Проститутки Екатеринбурга

Собеседование. Часть 3

     — Кто это сказал? — мгновенно насторожилась Савченко, — Продолжайте… — она на секунду сверилась с планшетом, — Александр Михайлович.

     — Все зависит от назначения трансплантанта, — пожал плечами я.

     — Ну наконец-то, — довольно вздохнула Савченко, — Первый человек, поинтересовавшийся проблемой, которую мы пытаемся решить. Кстати, какую проблему собирались решать Вы, Мария Сергеевна?

     — Подавление иммунитета? — неуверенно посмотрела на Савченко «Машенька», — Чтобы предотвратить отторжение трансплантантов.

     — И зачем его интересно, просто так подавлять? Вы какую болезнь собирались лечить — Альцгеймера или Паркинсона? У научного исследования всегда должна быть очень конкретная цель. Не так ли, Мария Сергеевна?

     — Ну я хотела объяснить общий подход… — попыталась оправдаться Маша-отличница.

     — И как по Вашему мнению, «общий подход» способен помочь пациентам, страдающим одной из упомянутых мной неизлечимых болезней? Каким образом отражается на их здоровье Ваша успешная сдача экзаменов, прохождение собеседований и защита диссертаций?

     Заметив полные слез Машины глаза, мне стало немного ее жалко.

     — Итак, Александр Михайлович, — обратилась ко мне Савченко, — Какую проблему будем решать? Точнее, где наиболее целесообразно применение нано-компьютеров?

     — Учитывая нынешний уровень компьютерных технологий… — задумался я, — О моделировании логики наверно говорить пока рано, а вот имитация и обработка сигналов…

     — Виртуальная реальность? — уточнила Савченко, — Посредством корректировки информации от органов чувств?

     — Да, — кивнул я, — Позволяет лечить психические расстройства… — я ухмыльнулся, — Или наоборот.

     — Согласна, сигналы органов чувств достаточно просты, — сказала Савченко, — Однако их обработка происходит за так называемым иммунным файрволом. К примеру, мозг домысливает зрительные и слуховые образы пользуясь имеющейся в памяти информацией. Нарушение этих когнитивных процессов собственно и вызывает расстройства психики вплоть до шизофрении.

     — Так не надо чинить сервер, неправильно обрабатывающий сигнал, — возразил я, — Достаточно изменить сам сигнал. Поставив на его пути достаточно простой преобразователь или пользуясь компьютерной терминологией, «прокси».

     — Очень интересная идея. Продолжайте.

     — Если рассматривать нейронную структуру мозга как компьютерную сеть, преобразовательным модулям не обязательно находиться за файрволом. И интерфейсов с другими модулями у них немного — хорошо если с десяток. По сравнению с упомянутым Вами миллионом.

     — Продолжайте, Александр Михайлович, — изумленно уставилась на меня Савченко, полностью потеряв интерес к остальным сидевшим в аудитории кандидатам, — Не могли бы Вы подробнее описать архитектуру Вашей системы?

     — Во-первых, нужны пять нано-компьютеров — обрабатывающих сигналы пяти органов чувств, — начал я.

     — И координирующий сервер? — добавила Савченко.

     — Разумеется, — кивнул я, — Одного, думаю, хватит.

     Я принялся объяснять Савченко структуру гипотетической системы. Немножко настораживали ее детальные вопросы, словно Анна Валентиновна пыталась выяснить, действительно ли я построил подобную систему виртуальной реальности. Где? У себя в институте?

     — Даже не знаю, к чему придраться, — улыбнулась Савченко после получасовой дискуссии, — Если честно, не ожидала подобного уровня. Вы точно учитесь на втором курсе?

     — Ага, — выдавил я, смущенный ее вниманием.

     — Очень приятно меня удивили, — сказала Савченко, — Ну что ж, господа кандидаты. Не буду вас задерживать. Все свободны.

     Я встал и направился вслед за остальными студентами к двери.

     — Александр Михайлович! — неожиданно окликнула меня Савченко, заставив похолодеть от неприятного предчувствия.

     Анна Валентиновна что-то быстро набирала на виртуальной клавиатуре планшета.

     — Машенька — услышал я из коридора голос «Вовочки».

     — Пошел в жопу! — раздраженно ответила отличница Маша.

     — Никаких манер, — улыбнулась Савченко, оторвавшись от своего планшета, — Проголодались?

     — Немножко, — признался я, растерявшись от ее вопроса.

     — Пообедаете со мной? — предложила Анна Валентиновна, — Чего молчите? Господи, какой Вы стеснительный мальчик.

