Утро с горничной

     “…И старательно Адель

     Стелет барскую постель…”

     т/ф “Летучая мышь”

     

     – Вставайте, госпожа. – Горничная Марион стояла над кроватью своей хозяйки, маркизы Арианы.

     – Ох, Марион, дай мне еще поспать, – сонно попросила маркиза.

     – Вы должны встать сейчас, иначе я вас накажу. – строго сказала Марион.

     – Ох, ладно…

     Не меняя строгого выражения лица, служанка быстро сдернула одеяло с маркизы. Естественно, спала та обнаженной, и теперь машинально прикрывала руками груди и лобок.

     – Пожалуйста, не закрывайтесь, – сказала Марион.

     Ариана, зардевшись, медленно убрала руки, открыв красивые груди с торчащими сосками и промежность с небольшим аккуратно подстриженным кустиком волос.

     – Раздвиньте ноги, – попросила Марион.

     Маркиза подчинилась и горничная наклонилась, разглядывая промежность женщины.

     – Вы опять удовлетворяли себя, – укоризненно сказала служанка.

     – Это не твое дело, – не очень дружелюбно ответила Ариана.

     – Вы хотите, чтобы я ушла?

     – Нет, нет, что ты! Пожалуста, будь со мной построже! И не называй меня “госпожа”, зови просто “Ариана”.

     – Ты скверная девчонка, Ариана. Тебя стоит наказать.

     – Да, конечно… Но только… пока что… можно мне сходить в туалет… после ночи?

     – Я тебя провожу, но чуть позже. И еще я сегодня поставлю тебе клизму, потому что у тебя вчера болел живот. А пока что встань на четвереньки. Та-ак… попку выше… Хочешь мне еще сказать, в чем ты провинилась?

     – Да… я ласкала себя… а еще я подглядывала за Клэр и Рене, когда они ходили в туалет…

     – Как ты ласкала себя? Расскажи мне. Только подробно.

     – Я ласкала свой клитор, вагину… и… и…

     – Что еще? Говори всю правду!

     – Я ласкала свой анус, – едва слышным голосом проговорила маркиза.

     – Как ты это делала?

     – Я… я… я вводила в него палец…

     – Только палец? А что еще? Ну, отвечай?

     – А… а еще… ручку от щетки, футляр от помады, маленький флакончик от духов, дезодорант-ролик…

     – Ты получала от этого удовольствие?

     – О да… из моей вагины текло так, что на простыне образовалось целое пятно… но позволь мне сходить в туалет, мой мочевой пузырь сейчас лопнет!

     – Расскажи подробно, как ты играла предметами в анусе.

     Маркиза замялась, ее щеки покрыл стыдливый румянец, но строгая горничная не позволила ей уйти от ответа:

     – Если ты будешь что-то скрывать, я не разрешу тебе помочиться до самого обеда.

     – Я вводила и выводила предметы… быстро и медленно… я вращала их внутри…

     – Где? Я не поняла, в каком месте?

     – Внутри моего заднего прохода…

     – И ты получала от этого удовольствие?

     – О да… у меня было там мокро…

     Марион вырямилась.

     – Ты скверная бесстыдная девчонка, Ариана, но у тебя есть шанс исправиться. Вставай.

     Маркиза встала, но горничная не дала ей уйти.

     – Наклонись, раздвинь ноги. Поставь их шире. Вот так. Теперь руками раздвинь свои ягодицы. Шире, шире… Как называется то, что у тебя между ягодиц?

     – М… эта дырочка… м…

     – Ариана!!

     – Это анус, мой анус.

     – Вот так. Ты должна всегда говорить вслух самое стыдное. Да, ты меня о чем-то просила?

     – Да, я просила… в туалет…

     – Ариана, если ты не будешь говорить четко, полно и без умолчаний, я тебя никуда не пущу!

     – О, простите меня! Мне просто стыдно… Я хочу сходить в туалет, чтобы там пописать.

     – Вот теперь другое дело. Но сначала ты получишь восемь ударов линейкой по попке. Ложись на живот. Сейчас я тебя накажу.

     Маркиза опустилась на кровать. Горничная достала пластмассовую линейку метровой длины и с размаху опустила ее на ягодицы госпожи.

     – Ах-х… ах-х… ах-х… – вскрикивала та при каждом ударе. На гладкой коже ягодиц оставались розовые полосы от линейки.

