Сны в жаркую летнюю ночь. Часть 6

     Кирилл подскочил с места, чуть не уронив стакан с газировкой, и, не сказав ни слова, стянул с себя шорты. Я не сразу поняла, что произошло. Сидела и пялилась на него несколько секунд. Мы оба застыли в этой нелепой сцене.

     Я быстро пришла в себя и, отведя взгляд, спросила, что он делает. Мой голос звучал изумленно. Злость и стыд куда-то пропали. Я была ошарашена.

     – Прикройся!

     – Не буду. – твердо сказал он.

     – Почему? – я смотрела на свой стакан.

     – Чтобы ты мне не говорила, что мне не понять.

     – Я не то имела в виду.

     – Конечно не то. Ты же не смотришь, откуда мне понять.

     – Зачем мне смотреть?!

     – Чтобы быть в расчете, – лаконично сказал он.

     В этом не было логики. Совершенно. Но я сначала подняла взгляд, а потом уже сообразила, что делаю. Хотела снова отвести, но почему-то не стала.

     Набухающий и увеличивающийся, член был не маленького размера. Он медленно набирал силы, поднимаясь с половины шестого до одиннадцати.

     – Почему он встает?! – удивилась я.

     – Ты себя то видела со стороны?! – помедлил с ответом Кирилл.

     – А что я?

     – Грудь почти выпрыгивает, – сглотнув, кивнул он.

     Я прикрыла рукой верх купальника.

     – Я не виновата, – оправдывалась я.

     – Я тоже не виноват.

     Повисла пауза.

     – Так и будешь стоять?!

     – Нет, – он мотнул головой.

     Еще секундная пауза, и Кирилл, разворачиваясь всем корпусом, пошел в предбанник, оставляя свои шорты на полу, а меня в смятении. Можно сделать вид, что ничего не произошло. Может действительно у каждого из нас будет компромат друг на друга. В этом нет ничего плохого. Но я точно знала, что на этом мои банные процедуры окончены.

     

     Душный пар вновь окутал меня своей пеленой. Кирилл сидел на своем прежнем месте, но уже абсолютно голый. Я закрыла дверь, поправила купальник и уселась на свое место.

     – Сползает? – осведомился Кирилл.

     – Все в порядке, – ответила я.

     – Можешь его снять: – робко и будто невзначай предложил он.

     – Еще чего!

     – Тебе же неудобно.

     – Потерплю, – безапелляционно выдала я.

     – Чего теперь стесняться? – мысль прозвучала логичная, но эмоции не давали спуску. – Это просто для удобства. Да и мне будет не так неловко. Пожалуйста!

     Повисла очередная неловкая пауза. Я поймала себя на мысли, что действительно обдумываю эту мысль. Ну, бред же! Или не бред? Что такого может случиться, что уже не случилось? Хотя меня больше волнует мысль, почему мне любопытно взглянуть на него еще раз, повнимательнее. И не будет ли это наглым? Нечестным? А если снять верх, то будем ли в равных условиях? Он утверждает, что да. Он не против.

     Сердце екнуло. Зачем я это делаю? Я потянулась рукой к завязкам лифчика и потянула их, освобождая свою грудь от тесного плена. Другой рукой я все еще прижимала его к себе.

     – Тут нечего стесняться: – повторил он банальность.

     Я нерешительно отвела руку в сторону и положила лифчик рядом. Я сидела спиной к нему, и он все равно не мог ничего видеть.

     Обернулась. Он смотрел на меня. Лицо было красным от жары и мокрым.

     – Можно? – неуверенно и неопределенно произнес он.

     Я медленно обернулась к нему на своем месте, предоставляя к обзору свою грудь. Сразу возникло рефлекторное желание прикрыться, но я его подавила. Кирилл смотрел заворожено, не моргая.

     – Боже: – еле проговорил он.

     Мы оба тяжело дышали, а влажный воздух не давал надышаться.

     Я опустила взгляд и обнаружила, что он рукой сжимает свой член. Мой вопросительный взгляд не дал результата.

     – Ты что? – удивленно спросила я.

     Кирилл замешкался.

     – Ты против? – единственное, что он нашел ответить.

     – Нет. – почему то сказала я, хотя даже не успела подумать.

