Телепорт. Часть 6

     – Прошу тебя нежнее, пожалуйста. Семен ночью так нежно лизал, мне больше понравилось. Да, вот так, я скажу, когда можно усилиться… Да: , да. Чуть выше: , еще. Ах, как прекрасно. О-о-ой. Давай валетом ляжем – хочу одновременно пососать.

     Сергей и сам подумывал о таком способе. Лег на бок рядом с любовницей, приподнял её левую ногу и продолжил лизать. Соска закрыла рот женщине, только угуканья доносились от нее. Вставив, три пальца в вагину, он смочил их соками, вынул указательный палец и ввел его в анус женщины. Опять сдавливая и массируя перегородку, добился оргазма любовницы. Сжавшаяся манда выдавила большую порцию влаги, которой любовник все равно не напился.

     – Стой, миленький. Сейчас отпустит. – Просила Алена. Сергей поступил по ее просьбе. – Я: уже желаю: тебя в: себе. – Договорила, наконец, женщина.

     Мелкими толчками, по пол шишечки за раз, входил в нее любовник. Стоны становились все громче, подмахивания попкой на встречу аппетитной елде, выше. Через минуту, стоны сменились нарастающим гулом самолета, летящего в выси. Член уже погружался до помидоров, коими выглядели красные яйца Сергея. Амплитуда стала максимальная, частоту задавала любовница. Ступни ног, она положила на ягодицы парня и в момент наибольшего введения, подталкивала его таз ближе к своему передку.

     Сергей ловил кайф от узости Алёнкиного влагалища, которая по сравнению с кувшином Аглаи была трубочкой. Своим членом он доставал до какого-то упора, от касания с которым получался поцелуй залупы с этим дном. “Видимо это матка. Ох, как прелестно. Уже не плачет, милая, приятно постанывает. А узость то, какая теплая и плотная. Чувствую её”. От этих мыслей он начал эякулировать. Первый самый массовый фонтан свалил сознание любовницы в лагуну экстаза, второй поднял к небесам, освещёнными салютами. Каждый последующий переносил ее в разные реалии.

     Алена уже не могла контролировать свое тело. Изогнувшись в судороге оргазма, она опять выпустила мощную струю смазки.

     В открытую дверь Аглая видела позицию любовников. Ноги женщины сплелись вокруг тела внука. Они лежали, не шевелясь около минуты. Внук отвалился как насытившаяся пиявка на край постели. Аглае, еще не приходилось видеть, как выглядит только что отъебанная манда, подошла к проёму, всмотрелась как из темного отверстия вагины, лилась тугая смесь спермы и влагалищного сока. Удержаться от искушения и выпить молодецкого зелья, она не смогла. Прогнала внука с края и припала устами к тем устам, из которых выходят не ласковые или бранные речи, а люди.

     Алена очнулась от этих ласк. Увидела голову женщины и придавила ее к промежности плотнее. Эти ласки послужили успокоением для молодой женщины. Она убрала руки и лежала расслабляясь. Прислушалась к ощущениям в глубине вагины. Боли не было. И это радовало.

     

     ***

     

     Процедуру прервал дед, цыкнувший на кота, который пытался утащить рыбу. Аглая вытерла рот и подбородок тыльной стороной руки. Алена зашла в баню омыться. Сергей тоже двинулся следом за ней. Алена полила из ковша воды на лобок, пенис, яйца любовника, провела рукой, смывая слизь с тела. Затем опять, как в прошлый вечер, когда купалась с мужем, поставила ногу на нижний полок. Раскрыла гениталии, полила воды. Сергей отстранил её руку, и нежно водя по губкам, омыл их. Полил воды на попку, смыл там слизь. Потом поцеловались, благодаря за доставленную усладу.

     – Как ты? – Он.

     – Очуметь, это не то слово, которым можно выразить состояние. – Она.

     – Жрать хочу! Если сейчас не накормят, твою пиздятину съем.

     – А я колбасу твою схрумкаю.

     – Ба: ! Есть что перекусить: ? Боюсь достоинства лишиться.

     – Сноха, сучка! Не ешь такую радость. Иди вон утрешние блины, борщ вчерашний разогрей в микроволновке.

     – Сноха?

     – Если побывала под моим родственником, значит сноха.

     – А если под твоим мужем побуду? – Уже шепотом, хихикая, спросила молодая сучка, поправляя платье. – Соперницей?

     – Второй женой, мы хоть в матриархате живем, но можем позволить мужу драть молодку.

     Через полчаса они вчетвером уплетали сытный обед. Рыбка, недавно трепыхавшаяся на кукане, обжаренная в пшеничных сухарях, мгновенно было съедена. Запивали все компотом из ягод и яблок. Раскрасневшиеся от еды люди отвалились на спинки стульев.