     Наконец наказание закончилось, и Марион провела обнаженную женщину в ванную комнату, где, помимо ванны и душевой кабины, стоял унитаз, биде, напольный унитаз восточного типа, а также кушетка и несколько стенных шкафов.

     Ариана уже переминалась с ноги на ногу в ожидании возможности помочиться, но горничная медлила, словно выбирая место, где он позволит маркизе освободиться от своего дискомфорта. Наконец она открыла один из шкафов и вытащила из него ночной горшок.

     – Вот, неси это в коридор рядом со спальней и садись там. И не вздумай опорожнить кишечник! Только помочиться.

     Ариана молящим взглядом посмотрела на служанку, но не найдя в этом взгляде не малейшего сочувствия, взяла горшок. Но все-таки, не выдержав, спросила:

     – А если кто-то войдет в коридор?

     – Если кто-то войдет, то увидит тебя на горшке, как 3-летнюю девочку! И расскажет всем! А если ты сейчас описаешься, то я тебя накажу…

     Ариана внесла горшок, по требованию Марион уселась на него рядом с дверью в спальню и… громко зажурчала ее струя. Марион не позволила Ариане вставать с горшка еще 10 минут. Взрослая женщина на детском горшке являла собой странное зрелище.

     …Но забрала она его сама, а маркизе велела подмыться.

     После этого Марион велела Ариане лечь на кушетку, стоящую в ванной, на живот, а потом – встать на четвереньки. Марион раздвинула маркизе ягодицы и стала внимательно осматривать отверстие ее зада.

     – Когда ты последний раз опорожняла кишечник? – спросила она

     Ариана вздрогнула от бесцеремонности вопроса и задержалась с ответом.

     – Я понимаю, что вопрос кажется тебе немного… э… стыдными, – неожиданно мягко проговорила горничная, – но ты должна отвечать.

     Маркиза, наклонив голову, молчала, ее лицо сильно порозовело.

     – Ты не хочешь отвечать? – уже сердито спросила Марион. – Что ж, тогда придется сделать проверку. Приподнимись и развинь ягодицы руками. Шире, шире…

     Горничная быстро натянула на руку белую резиновую медицинскую перчатку, откупорила баночку с гелем, и начала тщательно намазывать анус маркизы, погружая вглубь него палец. Маркиза слегка заерзала, и Марион заметила, что ее вульва стала намокать. Нанеся гель, она глубоко проникла указательным пальцем вглубь заднего прохода госпожи, и некоторое время исследовала его.

     – Все понятно, – сказала она, извлекая палец и выбрасывая использованную перчатку. – Так когда ты последний раз ходила по- большому?

     – Позавчера… или три дня назад… я не помню точно… – пряча лицо (что было нетрудно, так как она стояла на четвереньках), ответила госпожа.

     – Ну, хорошо… – непонятно расценила ответ горничная. – Я и так собиралась поставить тебе клизму, а теперь вижу, что это просто необходимо… Но начнем мы с анальной пробки, тебя надо немного расширить. Сейчас я тебе ее вставлю…

     Подойдя к стенному шкафу, Марион достала футляр с пробками и несколько минут подбирала нужную. Маркиза с ужасом смотрела на пробку, которую та держала в руках. Она был диаметром где-то два дюйма.

     – О, нет! – в ужасе пробормотала Ариана. – Нет, нет, она слишком толстая! Она меня разорвет! – у нее на глазах появились слезы.

     – Ничего страшного, – спокойно сказал Марион. – Тебе только нужно расслабиться, и это штука войдет в тебя безболезненно. Только расслабься. Ты должна глубоко дышать с открытым ртом (обрати внимание – с широко раскрытым ртом) и немножко тужиться мне навстречу. И тогда тебе совсем не будет больно.

     Ариана шумно задышала: не сколько следуя указаниям Марион, сколько от страха. Приблизившись к заду стоящей на четвереньках маркизы и раздвинув одной рукой ее ягодицы, она стала вводить пробку в задний проход. Но колечко ануса было так сжато, что в него не прошла бы даже спичка.

     – Нет, нет, так не годится, – рассердилась Марион. – Расслабься. Твой анус должен быть расслабленным. Тогда он хорошо растянется. Ну, давай.