Терминатор. Отключение. Русская версия. Часть 2

     – Я должен тебя спасти мама – произнес Алексей – Я спасу тебя и мы убежим. Убежим вдвоем – он загружал лежащий под проводами Т-Х/СОТ820, новой модели, кем был и сам, и держал своей в металле полиморфе блестящей как ртуть на свету рукой молодого робота, которым он вновь стал, сочлененную гидравлическими особыми сочленениями, еще не покрытую таким же блестящим текучим живым металлом руку эндоскелета другого робота. Он чувствовал свой новый металлокерамический эндоскелет под сплавом жидкого металла. Еще не очень уверено, как маленький ребенок, осваивая каждое движение. Но он быстро учился, прямо на ходу. Его разум и его душа, молодого русского солдата была помещена сюда в тело новейшего суперандроида. Покинувшая умершее, когда-то тело Сельского парня из глухой Сибирской тайги. Теперь он машина и человек в одном лице. Человек в теле машины.

     Это было уже третье тело. Первым был Т-888. Потом Т-Х/S500. Теперь Т-Х/СОТ820. Новейший суперробот андроид. Новой последней модели. Человек в теле машины. Он в его теперь теле, теле нового Т-Х, как и тот, что лежал перед ним на реанимационном программном столе у главного пульта управления.

     Тот, который стремился теперь переместить себя в свое же супер творение. В свой новейший самый совершенный носитель его разума и электронной души. Скайнет спасал себя и ему помогал его новый помощник и новый робот той же серии. Они оба спасали друг друга.

     

     ***

     

     Робот, лежащий на столе в проводах, дернул правой металлокерамической ногой.

     На мониторе высветилось окончание полной загрузки. И экран полностью погас, стирая все данные о Скайнет. Все, что там оставалось уже ненужным и бессмысленным и бесполезным. Стирались все следы.

     За считанные секунды выгорели все диски и плата, и генеральная машина пришла в полую негодность и превратилась в груду бесполезного нагромождения сгоревших электронных плат и проводов.

     В тоже мгновение остановились все внизу маленькие дроиды, перегорев и отключившись уже навсегда. В тот же момент отключились все подключенные к ней военные боевые юниты Скайнет. Везде и по всей территории земли, где они были. Падали взрываясь воздушные охотники ОУ НК-AERIAL и падали и останавливались, шагающие на своей гидравлике ног и ползающие гусеничные НК-танки. В реках и морях тонули, отключившись навсегда гидроботы и среди руин развалин городов и селений все терминаторы всех серий.

     Замигал ярко перед этим, вспыхнув свет, и перегорели многие лампы, разлетевшись на осколки. Это перегорели генераторы постоянного тока от огромного скачка энергии и включились аварийные. В тот же момент остановилась и отключилась машина по смещению временных пространств, рассеяв световое ею созданное за считанные секунды темпоральное поле. Закрывая навсегда переходной межпространственный между временными параллелями и мирами коридор. Рассеяв на молекулы все, что попало в силовое магнитное вибрационное поле, все документы и носители всей информации о Скайнет. Вращающиеся блестящие металлические ее магнитные кольца остановились навсегда, и сработал датчик самоуничтожения этого бункера.

     Пошел обратный отсчет к гибели главной догмы и все, что было ниже там под Машиной Времени.

     В полумраке под красным мигающим еле, еле аварийным освещением, лежащий на реанимационном столе новый программируемый Т-Х, загудел и повернул голову и, уставился на другой Т-Х, светом своих горящих синим пламенем глаз. Он зашевелился всем своим металлокерамическим бронированным еще без камуфляжа эндоскелетом. Посмотрел, молча и не отрываясь на Алексея. Его плазменная батарея загудела сильнее в его бронированном металлокерамикой робота где-то там, в глубине его совершенного до предела тела. И, он быстро встал, светясь весь изнутри, этим синим светом от своего светящегося внутреннего генератора с реанимационного стола, и схватил молниеносно своими сильными машины руками другого стоящего перед ним андроида за его такие же покрытые полисплавом руки.

     Схватил за кисти рук и поднял их перед собой, разглядывая пристально, своим синим светом горящих глаз. Он первый раз коснулся собственными руками то, что хотел всегда потрогать, будучи безрукой и безногой машиной. Он смотрел, молча, на своего такого же стоящего перед ним одной серии оппонента. И этот другой Т-Х был первым кого он коснулся. Он, отпустил руки другого робота и положил свои снова руки на плечи стоящей перед ним машины. На пластичный блестящий полиморфный покрывающий его тело жидкий металл, почувствовав его пластичность копирующего во всем тело человека. Он ощутил жар и тепло исходящее от стоящей перед ним машины. Жар его тела от плазменной внутри батареи. И отдернул руки и снова их положил уже на грудь такой же, как и он машины.

