Сюрприз от Степаныча. Часть 3

     Люська тоже разделась безо всяких экивоков, показав нам свое белое, прямо молочное тело во всей красе – полненькая с широкими бедрами, круглой, прямо-таки обширной, задницей и большими сиськами, в мужской среде, именуемыми “дойками” , с крупными темными сосками. Между ее бедер красовалась густая поросль черных жестких волос – чуть ли не джунгли.

     Светка, глядя на нее и на нас, а также разгоряченная и расслабленная алкоголем, тоже разделась без малейшего стеснения, продемонстрировав нам и черные чулочки с ажурным кантом, и кружевные черные трусики, и такой же черный лифчик.

     Степаныч только досадно крякнул, шепнув мне:

     – Надо было ее сначала на стриптиз раскрутить: Эх!

     Светка, глядя на Люську, тоже крутанулась, давая полюбоваться собой со всех сторон: полная противоположность Людмиле – худощавая, узкобедрая, но с большой грудью, средненькой, но крепкой задницей и аккуратным треугольником в паху. Я, честно говоря, слегка прифигел от ее такого поведения. Не ожидал совсем от этой, с виду недотроги. На глазах окружающих Светка была такая тихоня, практически “синий чулок” , а тут: Вообще, думал, она откажется. Пошлет всех нас “нах” и дальше, а тут…

     Светка, довольно улыбаясь, еще раз крутанулась вокруг своей оси, давая возможность нам еще раз ей полюбоваться.

     Кстати, кутаться в простыни девчонки (как это делают сейчас) не стали.

     После чего мы зашли в парилку: сначала Люська, которая растянулась на верхней полке, потом Степаныч. Я шел за Светкой, в дверях ухватил ее снизу за промежность, сжал слегка – ей это всегда жутко нравилось. В ответ она приостановилась, слегка повела ногами, раздвигая их. Наши ласки оборвала Люська:

     – Заходите быстрей, жар выходит!

     Светка села на вторую полку рядом со Степанычем. Он повернулся к ней и осторожно провел ей ладонью по груди снизу вверх.

     – Сейчас пот пойдет:

     Светка (я опять удивился!) не отстранилась, совершенно спокойно принимая его прикосновение. Степаныч провел ладонью по другой груди, закончив движение на соске. Легонько сжал. Светлана даже глазом не моргнула. Я не переставал удивляться ее поведению. Неужели это всего лишь действие алкоголя?

     Я садиться на полку не стал, просто встал рядом. Передо мной красовались полненькие ноги Люськи – от пяток до мохнатого лобка. Ну раз Степаныч хватал Светку за сиськи, значит, и мне можно допустить определенные вольности. Я осторожно прикоснулся к зарослям на лобке, погладил. Ноги то ли самопроизвольно, то ли с коварным умыслом раздвинулись и я попал рукой прямо в мокрые губы влагалища: мягкие, влажные, нежные. Осторожно коснулся, погладил, запустил, нет, скорее просунул внутрь кончик указательного пальца. Люська шумно вздохнула.

     Светке мои действия были не видны – всё это я проделывал за ее спиной. Я осторожно коснулся Люськиных бедер с внутренней стороны, погладил. Степаныч тоже времени не терял – гладил Светке бедро, сидя рядом с ней, и что-то вполголоса рассказывал. Светка кивала ему, делая вид, что не замечает его поглаживаний.

     – Всё! – Люська вскочила. – Больше не могу. Жарко!

     Сверкнув широкой белой задницей (оффигительная жопа! – мысленно вздохнул я. – вот бы вдуть!) перед моим лицом она выскочила из парилки. Светка поднялась и пошла вслед за ней. Степаныч озорно глянул на меня, подмигнул, встал (пипец, как у него стоял елдак!) и двинулся за ними. Следом встал и я. Член тоже “дымился” , требуя немедленной разрядки.

     Люська со Светкой уже плескались в бассейне. Видимо, он был неглубокий, вода едва закрывала девчонкам груди.

     – Нырнешь? – поинтересовался Степаныч, кивая в сторону бассейна. – Или покурим?

     Курил он реально много.

     – Давай покурим! – решил я. Мы обвязались простынями, вышли на крыльцо.

     – Ну, что? Пора? – Степаныч хитро улыбнулся. Я пожал плечами.

     – Тогда по стопочке и в путь!

     Мы вернулись, девчонки уже сидели за столом с бокалами вина в руках. Степаныч плеснул водки – по 30 грамм, не больше. Чокнулись, выпили. Степаныч привстал, обнял Люську за плечи.

     – Пойдем!

     Они сели на деревянную лавку возле бассейна, стали целоваться. Взасос. Одной рукой Степаныч обнимал Люську за плечи, другой ухватил сиську. Люська ухватила Степаныча за член, стала мять и легонько его подрачивать. Светка ошеломленно наблюдала за ними. Я потянул ее к себе, посадил на колени верхом и тоже присосался к ее губам, прижимая одной рукой к себе за спину, второй рукой ухватив за грудь и сжав ее в кулак. Мы целовались взасос, но я не забывал поглядывать на соседей.