     – Ба, мне надо будет на несколько дней уехать, ты не волнуйся, я обязательно сюда приеду. Теперь каждое лето у вас буду гостить.

     – Куда поедешь? Деньги нужны?

     – В Орёл. Там наши ребята собираются. Бокс, то, да сё. Недельку, полторы. Деньги не нужны. Вернее нужны, но старые советские, чем больше, тем лучше. Там у нас типа покера. Чтобы менты не заловили, играем на старые. Дед говорил в деревне можно найти.

     – А меня возьмешь? – Начала напрашиваться любовница.

     – А Коля отпустит: ? И все равно не возьму. Там чисто мальчишеский сабантуйчик.

     – Бяка ты. Вот я блядь. О Коле забыла: , что ты со мной сделал? Баб, это честно будет, если я сознаюсь?

     – Это будет честно, но не своевременно. Вы всего второй год живете вместе. Потерпи лет пять. Узнай его характер. Вдруг он психованный, начнет вешаться, тебя резать? Я через семнадцать лет созналась о десяти днях вот с таким Аполлоном, – баба потрепала волосы внука. – Уж если спалитесь, тогда придется каяться.

     – Как насчет советских рублей, – напомнил внук

     – Сеня, принеси ему, что там есть. Давно уже надо выкинуть, да все деревенский практицизм не дает. Вечерком по старикам прогуляемся. Может некоторым скрягам надо будет современные деньги дать взамен, типа выкупаем у населения. Сноха! Иди домой к первому мужу. Приготовь вкусненького, встреть хорошо, как будто после долгой разлуки. Ну и там: даже не смотря на то, что он будет стонать от усталости, подмахни ему как сегодня второму мужу. А ночью…

     – Сама знаю, мама свекрови. Ой, что вы со мной делаете!!! Сереж, там у меня лампочка перегорела, поменяй, а! Я боюсь электричества.

     – Я не боюсь ни электричества, ни лепиздричества.

     – Через две-три минуты, чтобы от нее вышел. Ты понял? Не надо пересудов.

     – Правда лампочка перегорела, ба! Не вру.

     

     ***

     

     Старый дом, доставшийся молодым в наследство от дальних родственников, был простеньким. Сени, и пятистенок. Почти половину площади занимала русская печь. Нехитрая утварь, стол, стулья. Из современных вещей телевизор, и двуспальная кровать. Куда телепортироваться, Сергей определил сразу – закут между стеной и печью. За замену лампочки хозяйка рассчиталась поцелуем. И прогнала любовника.

     Чтобы забыть о нем, отыскала рецепт салата. Потом еще один решила сделать. Некоторых продуктов не было – надо идти в магазин. В дверях поймала себя – “Стоп! Без трусов и лифчика. Ебанулась совсем. Бля, как же хочется посверкать голой жопой! Хотя кому ее показывать? Беззубым старикам и безусым дрыщам?”

     Она одела то, что всегда надевала в походе за продуктами. Джинсы, блузку навыпуск. Естественно не без белья. По пути в магазин, она размышляла о последних часах этих суток. Да, всего шестнадцать часов прошло с тех пор, когда она увидела Сергея. Какие изменения произошли в этой порядочной жене. Или любовник колдун или в ней уже сидят зачатки блядства. Она вспомнила одноклассницу, которая говорила: “Бери от жизни все. И лучше пока молода”. Как уже говорилось, она дважды была замужем и дважды ее прогнали за адюльтер. Вспомнила Алена и то, как долго уговаривал её Коля, как она отказывала ему, и решилась-таки на соитие перед его призывом на службу. Почти год Николай добивался ее тела, а Серый за полвечера околдовал. Вспомнились так же приставания сельских парней, которые искушали ее пока Коля служил, как Манька уговаривала ее “не ломаться”, а пойти с ней покуролесить с ебарями.

     Дома, сменяя джинсы и блузку, она решила походить голышом. Чтобы шипящее масло не обожгло живот, накинула фартук. Напевала песенку, услышанную по радио. Неожиданно вернулся Коля. Поломался трактор, запчасть привезут только к вечеру или завтра. Он был несколько обозлен, но увидев обнаженную попу жены, подкрался и запустил руки к грудям. Алена вздрогнула. Повернулась к нему, обняла за шею, впилась поцелуем в его уста.

     – Ты чего голая шастаешь?

     – Мой дом, как хочу, так и хожу… Я твой любимый салат делаю, еще один аналогичный для пробы. Сейчас будет готов. Подождешь? Или сначала: ? НЕТ! Сначала умойся: “Мама я шофера люблю, шофер ездиит в машине вся залупа в керосине”. – Писклявым голосочком напела она детскую песенку. – У тебя наверно в соляре?”Тракторист, тракторист, положи меня на низ. А я встану, погляжу, хорошо ли я лежу”. Ой! Иди уже хоть руки помой. – Веселое настроение жены передалось Коле.