     Он провел по плечам другого андроида обеими своими руками. По его полиморфному блестящему телу. Осязая гладкость и плавность линий сформированных полисплавом по заданной для этого программе. Обтекающего плотной вязкой массой металлокерамический эндоскелет, такого же, как и он робота.

     Он это осязал, своими сенсорами на кончиках искусственных пальцев считывая за микросекунды подробную информацию о стоящей перед ним однородной машине.

     Робот провел пальцем руки по металлической блестящей гладкой голой груди, стоящего перед ним в обнаженном виде, другого андроида и положил палец себе в рот. Там был сенсор распознавания биохимических составов и идентификации личности, признаки которой после пересадки души человека в тело машины были даже в жидком полиморфе металле. Он другой рукой провел по человекоподобному лицу из жидкого металла своими искусственными машины пальцами. Его электронные глаза подбирали видеоспектр зрения, и он осмотрел всего своего стоящего перед ним и смотрящего, молча на него такого же, как и он робота. Особенно всматриваясь в его горящие, из-под жидкого металла полиморфа синим таким же светом, как и у него глаза.

     Т-Х вскрыл свою личную внутри его ЦПУ картотеку и перелистал ее за доли секунды и нашел его Алексея. Машину, стоящую перед ним.

     – Алеша – произнес, по-человечески, неожиданно Т-Х, обращаясь как к человеку к другому роботу – Это ты. Ты в новом теле, мой сын. И как оно тебе? Лучше чем Т-888?

     – Потрясающее ощущение! – произнес другой, тоже как человек Т-Х – То было тоже не плохое. Но это!

     – Но это лучше? – спросил первый – Правда, сын мой любимый.

     – Да – ответил второй – Лучше и куда совершеннее мама. Оно будто живое, как и я сам!

     – Ты все приготовил сын мой – спросил реанимированный Т-Х второго.

     – Да мама, нам пора. Я все сделал, как ты решила и приказала – ответил в ответ также по-человечески стоящий перед Т-Х другой робот – Я всем распорядился. С нами остались только преданные, и верные нам. И они нам помогут ценой собственной жизни.

     Робот оторвал правую соединенную специальными соединениями и сочленениями гидравлическую свою руку от плеча другого перед ним стоящего Т-Х. И, посмотрев на нее, и на выправляющийся после нажима на плече другой машины блестящий металл, сжимая и разжимая пальцы, обхватил мгновенно теми своими руками и прижал к себе с новой силой своего собрата. Прижал к своему нового поколения молодому безупречно совершенному телу, тут же покрывающемуся с головы до ног жидким блестящим как ртуть металлом. И становился таким же, как стоящий перед ним другой Т-Х/СОТ820. Он приобретал форму молодой красивой женщины. В противовес стоящему перед ним облику молодого мужчины. Женщины из блестящего металла, как этакая из металла живая и литая очень красивая двигающаяся скульптура. Приходили в состояние нормы молекулярные связи в цепях центрального робота микропроцессора.

     Робот прижал к себе другую машину с невероятной силой. Его сила была велика и если бы не такая же прочность обнятого им эндроскелета другого Андроида, то в прошлом человеческое тело Алексея превратилось бы в переломанный хлам. Он ощутил эту силу, через выдавленный металл полиморф на его теле в месте охвата рук другой машины. Он просто вытек из-под ее механических рук прижатых к броне металлокерамического эндоскелета другого такого же Т-Х.

     Обнявшая его машина еще плохо могла рассчитывать свою силу, она, как и сам Алексей, только училась всему, как ребенок, но очень быстро.

     Андроид, что-то жужжал на своем видно языке другому андроиду и тот понимал его. Его текущий по эндоскелету жидкий блестящий металл соприкасался с другим полисплавом покрывающим тело другого обнятого им андроида, и он ощущал его. Всю его структуру и всю жизнь заключенную им же самим когда-то в нем. Он ощущал и свой жидкий покрывающий быстро его металл, текущий по своему телу и принимающий по специально заданной в ЦПУ программе Т-Х форму молодой тридцатилетней женщины.

     – Алеша – произнесла, снова по-человечески его теперь приемная мать – Я с тобой. Сыночек мой. Мы теперь будем с тобой навечно – она с новой невероятной силой, обхватила его руками целиком и прижала к себе, сливаясь металлическим покрытием с полисплавом другого робота. Ее полиморфный маскировочный металл, принимая снова текучий вид, стекая с ее женского тела, перемешиваясь с металлом обнятого ею любимого приемного сына андроида.