     Люська тем временем склонилась Степанычу к паху и присосалась к его хую. Степаныч запрокинул голову и закатил глаза. Я же вставил Светке член во влагалище, обеими руками ухватив за груди. Помятуя о ее склонности, сжал соски, стал их покручивать. Светка запрыгала на мне. А я во все глаза смотрел на Степаныча с Люськой.

     Люська ухватила его за яйца и энергично двигала головой – фактически ебала Степаныча своим ртом. Степаныч облокотился на руки, откинулся назад и наслаждался. Пару раз он открыл глаза, поймал мой взгляд и подмигнул мне.

     Светка скакала на мне, закатив глаза от удовольствия. Я остановил ее.

     – Пересядь!

     И пересадил ее спиной к себе, лицом к соседям. Почему-то я захотел, чтобы соседи тоже увидели, как мы ебемся. Светка пересела, застонала. Я опять ухватил ее за грудь, сжав соски, и она продолжила.

     Степаныч открыл глаза и стал с удовольствием наблюдать за нами. Выбрав момент, он даже поднял руку, сжав ее в кулак, и показал мне большой палец, мол, класс! Я тоже наслаждался как процессом “скачки” , так и зрелищем сосущей Люськи.

     Светка задергалась, застонала и обмякла. Я придержал ее, обнял покрепче и прижал к себе. Она замерла, прижавшись спиной к моей груди, выставив на обозрение соседей все свои прелести, включая мой член в своей пизде.

     Степаныч жадно посмотрел на нас, отстранил голову Люськи от своего члена, точнее, снял голову с члена (“Бля! А Люська-то вафлерша! – подумал я. – И она от этого тащится!”) , встал, поднял Люську на ноги и объявил:

     – Мы погуляем сходим!

     Они вышли. Я тоже встал, поднимая Светку, присел на скамейку. Моя партнерша приникла ко мне, не открывая глаз.

     “Уснёт! Точно уснет!” – подумал я. Нет, Светка не уснула. Отдышалась, посидела с закрытыми глазами и вдруг спросила:

     – А кто этот Степаныч? Кто он?

     – Крутой! – ответил я. – Очень крутой!

     

     Иерархию и авторитет Степаныча в уголовном мире было трудно оценить реально. С одной стороны он вращался в около правительственных кругах, запросто заходил, открывая дверь ногой, к губернатору области в кабинет. Ездил с разными делегациями по странам СНГ. А с другой стороны, когда местная ОПГ решила отобрать у нашего товарища бизнес – солидную фирму, занимающуюся строительством многоэтажных жилых домов еще с советских времен – Степаныч на “стрелку” приволок лидера чеченских отморозков из Москвы.

     В конце марта 1995 года! Во время войны в Чечне! И чеченец (реальный бандит и редкостный ублюдок!) со Степанычем общался крайне уважительно и денег за свое представительство в разборке не взял. Разумеется, чеченец приехал не один, а с группой таких же отморозков – ну, условно, конечно, отморозков. Чеченская ОПГ в Москве – это было очень круто: Разумеется, все претензии местных бандитов сразу же были сняты. Более того, с их стороны была даже выплачена определенная компенсация. Вот так:

     Ну, это так: небольшое отступление: И, разумеется, об этом я никому не говорил. И Светке тоже.

     

     Светка приоткрыла глаза и лениво поинтересовалась:

     – Ну, как, представление закончилось?

     – Что? – не понял я.

     – Ну, понравилось Степанычу, как я на тебе скакала? Он аж рот открыл да слюнки пустил, на меня глядючи:

     – Да ладно тебе! – усмехнулся я. Встал перед ней и провел членом по губам. – Ну-ка, возьми его:

     Светка, которая уже получила своё, к делу подошла творчески и старательно. Я еле выстоял перед ней. Чуть не упал от нахлынувшего наслаждения. Безусловно, лучше было бы прилечь. Когда я кончил, а кончил я на этот раз достаточно быстро, Светка всё тщательно проглотила, облизалась, довольная как кошка, налопавшаяся сметаны, провела мне языком по яйцам. Всё… Я своё получил.

     Минут десять я отходил, полулежа на стуле. Светка сидела на скамейке, прислонясь к деревянной стене. Вроде как даже задремала. Ноги раздвинула, давая мне возможность лицезреть ее прелести. Я налил минералки, выпил мелкими глотками. Встал с намерением сходить покурить. Обмотался простыней. Светка не отреагировала, даже глаз не открыла. На крыльце в одиночестве -решил не беспокоить Степаныча – не спеша, выкурил сигарету, достал другую: Жизнь определенно была прекрасна.