Просто счастье. Часть 6

     – А ну вставай, засоня! Просыпайся, похмеляйся, на рыбалку собирайся! – мой сон был прерван Кувалдиным баском, и весьма ощутимым пинком по заднице – вставай, зорьку проспишь!

     – Садист ты, Кувалда – простонал я – сколько времени? Бля, как башка болит:

     – Время самого клева. А чтобы башка не болела, вот тебе коньяк, вот тебе минералка. Давай, мухой!

     – Какой коньяк, вечером за руль:

     – Наташку посадишь. Пей!

     Вот как с ним спорить? Но полсотка коньяка действительно помогла, мерзкий туман в башке начал таять, и через десять минут, еще полсотки коньяка и куска холодного вчерашнего шашлыка я уже брел, нагруженный снастями, за Кувалдой по росистому берегу к заводи, где мы частенько рыбачили. Солнце уже взошло, мы быстро расставили снасти, и сели медитировать над поплавками. Клевало так себе, за полчаса мы натаскали едва полтора десятка карасиков в ладошку, а потом клев как отрезало.

     – Поздновато вышли – сказал я, – малек пошел, только червя зря тратим! – я смотал удочку.

     – Да, пожалуй – согласился Кувалда – давай купнемся, да перекурим. Разговор есть.

     Мы быстро искупались, прохладная утренняя вода смыла остатки сна и похмелья, и мы развалились на берегу, закурив первые утренние сигареты.

     – Сашка – начал Кувалда, – я даже не знаю, с чего начать. Какая-то непонятная хуйня произошла, а я не люблю непоняток. Скажи мне, друган, когда мы с тобой в последний раз дрались?

     – В детстве. Классе в третьем, не помню. Я тебе нос разбил, а ты меня так ушатал, что я потерялся. Ты меня еще на себе домой волок. А больше вроде нет. Вместе всякую шушеру лупили, но, чтобы между собой, больше никогда. Вроде так? А чего ты вдруг вспомнил? И что могло произойти?

     – Да вот, и не знаю. В смысле, не знаю, как сказать – Кувалда выщелкнул окурок в речку – ты же меня вчера до кровати тащил?

     – Ну, тащил. Что теперь, подраться из-за этого?

     – Да нет. Или да? В общем, давай, я тебе все расскажу, и если у тебя возникнет желание меня уебать с маха, то сопротивляться не буду. Слушай. Нарезался я вчера основательно. Да и еще жены наши, как нарочно, такие купальники себе придумали, что я боялся плавки стояком порвать: ну ладно, это хуйня, к делу не относится. В общем: в общем, проснулся оттого, что мне хуй сосут. Сначала подумал, Ленка, потом чувствую, что заглатывает до самого корня, нет, не Ленка. Открываю глаза, в окошко луна светит, светло. А это твоя Наташка:

     – Чего? – я от удивления уронил сигарету на живот – Наташка тебе сосала?

     – Наташка, твоя жена – кивнул Кувалда. – Я сам от удивления охуел, а она хуй изо рта выпустила, пальчик к губам – молчи, мол – и опять в рот взяла. Знаешь, дружище, такого отсоса у меня в жизни не было. Я совсем голову потерял. Губы мягкие, всасывают мой хуй, язычок вокруг головки кружева плетет, и так сладко: Ленка так не умеет. В общем, чувствую, вот-вот наспускаю ей в рот, а ей, видать, того и надо. Она кончиком языка по шелке на залупе водит, ну я и не сдержался. Прямо в рот ей кончил, как граната взорвалась, чуть сознание не потерял, а она сосет и глотает, глотает и сосет, одной рукой ствол надрачивает, другой яйца мои перекатывает, я стреляю ей в рот, а она глотает:

     – Охуеть: – я даже не знал, что сказать. В голове вихрь мыслей:

     – В общем, высосала досуха, облизала, в залупу чмокнула: Минералки бутылку откуда-то вытащила, запила мою сперму, я тоже попил, и рядом легла, обняла.

     – Минералку я тебе поставил, когда притащил пьяного.

     – Спасибо. Видишь, пригодилась – Кувалда закурил следующую сигарету – так вот, обняла, прижалась ко мне и шепчет, мол, Ленка у нее в комнате спит, ты на диване на веранде, а она хочет поздравить меня с Ленкиным днем рождения. Знаешь, у меня крыша от этого всего поехала: а она без лифчика, только в трусиках от купальника, трется о меня, соски твердые, как гвоздики: да, еще, говорит, весь день моим стояком любовалась, и теперь хочет этот стояк в себе почувствовать. Тут я рукой махнул, думаю, была не была, начал ласкать ее, сисечки у нее классные, маленькие и тверденькие, не то, что Ленкины бидоны. Облизал ее всю, трусики сдернул, она такая легонькая, ее одной рукой вертеть можно: пизда горячая и мокрая, а она шепчет – полижи! Начал ее вылизывать, она скулит чуть слышно, а когда начал ей клитор сосать, кончила, задергалась, а у меня уже стоит, аж светится: ну и засадил ей. Ебу, а по ее пизде волны пляшут, только затихнет, и опять.

