Сюрприз от Степаныча. Часть 4

     Разговор ее заводил, способствуя приближению оргазма.

     – А хочешь у Антошки пососать? – продолжал Степаныч. – У него смотри, какой хуй! Большой, толстый, как ты любишь!

     – Хочу! Очень хочу! – хрипела Люська. – Дай мне в рот!

     Я, возбужденный таким диалогом, подвинулся ближе. Член опять “задымился” , требуя немедленного удовлетворения. Придвинулся с намерением засунуть Люське в рот, но Степаныч отрицательно качнул головой. Люська вдруг взвыла, сжала ноги, притянула Степаныча к себе и впилась ему в спину ногтями.

     – Эй, аккуратней там, девочка! – прикрикнул Степаныч. – А то я тебе засосов наставлю, получишь пизды от мужа!

     Люська обмякла, откинулась. Ноги у нее расслабились и раздвинулись. Степаныч встал с нее, придвинулся к голове, сунул свой член в рот.

     – Ну-ка, оближи его!

     Люська вяло стала облизывать.

     – Соси! – потребовал Степаныч. Я зашел с другой стороны, ухватил ее за грудь, погладил, сжал. Расплывшиеся груди были роскошные, молочно-белые, большие, мягкие, с большими коричневыми кружками вокруг торчащих, словно маленькие пальчики, сосков.

     – Хочешь присунуть? – усмехнулся Степаныч. Он протянул руку к волосатому лобку, раздвинул волосы, губы влагалища. – Смотри, какая пиздища!

     Дырка у Люськи была действительно большой: Из нее вытекала белесая жидкость.

     – У мужа-то, небось, здоровая дубина? – поинтересовался Степаныч.

     – Нет, – выдохнула Люська. – Маленький.

     И опять взяла член в рот. Степаныч гладил ее пизду, пощипывал клитор на глазах у меня. А Люська млела. Вдруг она протянула руку и ухватила меня за яйца. Слишком сильно схватила, я аж взвыл. Она поспешно отпустила руку.

     – Больно, бля… – я отошел в сторону. – Ладно, вы развлекайтесь, я к своей пойду.

     Светка сидела уже за столом, потягивая сок.

     – Засадил ей? – ехидно поинтересовалась она. – Что-то ты быстро?

     – Еще нет, – усмехнулся я. – А ты бы возражала?

     – Не знаю, – Светка задумалась. – Наверное, да:

     – Пойду, чайник поставлю, – объявил я. – Кофе хочу! Тебе принести?

     – Ага!

     Процесс приготовления кофе занял около пяти минут. Я вернулся, держа в руках две кружки растворимого кофе – сладкого, но без молока.

     Компания вся уже была в сборе, за столом. Степаныч, увидев кружки с кофе, решительно отобрал одну:

     – Себе еще сделаешь!

     Вторую я отдал Светлане. Она отхлебнула, улыбнулась, увидев, мою немного разочарованную физиономию. Я опять вернулся на кухню. Благо чайник был горячий, кофе заварил сразу же. Дверь открылась, на кухню вошла Люська. Подошла ко мне, прижалась, ухватила за член. Я обнял ее, запустил руку между ног. Она отвернулась, нагнулась, подставляя задницу, и вся аж выгнулась в ожидании:

     – Выеби меня!

     От этих слов, да из уст Людмилы Ивановны, учительницы начальных классов, у меня член снова принял строго вертикальное положение. Я тут же использовал его по прямому назначению. Воткнул сходу и попал. Попал, там аж всхлюпнуло. Люська удовлетворенно замычала.

     – Как же заебись-то:

     Видимо, в разгар полового акта использование нецензурной лексики ей приносило удовлетворение. Я стал качать. Во влагалище у нее хлюпало, булькало, даже посвистывало. Но, увы, полноценно насладиться мне не удалось. Только я сделал с десяток-другой фрикций, как Люська выдохнула, захрипела и осела.

     – Я всё…

     Она села на пол, прикрыв глаза. Я разочарованно достал бокал, сыпанул себе растворимого кофе, сахар, залил кипятком. Размешал и направился в баню – в комнату отдыха.

     – Не торопись, Антон, – тихо посоветовала Люська вслед. – Не врывайся к ним:

     Почему-то у меня вспыхнула какая-то непонятная злость. Я подошел к двери, заглянул в щель – дверь была не закрыта до конца. Степаныч сидел на стуле, а моя Светка, моя целомудренная Светка, выгнувшись раком, старательно у него отсасывала! Степаныч положил ей руки на затылок и буквально трахал её в рот. Нет, скорее все-таки, дрочил себе член её головой! Я хотел ворваться в комнату, но сзади меня обняла Люська, одной рукой ухватив за член.

     – Дай, я у тебя пососу!

