Сказочные приключения (детский фетиш, инфантилизм). Часть 6

     К моему удивлению дорога до детской поликлиники заняла у нас меньше десяти минут. Зайдя вовнутрь, Лена сразу же пошла в регистратуру спрашивать, где находится кабинет нашего участкового врача. Оказалось, что находился он совсем рядом, на первом этаже. Очереди к нашему врачу не было, но из кабинета слышался детский рев. Через пять минут оттуда вышла молодая женщина с зареванным семилетним мальчишкой.

     – Мне так было за тебя стыдно, Вова, – вздохнула женщина, – Почему ты капризничал и не давал медсестре сделать мазок? А как стеснялся врача, когда она щупала тебя между ножек. Как будто они с медсестрой тебя в первый раз голышом видят.

     Лена взяла меня за руку и мы зашли в кабинет.

     – Миша Одуванчиков, – улыбнулась сидящая за письменным столом симпатичная молодая женщина в белом халате.

     Я догадался, что женщина за столом была врачом, а тоненькая тетрадка у нее в руках – это моя карточка.

     – Проходи сюда и ставь ребенка на стол, – попросила врач.

     Лена подвела меня к пеленальному столу у окна и подняла наверх. Рядом со столом стояла девушка лет девятнадцати-двадцати в белом халате – очевидно медсестра.

     – Значит вам нужна справка в садик? – спросила врач.

     – Она самая, – кивнула Лена.

     – Ты Мишина старшая сестра? – неожиданно спросила Лену медсестра, – Извини, но на маму никак не похожа.

     – Я его няня, – объяснила Лена, – Мишина мама сегодня на весь день уехала. Что-то срочное на работе. Она меня не посвящала в детали.

     – Понятно, – сказала врач, – Ну что ж, раздевай ребенка. Будем сейчас твоего малыша осматривать.

     Лена быстро сняла с меня через голову майку и вопросительно посмотрела на врача, ожидая дальнейших указаний.

     – Колготки тоже снимай, – улыбнулась врач, – И трусики, если имеются. Нужно, чтобы ребенок остался голышом.

     Лена начала стаскивать с меня колготки.

     – Детей дошкольного возраста мы осматриваем голенькими, – пояснила юная медсестра.

     Лена освободила мои ноги от колготок, оставив совсем голышом. Не в силах побороть свою стеснительность, я, как обычно, прикрылся ладонями между ног.

     – Да твой карапуз похоже нас стесняется! – засмеялась медсестра, – Ему же только четыре.

     – Я тоже сегодня весь день удивляюсь, – заметила Лена, – Мама его что-ли этому научила?

     – В этом возрасте стесняться не должен, – сказала врач, вставая из-за своего стола.

     Врач подошла к моему столу и вставила себе в уши фонедоскоп.

     – Сначала послушаем спинку, – сказала она, поворачивая меня на столе.

     Послушав меня спереди и сзади, врач сняла фонедоскоп.

     – Хрипов нет, – сообщила она и отошла к одному из застекленных шкафчиков.

     Вернувшись со специальной металлической ложкой, врач попросила меня широко открыть рот и сказать “А”.

     – А-а-а, – сказал я и почувствовал, как ложка нажала мне на язык.

     – Горло тоже нормальное, – улыбнулась врач.

     Врач начала щупать мне живот, постепенно спускаясь все ниже. Стоя перед ней голышом, я не знал, куда деться от смущения.

     – Немножко плотный животик, – нахмурилась врач, – Ребенок у тебя ходил сегодня на горшок по-большому?

     – Полчаса назад обкакался, – с улыбкой сообщила Лена.

     – Как не стыдно! – укоризненно посмотрела на меня медсестра, – В четыре года уже должен сам проситься на горшок

     – Просто не знаю, что с ним делать, – пожаловалась Лена, – Отказывается ходить на горшок и всё.

     – Представляю, как тебе трудно с ребенком, – вздохнула медсестра, – Если он всё делает себе в штанишки.

     – Мишина мама так на это жаловалась, – добавила Лена, – Постоянно писает у нее в штанишки. Особенно ночью. Сказала, что каждое утро просыпается мокрым.

     – Ай-яй-яй, – покачала головой медсестра, – Так и опрелости могут появиться. Она, надеюсь, мажет ребенка каждый день детским кремом?

     – Надо проверить, в каком состоянии у ребенка кожа между ножек, – решила врач.

     Почувствовав, как чужие пальцы пытаются раздвинуть мне ягодицы, я изо всех сил сжал попу.

     – Не надо напрягаться, – ласково улыбнулась мне врач и снова попыталась разжать мои половинки.

     Разумеется, и на этот раз у нее ничего не получилось.

     – Ну что мне с тобой делать? – вздохнула врач, – Придется осматривать лёжа, как грудничка.

     Врач быстро уложила меня на спину.

     – Cейчас проверим Мишину попу, – сказала она и задрала мне ноги вверх, прижав колени к груди.

     Почувствовав, как холодные пальцы ощупывают меня между ягодиц, я поежился от щекотки.

     – Попа в порядке, – улыбнулась врач, – Но детским кремом все равно надо мазать. Особенно вот тут, за яичками.

     Нестерпимо щекотное прикосновение чужих пальцев к мошонке заставило меня вздрогнуть. Врач улыбнулась, продолжая щекотно щупать мне яички.

     – У меня мальчишка тоже дрыгает ножками, когда я трогаю ему яички, – заметила Лена, – Так сопротивляется, когда его мажут между ножек вазелином или детским маслом!

     – Все малыши так реагируют на щекотку, – с улыбкой пояснила врач, – Особенно мальчики.

     – Проверяете кремастерный рефлекс? – поинтересовалась у врача медсестра.

     – Ага, – подтвердила врач, снова пощекотав мне мошонку.

     – Какой рефлекс? – удивленно спросила Лена.

     – Смотри, – улыбнулась врач, нестерпимо щекотно перебирая холодными пальцами у меня за яичками, – Видишь, как у малыша прячутся вовнутрь яички, когда начинаешь их щекотать?

     – Покажите еще раз, – со смехом попросила Лена.

     Врач пощекотала мне яички еще раз и я снова отчаянно задрыгал ногами в тщетной попытке ей помешать.

     – Как мы боимся щекотки, – с улыбкой заметила врач, – Хорошо, больше не буду тебя там трогать.

     Опустив мне вниз ноги, врач приподняла мою письку и занялась с ней какими-то неприятными манипуляциямми.

     – Крайняя плоть конечно не оттягивается, – сообщила она Лене, – Хотя в четыре года пожалуй рано о чем-то беспокоиться. Если конечно это не мешает ребенку писать. Ты наблюдала, как малыш ходит по-маленькому? У него это нормально получается? Сильная струйка или еле-еле?

     – Вроде все нормально, – пожала плечами Лена.

     – Жалко, что не пришла мама ребенка, – вздохнула врач, – Показала бы ей простую процедуру. Если делать каждый день, обычно за пару недель удается полностью открыть головку.

     Врач вернулась за свой стол и принялась что-то записывать в мою карточку.

     – Сейчас Таня измерит рост и взвесит ребенка, – пояснила она Лене.

     Молоденькая медсестра вплотную подошла к пеленальному столу.

     – Ничего, если я его взвешу на детских весах? – спросила у врача медсестра, – Они же до 20-ти килограмм.

     – Четырехлетнего? – проворчала врач.

     – Так иначе с ребенком столько возни, – начала оправдываться медсестра, – Снимать со стола, потом назад ставить. Проще все сделать прямо здесь, на столе. Раз весы позволяют.

     Медсестра осторожно положила меня на стоящие на столе горизонтальные весы для малышей и начала двигать гирьки.

     – 18 с половиной килограмм, – сказала она врачу и та записала мой вес в карточку.

     Сняв меня с весов и снова уложив на столе на спину, медсестра взяла в руки желтый сантиметр.

     – Рост 105 сантиметров, – сообщила она врачу, вытянув вдоль моего тела сантиметр.

     – Вы принесли анализ мочи? – неожиданно поинтересовалась врач, оторвавшись от заполнения моей карточки.

     – Какой анализ мочи? – удивлась Лена, – Мне никто о нем не говорил. Да и как взять, если мальчишка отказывается ходить на горшок. Все себе в штанишки делает.

     – У детей, которые не ходит на горшок, брать анализы и вправду сложно, – согласилась врач.

     – Так может поступить с ним сейчас, как с грудничком? – предложила медсестра, – Взять анализ прямо тут. Пусть пописает в баночку.

     – Попробуй, – улыбнулась врач.

     Медсестра нагнулась и достала откуда-то снизу маленькую баночку.

Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]