     Духота становилась невыносимой, особенно если на нее обращать внимание. Пол и лавки в ней были заляпаны перламутровыми сгустками, которые смотрелись совершенно не к месту.

     – Выходи, а то плохо станет. – констатировала я и, схватив лифчик, вышла в предбанник.

     Буквально через несколько секунд вышел и Кирилл.

     – Как ты? – осведомилась я.

     Его член, огромный на фоне его телосложения, все еще стоял колом. Я отметила, что он у него весьма эстетичен и красив.

     – Нормально. – выдавил он в ответ, наблюдая за моей реакцией.

     – Убирать будешь сам. – серьезно сказала я. Он согласно кивнул. – Ополоснись.

     Я сделала шаг в сторону и уступила ему место под душем. Кирилл послушно встал под струю воды.

     Я снова его осмотрела. Сбоку он казался еще крупнее. Черт!

     Неуклюже омываясь, он поглядывал на меня, ожидая, видимо, каких-то упреков.

     Я протянула руку и сняла у него с бедра тоненькую белую нить семени.

     – Можно и тщательнее мыться. – упрекнула я без злобы.

     Он обернулся, застыл, а затем передал мне мочалку. Я послушно взяла и стала натирать ему плечи.

     – Мог бы и сам, – он оставил мою фразу без ответа, – Повернись. – он подчинился.

     Я протерла ему грудь мочалкой. Слишком долго терла. Ну что тут такого? После такого – ничего. И я опустилась ниже, натирая ему бедра и голени. Его член в полной готовности колыхался от каждого моего усилия почти перед самым лицом.

     “Что тут такого?!”

     Я взялась левой рукой за член, а правой стала натирать ему пах. Кирилл замер. Действо снова затянулось – все и так было начищено. Мои движения стали медленными.

     “Ну, вот что тут такого?!”

     Рука с мочалкой замедлялась, а левая набирала обороты. Теперь я сжимала его ствол рукой и медленно водила по нему. Плотный, пульсирующий, он казался огромным в моей руке. Я подняла глаза на Кирилла. Он ошарашено и робко смотрел на меня сверху.

     – Пожалуйста: – прошептал он.

     Я отбросила мочалку и перехватила руку. Вверх по стволу. Вниз. Крупная головка то обнажается, то прячется в складках. Гипнотизирует и манит.

     “В этом нет ничего плохого, видишь?!” – внутренний голос набирал силу. – “Почему мы всегда себе отказываем во всем? Перед кем на притворяться?!”

     “Нам не нужно притворяться!” – ответила я себе и потянула кончик его члена себе в рот.

     Чуть солоноватый вкус и теплота, такие знакомые и желанные. Я обхватила его языком и слизнула, как конфету. Кирилл громко и со стоном вздохнул.

     Но мне было плевать. Его не существовало. Существовал только этот пылающий и пульсирующий член, а остальное лишь пыль. Я ласкала его, я пробовала его на вкус, я залазила языком под крайнюю плоть и водила там языком, внимательно изучая каждую клеточку головки.

     Ствол напрягся. Я это почувствовала. Он что, готов закончить? Уже?! Легкое разочарование. Тело Кирилла напряглось.

     – Лиль, – тихо, будто бы привлекая мое внимание сказал он. – Лиль! – повторил он, когда я не отреагировала.

     Пальцы на его ногах поджались. Он попытался отстраниться, но я крепко держала его за основание члена и не давала отодвинуться. И тут я почувствовала, как он дернулся.

     Когда первая скудная порция семени ударила мне в язык я вздрогнула. Ко второй и последующей была уже готова. Кирилл не сопротивлялся, полностью доверившись мне. Толчком за толчком, пульсацией за пульсацией брат наполнял мне рот своей спермой. Ее оказалось не так много, но она все равно ощущалась.

     Кирилл затих. Его член тоже. Смирившись, я отпустила его и встала. Он все еще смотрел на меня. Но теперь в его взгляде не было сомнений. Тут что-то иное.

     Соленое содержимое рта сгущалось и смешивалось со слюной. Я проглотила.

     – Вкуснятинка, – пошутила я. Похоже, он не понял шутки. – Извини.

     – Нет, все нормально. – заверил он меня.

     – На меня что-то нашло, я не знаю. Точно нормально?