     — Извините, в другой раз, — вежливо отказался я, — У меня сейчас два экзамена.

     Я облегченно вздохнул — довольный, что нашел уважительную причину.

     — Ой, — спохватилась Савченко, — Это Вы меня извините, что не сказала. Я только что отменила все Ваши сегодняшние экзамены. Не обижаетесь? Или Вам интересно состязаться в зубрежке с девочками-отличницами?

     — Конечно нет, — улыбнулся я, вспомнив «Машеньку».

     — Вот и я так подумала. Пойдемте. Я угощаю. Не каждый день вице-президент компании приглашает кандидата на обед, правда? Вы меня сегодня по-настоящему впечатлили.

     Мы вышли из аудитории и направились к лифту.

     — Вверх, — попросила Савченко, когда я потянулся к нижней кнопке, — Подождете десять минут у меня в приемной? Ужасно извиняюсь, но мне нужно сделать несколько важных звонков.

     Звучало все очень подозрительно, но у меня не было выбора.

     — Нет проблем, — пожал плечами я, вызвав лифт.

     Офис Савченко был на последнем, 76м этаже.

     — Вика, пожалуйста два чая, — попросила она, войдя в приемную, — Мне и Александру Михайловичу.

     — Очень приятно! — приветливо улыбнулась молодая секретарша.

     — Взаимно, — смущенно буркнул я.

     — Просто чай, без печенья, — пояснила Савченко, — Оно только перебьет аппетит. И закажи столик в «Дарах моря».

     — Хорошо, Анна Валентиновна, — кивнула Вика.

     — Десять минут, Александр Михайлович. Обещаю! — виновато улыбнулась мне Савченко, — Сейчас я включу телевизор, чтоб Вам было не скучно.

     Анна Валентиновна взяла в руки пульт и включила вмонтированный в стену огромный телевизор.

     — Разберетесь, как переключать каналы? — спросила она, передавая пульт мне, — Пожалуйста извините за задержку.

     — Ничего страшного. Я подожду, — сказал я, — Тем более мне теперь некуда спешить.

     Савченко ушла к себе в кабинет, разумеется, прикрыв за собой дверь.

     — Чай, — улыбнулась Вика, аккуратно передав мне горячую чашку.

     — Спасибо, — кивнул я.

     Дождавшись, когда Вика отправится в кабинет своей начальницы, я быстро поставил чашку на журнальный столик.

     «За кого они меня принимают? — немного обиженно подумал я, — Конечно подмешали какой-нибудь… наркотик». Из-за полуоткрытой двери кабинета послышался смех Савченко. Она явно за мной наблюдала, хотя никаких скрытых камер в стенах и потолке я не нашел. «Хорошо замаскированы» — усмехнулся я про себя. К этому моменту у меня не осталось сомнений, что Савченко посадила меня в приемной, чтобы просто за мной наблюдать.

     «Ну нафига я ей нужен? — принялся рассуждать я, — Если она действительно работает в органах, я никакого интереса для них не представляю. Хотя на обед пригласила. Может я ей… понравился?» Эта версия была гораздо вероятнее шпионских теорий. «Да она мне в мамы годится, — усмехнулся я про себя, — А хотел бы я иметь такую маму?» Я почувствовал, что краснею. Мысли явно шли не в том направлении. «Если я хочу тут работать, нужно полностью подавить свои постыдные влечения и стать нормальным» — твердо решил я, уткнувшись в телевизор, чтоб хоть как-то отвлечься от преследовавшего меня воображения.

     Ореховское телевещание было немного странным — те же каналы и передачи, что и везде, но очень много рекламы. Причем как я ни переключал каналы, реклама оставалась абсолютно одинаковой. «Очень необычные ролики, — отметил я, — Короткие, максимум десять секунд». Но самое поразительное, ни одного из них я никогда до этого не видел. Рекламировали в основном одежду — без разбора: мужскую и женскую, пляжную и деловую. Последние веяния моды меня, понятно, не интересовали, но модели были довольно симпатичные. «Причем становятся с каждой рекламной паузой все красивее и красивее» — удивился я. Вкус режиссеров этих роликов явно совпадал с моим — особенно в отношении маленьких вздернутых носиков.

     «В 11: 30 телевизор в-основном смотрят домохозяйки»- принялся рассуждать я. Выходит эта незнакомая мне реклама была создана специально для них — ореховских домохозяек? Потому что их уровень дохода в несколько раз выше московского? И следовательно московская реклама для них не подходит?

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]