     Пизденка узенькая, и не скажешь, что рожала, я ее насаживаю, а она подо мной дергается, обхватила и руками, и ногами, и подмахивает, насаживается на мою елду. Кровать скрипит, сиськи ее о мою грудь трутся, я ей хуй в пизду вколачиваю, а она поскуливает тихонько так, и целует, целует. И шепчет в ухо – еще, еще, в меня, в меня: а я и не знаю, что меня больше заводит, то, что ебу, или то, что это твоя жена. Кстати, как подумал, что это же Наташка, жена моего друга – тут из меня и хлынуло. Чуть не заорал от кайфа на весь поселок, как сдержался, сам себе удивляюсь. Отстрелялся в Наташкину пизду, она шепчет, не вынимай, и целует, целует: а потом, когда уже опал и выпал, она вытекающую из пизды сперму пальчиками собирает, и в рот: и мой опавший тоже ртом подмыла. Опять рядом легла, мурлычет, как котенок, я ее глажу: в общем, выебал я твою жену ночью. Теперь можешь мне по ебалу стучать.

     – Погоди, это всегда успеется: – пока Кувалда рассказывал, как он ебал мою жену, в моей голове начало складываться понимание. – И все, потом она ушла спать?

     – Нет – Кувалда виновато покрутил головой – потом я ее еще раз. Не хотел тебе сначала это рассказывать, но раз уж пошла такая пьянка: тем более, это она сама попросила. В общем, я ее еще в жопу выебал.

     – В жопу? Наташку?

     – Да. У нее с собой анальный гель был. Давай, говорит, доставь мне удовольствие сзади: кстати, ты же ее тоже в жопу ебешь, очко у твоей жены рабочее, моя Ленка, раз уж на то пошло, большая любительница, так что я опытную жопу чувствую. Она сначала мне ртом хуй поставила, смазала густо, и сама сверху жопой на мой хуй села.

     – И как?

     – Как, как: охуенно, как еще. Классное у нее очко, я аж завидую, тугое, горячее, кончил, как из пушки выстрелил, хоть и третья палка:

     – А она?

     – А что она, тоже кончила, бурно так:

     – Оба-на, вот так да! А со мной в очко не кончает!

     – Иди ты! Но, конечно, она себе пальцем по клитору помогала, ну так и Ленка тоже любит клитор подрочить в процессе ебли. А то, что ты говоришь, что Наташка в жопу не кончает, так это фигня полная. Хотя она мне тоже после ебли сказала, что это с ней в первый раз, в смысле, анальный оргазм, но, знаешь, мало ли что женщины говорят. Я-то с Ленкой анальных оргазмов напробовался, меня не наебешь, такое сымитировать невозможно. Точно говорю, кончила. И только потом ушла. Ну как, в смысле, мы еще поцеловались, она шепчет, спасибо, мол, за волшебную ночь, и, говорит, это первая, а будет еще. Мол, теперь она меня не отпустит, прикинь! Так что вот такие дела, дружище. Не знаю, как тебе в глаза смотреть:

     – Ладно, Кувалдыч, особо не напрягайся. Тут еще непонятно, кто кого по роже бить должен. Значит, говоришь, она сама пришла?

     – Ну да. Я до сих пор в ахуе, как так получилось:

     – Сама, говоришь, пришла, и, давай уж по-чесноку, сама тебя выебала: минет сделала, пиздой на твой хуй наделась, а потом еще и в жопу попросила? Только честно, Кувалда, это очень важно – сама?

     – Клянусь, чем хочешь. Вот, если не правда, хуй себе отрублю – Кувалда залез в рюкзак со снастями и вытащил оттуда топорик – или, хочешь, ты мне отруби!

     – Убери топор: значит, сама, так-так: топор убери, говорю – Кувалда сунул топорик в рюкзак, а я оттолкнул его ногой подальше. – Слушай, дружище, я, наверное, виноват тоже. И даже больше. Ты сам все рассказал, а у меня смелости могло и не хватить. В общем, тебе не в чем извиняться передо мной. Пока ты мою Наташку на кровати во все дыры пялил, я твою Ленку в баньке ебал – и я рассказал потрясенному Кувалде, что мы с его женой вытворяли ночью в бане. За те десять минут, пока продолжался мой рассказ, Кувалда только в охуении разевал и закрывал рот, то порываясь что-то сказать, то хватая сигарету и выкуривая ее в две затяжки.

     – Ну, дружище, давай складывать теперь два и два. Может это быть просто совпадением? Инициатива, заметь, была со стороны наших жен, так?

     – Так – Кувалда пришел в себя, – точно-точно!

     – Теперь смотри. Ты говоришь, что луна светила в окно, когда ты от Наташкиного минета проснулся. То есть Наташка, когда шла к тебе, не могла не видеть, что ни меня, ни Ленки нет, так? Это было точно тогда, когда мы с Ленкой были в бане. И еще, Наташка тебе сказала, что я сплю на диванчике на веранде, а Ленка с ней в спальне? А Ленка мне сказала идти спать на диванчик, когда мы с ней закончили. И что она пойдет к Наташке. Закончили мы часа в три, луна склонялась. А вы?