Условный рефлекс

     
Передо мной стоит проблема – в чем идти на свадьбу? Нет, пока не на свою, сейчас женится Игорек, женится по необходимости. Надо ли объяснять что это значит? Но какая-никакая это все-таки свадьба и женится товарищ. Необходимо поддержать его в трудную минуту- родители Игоря отказались приезжать.

     Значит насчет одеться, с верхом проблем нет, на веревке поперек комнаты досыхает классная венгерская, малиновая джинсовка, издали она сойдет за замшевую, настоящие американские джинсы на мне, вся загвоздка заключается в обуви, вернее в ее полном отсутствии.

     Когда мы с Петькой рванули в стройотряд, мы жутко радовались- сдача комнаты осталась на Нуре, как мы балдели в поезде, представляя все его мучения! Но он, меланхолик поганый, сильно не горевал, все что имело грязноватый оттенок было им бестрепетно выброшено, то есть кроме всего прочего, и вся обувь.

     Приехав, я обнаружил, что кроме резиновых сапог с ботфортами мне носить нечего, а в магазине, вы сами понимаете, что было тогда в магазине, особенно из 45 размера. Тоска охватила меня, но я нашел через знакомых девушек-продавщиц пару спортивной обуви, этакие квази-кроссовки или, если по честному, тапочки тридцатых годов. Выглядел я в них шикарно, на десятилетие раньше всех открыв прелесть прикида кроссовок с джинсами.

     Но сейчас они уже выглядели не очень и были несколько рваными, почти разваливающимися. Надо шить или найти замену. Шить? Еще чего! Я машу руками и тем самым полагаю начало фарсу, чуть не ставшему самым большим пролетом в моей жизни.

     Свадьба была как свадьба- мало еды и много выпивки, но из мужчин были только мои товарищи. Со стороны невесты, если я не ошибаюсь ее звали Катя, да, еще, Игорь с ней развелся через год, были одни женщины, причем все как одна, преподавательницы кафедры филологии. Оказывается отец Кати был завкафом и она, в отсутствии матери, была дочерью кафедры. Мы сначала чувствовали себя неуютно, хотя казалось бы какое дело студентам-геофизикам до филологии? Все наши отношения с филологией до этого сводились:

     – Товарищи абитуриенты, минимальный размер сочинения полторы страницы, поясняю, это одна сторона листа и половина другого! Повторяю, товарищи абитуриенты…

     Нет, были еще отношения с общагой филологинь, но это уже совсем другой ракурс.

     Я пить не люблю и потому через какой-то час был вынужден развлекать женщин в одиночку. Все эти козлы квасили по черному и только спорадически выскакивали поскакать под Криденс или Диппепл. Я как проклятый, со своими 188 и относительно трезвый, должен был танцевать все танго подряд, по очереди, со всеми раскрасневшимися бабами кафедры, со всеми, кроме одной.

     Эта девушка сидела около меня и я не услышал от нее ни одного звука, хотя только и слышалось-“Нина, передайте салат, Нина, не стесняйтесь, Нина, наша лучшая аспирантка…” После каждого обращения она стандартным образом вспыхивала, как помидор и утыкалась в свой громадный бокал с сухим вином, стараясь скрыть лицо.

     Я ухитрился подлить водки туда, конечно, не имея ввиду никаких долгосрочных планов, кроме как проводить. Так и отплясывал с матронами, косясь на нее.

     Женщины были довольны, ребята квасили, родитель и родственники были на седьмом небе, одному мне безумно хотелось спать. Танцуешь под Энджи с мягкой теплой и большой мадам и так тянет в сон на грудь этой мамаши… Эти танцы и доконали мои тапочки, лопнули они капитально.

     Из наших никто на это не обратил внимания, но женщины очень даже обеспокоились- вышла из строя единственная тягловая лошадка!

     – Евсей Сергеевич, где у вас шило и суровые нитки?

     – Евсей Сергеевич!!

     Евсей Сергеевич вскинулся и сразу виновато опал на стул, членораздельная речь ему уже не под силу. Они там с Рашид-водкой нашли друг друга и уплыли далеко-далеко.

     – Леонид, пойдемте, я знаю где это лежит.

     – Да, да Ниночка, проводите молодого человека, но не задерживайтесь там долго! Ха-ха-ха

     Следуя за кумачово-красной Ниной, я последовал вглубь профессорской квартиры. Мы куда-то шли, сворачивали, шли и дошли до бытовки, в которой лежал всякий хлам. Наклонившись передо мной она начала копошиться на нижних полках.

     Но ведь черт ее дернул в тот вечер вырядиться в мини! Прямо перед собой я увидел наклонившуюся девушку и ее безукоризненные ножки, маняще сходящиеся и место стыка было прикрыто едва-едва…

     Чтобы понять дальнейшее надо детально объяснить начальные условия. Как я уже упоминал, я два месяца работал в стройотряде и за эти два месяца мне пришлось оттрахать порядка пятидесяти или, что будет наверное точнее, порядка семидесяти женщин. Как это пришлось? Без всяких там шуток, это была важнейшая культурно-просветительская работа, от которой невозможно было отказаться.

     Дело было так. Мы приехали в маленький сибирский городок и нахватали подрядов выше крыши, в нулевом цикле, в бетонных работах прошла неделя, а на исходе ее наш комиссар заявил: