Развратная медицина. Часть 3

     … Приехал Виталик с чемоданчиком. Я раздал непонравившимся мне парням и девушкам таблетки, и предложил отвезти симпатичных в поликлинику на автобусе. Мужчина в сером увязался за нами…

     

     Вскоре я уже развёл экзотических мальчиков и девочек по разным кабинетам, и, поручив Наде осматривать девушек, сам принялся за парней. Все они учились у нас уже давно, и поэтому довольно сносно понимали по-русски — так что я мог свободно объясняться с ними без помощи переводчика:

     

     -Ребят, раздевайтесь все полностью, — скомандовал я, — одежду на стулья складывайте…

     -А что мы будем делать? — не понял белобрысый красавчик-чех, уставившись на меня своими огромными голубыми глазами.

     -Клизму.

     -Клизму?

     

     -Да. Воду будем вам заливать в попы… Разделись? Ну пошли… Я вывел голых пацанят в коридор, где всё еще воняло с улицы свежей краской. Да, если так воняет и в процедурной — у них могут заболеть ещё и головы… Но нет. В процедурной краской почти уже не пахло. Я осмотрел помещение. Просторная вытянутая комната была разделена на две части полупрозрачной полиэтиленовой занавеской. И там, за занавеской, на столах — лежали уже раздетые и осмотренные Надькой иностранные девушки. Неподалёку от них белел новенький унитаз… Второй унитаз был установлен в нашей, мужской половине комнаты — и призывно журчал бачком, как бы намекая на предстоящее весёлое приключение.

     

     Расположив всех девятерых юношей на столах, я смазал им вазелином попки. При этом особое внимание я уделил тому высокому темнокожему парнишке:

     -Не беспокоит? Щас я попу тебе погуще смажу — чтоб наконечник легче вошёл, чтоб тебе не больно было… Тебя как зовут?

     -РаУль.

     -А меня Антон Андреич, можно Антон просто… А сколько тебе лет, Рауль?

     -Восемнадцать.

     -Откуда ты?

      Кубы… Ааааааа! — паренёк вскрикнул, так как я быстро вогнал в него длинный объёмный наконечник, и продвинул его почти сразу на всю длину.

     -Всё, всё уже… Я специально так, чтоб ты секунду потерпел, и всё. Щас воду пустим…

     

     Лежавший на спине с раздвинутыми — стройными и упругими — ногами, молодой человек сразу как-то эротично прикрыл глазки и приоткрыл губастый ротик. Я нежно провёл ладонью по его груди:

     

     -Лежи, дыши глубоко… Так, теперь ты…

     

     Я подошёл к стоявшему на локтях и коленях чеху, и медленно, смачно задвинул в него самый толстый и жёсткий, из имевшихся у меня, наконечник. Жопа парнишки задвигалась, зашевелилась, и мошонка его сжалась от испуга. Я слегка помял её рукой:

     

     -Всё-всё, дорогой мой, не бойся…

     

     Следующими были трое щупленьких вьетнамцев. Я расположил их в разных позах, и, проклизмив каждого раза три спринцовкой, ввёл им наконечники от грелок. Ребята что-то там смешно и жалобно заныли — на своём, вьетнамском…

     

     Добравшись, наконец, до стройного упитанного Фридриха из ГДР, я тщательно промазал его аппетитную попу снаружи и изнутри, потрогал предстательную железу, и сделал вид, что задумался.

     

     -Дааааа, тебя, наверно, под напором придётся промывать…

     -Что? — не понял немец.

     -Да здоровый ты слишком. Самотёком если — долго слишком получится, так мы до ночи не управимся…

     -Очень быстро, незнакомые слова, — проговорил Фридрих, — их ферштейн нихт.

     -Ну ладно, долго объяснять, — я взял в руки опрыскиватель, — попу оттопырь посильней… Не понимаешь? Назад. Попу. Воооооот…

     Через несколько секунд длинная металлическая трубка оказалась в крепком молодецком пердильнике…

     -ААААААОООООУФ!!! — парень завопил так, как будто ему в задницу заливали крутой кипяток, а не прохладную воду.

     -Терпи-терпи, малыш, — я позволил себе некоторые неосторожные выражения, в надежде, что иностранцы просто не разберут их, — туго немного в попке, да? Ну ничего, жопка крепкая у тебя — выдержит…

     

     … За занавеской, тем временем, заохали и застонали девчонки. Оставив Фридриха, я заглянул на женскую половину. Надька с видимым удовольствием закачивала воду в какую-то темнокожую азиатку. Остальные четыре девушки держались за животы, и лепетали что-то непонятное. Вспомнив наказ председателя, я не без сожаления отвернулся…

     

     … Вернувшись к ребятам, я подошёл к невысокому, плотно сбитому, круглопопому поляку. Рот у парня был уже приоткрыт — по-видимому, от волнения.

     

     -Попочку я тебе по-моему плохо смазал, — я наклонился к лежавшему на боку молодому человеку, — ну да, точно. Ща, погоди… Я ещё раз с удовольствием промазал анус, и даже всю межъягодичную складочку парнишки. И только потом вогнал в его маленькую, почти незаметную при слабом освещении между пухлыми ягодицами дырочку, наконечник…

     

     … За занавеской уже кто-то активно просирался.

     

     -Вот так… животик напрягай… А теперь расслабь наоборот, дай, я тебе помассирую, — услышал я голос Нади…

     Ребята тоже уже начинали постанывать и проситься на унитаз, но я приказал им лежать спокойно, и глубоко дышать животами. Мне оставалось проклизмить только двоих симпатичных чернокожих африканцев. Курчавые смотрели на меня с нескрываемым страхом — уж не знаю, почему, но именно их клизма по-настоящему сильно напугала. Я решил сильно не мучить парней, и, залив в каждого из них по литру, вернулся к Раулю:

     -Ну что, малыш? Как ты?

     -Очень трудно, — со смешным акцентом проговорил юноша, — но приятно.

     -ПРИЯТНО???

     -Приятно, что я скоро буду здоровый, — смутился паренёк.

     -А, ну-ну… — я похлопал его по животику, и слегка помассировал. — Полежи ещё немножко, совсем чуть-чуть осталось уже… Парнишка закрыл глаза, и закивал головой в знак согласия… Прогуливаясь между столами, я то и дело похлопывал, поглаживал юношей по животам и попкам, поправлял им наконечники, и уговаривал потерпеть ещё немного. Но вскоре немец не выдержал. Выкрикнув что-то непонятное, он спрыгнул со стола, и, прыгнув на унитаз, даже оторвал от пола ноги, как бы стараясь втиснуть свою большую задницу как можно глубже в сиденье. В животах у некоторых парней сильно заурчало, и они тоже, без разрешения, начали слезать со столов. Я пытался остановить их, но — куда там! Ведь это же были не наши забитые советские комсомольцы… Но четверо всё-таки остались ожидать на столах, и среди них — ставший мне уже немного близким Раулька…

     

     … Прыгая вокруг оккупировавшего унитаз чеха, маленький поляк выкрикивал сначала что-то по-своему, но потом перешёл на русский:

     -Дай! Дай я! Я не могу! Не могу! Белобрысый красавчик, смачно попёрдывая и прикрывая глаза от удовольствия, уступать явно не собирался…

     Вскоре вокруг унитаза прыгали уже шестеро… Один из вьетнамцев оттолкнул поляка, и занял место после чеха… Польский круглопопик даже взвыл от досады:

     -Урод! Уроды! Дураки! — и, продолжая вопить что-то по-польски… бросился на женскую половину! Из другого конца комнаты раздался душераздирающий девчачий визг…

     Я прыснул от смеха…

     

     … Через некоторое время, промыв животы ребятам ещё раз, я проводил их в душ, потом — обратно в кабинет, и позволил им одеться. В ответ на мои расспросы они все, как один, заявили, что животы у них уже СОВЕРШЕННО не болят — видимо, опасаясь, что я начну прогонять их по третьему кругу…

     

     И только Рауль, держась рукою за животик, сказал, что у него живот ещё немного побаливает.

     

     -Мне нужен доктор до завтра, можно? — жалобно спросил он у поджидавшего нас у калитки КГБ-шника. — Я буду здесь, чтобы не болеть, а завтра приеду… Подумав немного, ГБ-шник разрешил ему остаться, сказав, что завтра он заедет за ним сюда в деревню сам. Затем он согнал всех остальных студентов в автобус, скрылся за дверью, и иностранцы, плавно покачиваясь на ухабах, отчалили…

     -Чё, у тебя правда живот болит чтоль ещё? — я подошёл к Раулю поближе, и, приподняв его рубашку, пощупал пальцами мягкое упругое тело.

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]