Снежана

     
Летом двухтысячного года я с подругой первый раз в жизни отправился в самостоятельную поездку на море. Мы сели на поезд, и он нас повез в замечательное место под названием «Лазоревское».

     Дорога не произвела положительного впечатления. В поезде было душно, окна не открывались, и что самое плохое — отсутствовал вагон — ресторан. Кроме того, отдыхать в последний раз я ездил в пятилетнем возрасте, и поэтому ближайшее будущее (а именно десять дней) казались мне непонятным и сомнительным приключением. Единственной отрадой была встреча с Первой Любовью, которая ехала в этом же поезде. Удивлению не было предела, когда я увидел ее, покупающей пирожки на очередной станции. Мы вместе попили холодного пива, пока моя прекрасная половина дремала в купе.

     И вот мы, наконец, приехали. Перед нами раскинулось море широко, синее небо распростерлось до самого горизонта, и бесконечное количество тетенек и дяденек предлагали нам свои апартаменты в качестве места для ночлега. Выбрав квартирку по вкусу и сбросив с плеч сумки, я и подруга отправились на пляж.

     Когда я первый раз залез в воду, я понял, что если на планете Земля есть рай, то я в нем сейчас нахожусь. Волны качали мое уставшее от всего тело, солнышко грело подставленные плечи и другие подставленные части, а легкий ветерок добавлял ощущения неописуемого блаженства. За первый час «пляжного» отдыха я залезал в воду не менее пяти раз. Но дурацкая привычка есть три раза в день подняла с горячей гальки и направила стопы в сторону ближайшего кафе. Кафе очень кстати находилась прямо на пляже, мы поднялись по ступенькам, огляделись в поисках свободного столика, сели и:

     И тут я увидел ЕЁ:

     Меня как обожгло. На меня, глаза в глаза смотрела симпатичная девушка моего возраста в фартуке и подносом в руках. У нее были черные, средней длины волосы, стройная фигурка и красивые, бездонные глаза. Она смотрела так, что я понял, что я ей нравлюсь. Вместе с тем я понял, что она нравится мне тоже. Но подруга уже вовсю изучала меню, призывая меня к тому же.

     Отпуск превратился в кошмар. Рай, в который я попал, постепенно превращался в Ад. Я думал только о ней и хотел только ее. До сих пор не могу понять, чем же она меня к себе притягивала. В Москве, я бы мимо прошел и не заметил бы, но здесь, в состоянии эйфории это должно было произойти. Наверное, это и есть феномен курортных романов. Бросить подругу я не мог, потому что мы были только вдвоем, и оставить ее одну было против моих принципов. Но становилось невыносимо. Кроме того, у нее было нормальное чувство ревности, и все попытки слинять хоть на десять минут пресекались на корню.