, чтобы найти и перекупить телик, привезенный отпускниками из Союза. В нашем городке они спокойно уходили по 700-800 марок. Если отвалить под «штуку», то избавляешь хозяина от недолгих, но все же хлопот по части реализации. И будешь иметь две-три сотни сверху. При удачном варианте — половина моей зарплаты в марках. Неплохой бизнес!

     Новый «Шилялис» отыскался быстрее — дней через пять, и мы решили ехать к заказчику в ближайшие выходные. Дом нашли быстро. Приличный такой особнячок, сразу видно — у хозяев бабки имеются, не бедствуют. Палец на кнопку звонка у калитки забора. Из дома выглядывает женщина, зовет кого-то изнутри. Выходит наш заказчик: «О-о-о!». Узнал. Идет открывать.

     — Я вас ждал через неделю…

     — Мы быстрее управились. Разве плохо?

     — Найн-найн… зер гут! — и просит проходить внутрь.

     Раздеваемся, разуваемся в прихожей, нас ведут в гостиную. Неплохо так, нам до устроенности их быта, как до Марса. Ставлю телик на стол, повторяю манипуляции по демонстрации техники. Хозяева довольны. Насколько? . . Можно лишь догадываться, т. к. сильных эмоций не показывают. Понятно: мы — чужаки. В общем, уже привыкли к сдержанному отношению по отношению к русским, тут всё без напряга.

     Пока хозяева рассматривают новинку, в комнате появляется молодая девушка: светлые волосы, стройненькая, лет 20-23. Ничё так краля!»Видимо, дочка».

     Помимо «Шилялиса» у нас для немчуры сюрприз: Парин приволок стереомагнитофон. Вернее, настоящим стерео его назвать нельзя — у него только стереоголовка. Чтобы маг стал полноценным, требуется усилок и колонки. По сути, это приставка. Зато на панели чётко видна надпись «STEREO», а это уже брэнд! И соответствующая цена! Короче — маленький полуобманчик с нашей стороны. Маг извлекается из сумки и водворяется на стол. Саня врубает агрегат, одновременно поясняя, что к чему. У дочки хозяина загораются глаза: «Хочу такой!».

     — Сколько? — спрашивает глава семейства.

     Парин называет цену. Цена выше реальной стоимости мага раза в три… но раза в четыре ниже стоимости настоящего западно-германского стереомагнитофона. «Ни хрена не убудет с немца! Есть у него шуршики… тем более, у дочки глаза блестят!».

     Покупает. Осчастливить дочку — цель благородная. Мы полностью солидарны с папашей!

     Наша программа выполнена по сверх-максимуму, поэтому можно тихо отваливать. Но нас, неожиданно, приглашают за стол. Типа — обмыть. Вспомнили русские обычаи. А кто против-то?!

     

     Водочка ихняя (дрянь неимоверная!) , жрачка (тут они мастера!) , трёп (смесь языков, да и из того, что сказано, понимаешь максимум треть) . Вот такие посиделки.

     Парин предлагает опробовать маг в деле — катушку с хорошим музоном мы им подарили: типа, в комплекте. Звук — не стерео, из встроенного динамика. Это меня немного напрягает: вдруг начнутся распросы — а где же стерео эффект? Но заготовлен полуправдивый ответ: для полноты ощущений нужны колонки, разводящие звук по двум каналам. Раз нет, пока будет моно. Когда купите — всё станет о’кей. Сидим уже под музыку. Выясняется, что семейка интернациональная: папаша — чистокровный немец, майор в отставке; жена — полька; дочка… получается, вроде немецкой полячки. Как звали барышню, так и не вспомнил. Хотя, она называла свое имя.

     Парин галантно пригласил ее на танец. Чтобы не отстать, увлекаю на середину комнаты хозяйку. С разрешения мужа, конечно. Танцуем двумя парами. Идиллия, бля. Четвертый Интернационал.

     Потанцевав и пропустив по «дупельту» (рюмочка такая, граммов на 40) , меняемся — теперь уже я с молодой, а Саня прижимает к себе маму-польку.

     Моя партнерша теплая и… пушистая. Смущается, отводит глаза. Но (чую!) всё происходящее ей жутко нравится: «Так необычно! Пришли незнакомцы… да еще иностранцы… привезли кучу классных вещей… Так интересно!».

     Разговор с дочкой поживее, чем с ее родителями: в немецкой школе русский язык — обязательный предмет. Так что, кое-чего она помнит из программы. Но не это главное: глядя на ее поведение, предполагаю, что предки держат девку в чёрном теле — на молодых ребят смотрит, будто на диковинку! Словно на свежий воздух выбралась из подвала! Странно как-то. Впрочем, родители бывают куда похлеще…

     Майор, хоть и казался крепким мужиком, но спиртным, видать, баловался не часто. А если принимал на грудь, то по маленькой. А тут мы ему подсыпаем и подсыпаем. Чтобы не ударить в грязь лицом, он старался от нас не отстать. Чудила! Разве ж русского немцу перепить?! Не ровня они нам по части выпивона. В итоге, хватанул майор лишку — через час с небольшим с начала застолья поплыл. Пересел из-за стола на диванчик и привалился к спинке — то ли дремлет, то ли уже вырубился. Смекаю, что «главное надзорное око» выключено и можно попробовать довести до логического конца моё знакомство с полуполячкой. Шепчу на ушко разные ласковые слова, она рдеет пуще прежнего. Наверняка, понимает лишь часть сказанного, но и этого вполне достаточно, чтобы скумекать, что говорю не про балет и не про Гагарина.

     Дерзкая задумка. Даже сверх-дерзкая. Но в тот момент показалось: «А чем черт не шутит? Попытка — не пытка! Не расстреляют же?».

     «Её русского и моего немецкого должно хватить!», — так размышлял я под легкими парами алкоголя.

     Хватило. Наполовину.

     

     «Моя полячка» тоже пила, но о-о-очень аккуратно — через два на третий. И по половине налитого. Правда, и эти дозы сделали свое дело — в глазах и осанке девушки появилась раскрепощенность. Чудненько! Нет строго папы, а маму нейтрализует Саня. По крайней мере, должен помочь. Сигнализирую ему: «Я с дочкой пойду осмотреть ее комнату (показываю наверх, откуда она спустилась к нам в гостиную) , а ты тут за мамой присмотри, чтоб не помешала». Мимика в ответ: «Будь спок!».