     Она попыталась меня развернуть, но я ее оттолкнул, вручил кружку с кофе и потихоньку на цыпочках вошел к ним. У меня сходу родилась идея. Светка с откляченной задницей меня не видела. Ее жопа призывно смотрела в сторону двери. Я подошел к ней и, ухватив, за бедра, ввел свой член ей сзади. Сначала Светка замерла. Потом вздохнула, выпустила член изо рта, обернулась и сказала:

     – Да! ДА!!!

     Потом она снова заглотила член, уцепилась за яйца. Степаныч опять закатил глаза. Сзади подошла Люська. Обняла меня сзади одной рукой. Так мы еблись минут пять. Первым не выдержал я. Отодвинулся. Светлана возмущенно замычала, крутанула задницей.

     – Пошли в спальню на кровать!

     Степаныч аккуратно поднял Светку со своего члена, поцеловал в губы, не гнушаясь тем, что они сейчас только что держали его член. Поцеловал взасос, по-французски. Светка ему ответила. Я снова начал злиться. Меня в ответ обняла Люська и также взасос попыталась меня поцеловать. Я обнял ее. Все-таки Люська была крупной женщиной, толстушкой. Со Светланой разительный контраст.

     – Ну, пошли что ли! – потребовал я. У меня возникла одна идейка, которую я хотел, нет, просто жаждал воплотить. Я видел в холодильнике на кухне пачку сливочного масла:

     Мы пошли. Я – последним, Степаныч – предпоследним. Я чуть отстал, хлопнул его по плечу, привлекая внимание, сказал тихо:

     – Я сейчас: Ты Светку на себя усади, спиной к двери: Чтоб не видела:

     – Понял! – Степаныч широко улыбнулся. – Круто задумал:

     Я сбегал на кухню, вытащил пачку масла из холодильника, распечатал на ходу, догоняя их.

     Степаныч ухватил Светлану за плечи, повернулся спиной к кровати и завалился. Светка легла на него, потом поджала ноги и уселась ему на член верхом в позе наездницы. Люська сначала прижалась ко мне, но заметив мои действия – я отломил кусок масла, мазнул по члену разок-другой – остановилась, хотела что-то сказать, но не решилась и полезла на кровать. Сначала она нагнулась и поцеловала Степаныча, потом попыталась поцеловать в губы Светлану, но встретила отпор с ее стороны – видимо, лесбиянство Светку не привлекло. Отодвинулась, широко расставила ноги и принялась ожесточенно тереть клитор. Запустила пальцы во влагалище. Нет. Все-таки пиздища у нее была большой, очень большой. Разработанной…

     Сразу же возникла еще одна мысль – трахнуть Люську, засунув два хуя ей в пизду. А что? В такую бы влезло:

     Степаныч повалил Светку на себя, крепко обнял, засосал в губы. Ее задница оказалась передо мной во всей красе. Я аккуратно подсел сверху, мазнул еще раз маслом по головке члена и воткнул Светке прямо в очко. Сначала – только головку.

     Светка заорала, попыталась вырваться. Степаныч прижал ее к себе.

     – Тихо, тихо, девочка, – сказал он ей на ушко. – Сейчас все пройдет. Сейчас будет хорошо. Это сначала чуточку больно. Потом будет супер.

     – А ты как хотела, блядища? – сказал в свою очередь я. – Вот так безнаказанно мне изменять? Терпи, сучка!

     Светка повернулась ко мне. На ее глазах были слезы. Я просунул член чуть глубже. Замер, давая ей привыкнуть.

     – Тихо, тихо! – продолжал утешать ее Степаныч. – Сейчас все пройдет. Сейчас тебе понравится:

     – Терпи, блядища, – в ответ говорил я. – Не все ж тебе только кайфовать!

     Я загнал член полностью. Начал потихоньку двигаться – вперед-назад, вперед-назад. Светка молчала, стиснув зубы. Потом по телу прошла судорога, она на секунду замерла, потом вдруг тело резко расслабилось и она застонала. Протяжно, с хрипотой.

     – Ой, мамочка! Ой, мамочка!!! – Светка впилась в губы Степанычу, потом попыталась развернуться ко мне. Не получилось. Я ухватил ее за грудь, терзая соски. Она рванулась вверх, потом забилась, словно птица. Обмякла и замерла. Словно потеряла сознание.

     – Кончила, – констатировал Степаныч. – Пиздец, у нее пизда тесная: Кстати, я тоже кончил. В нее. Надеюсь, проблем не будет?

     Он, кряхтя, вылез из-под Светланы. Та распласталась на кровати, широко раскинув ноги. Но мой-то член еще стоял! И торчал в её заднице в боевом положении и требовал немедленной разрядки. Я стал ебать лежащую Светку – в задницу. В жопу! Сбывалась давнишняя мечта. Она не реагировала. Практически лежала трупом. “Будешь трахать – не буди!” – вспомнился анекдот.