Превращение

     
— М-м-м. Доброе утро, любовничек, — мурлыча словно кошечка, Эйприл провела теплой ладонью по моей груди.

     — Э-эй, прекрати, — черт, у нее не кожа, а наждачная бумага; не желая просыпаться, я перевернулся на другой бок и попытался снова уснуть, но вдруг подпрыгнул от боли, сбросив одеяло на пол.

     — Ничего себе, — нахмурилась она, — кто-то явно встал сегодня не с той ноги.

     — Каким, черт возьми, порошком ты стирала белье? — сердито спросил я.

     Для меня любое утро — это плохо, но сегодняшнее было особенно мерзким. Я не выспался, как следует, а это значит весь день ни к черту.

     — Каким порошком я стирала? — Эйприл надела халат. — Это твоя квартира, не забыл? И я здесь ничего не стирала.

     Как бы хреново мне не было, но силы на то, чтобы извиниться, все же нашлись. Я не имел права так с ней разговаривать, несмотря ни на что.

     — Извини, милая, простыня и одеяло царапают кожу, — неудобно было говорить об этом, и, чувствуя себя, идиотом я признался. — И мне действительно: больно

     — А, по-моему, все в порядке, — Эйприл пожала плечами, потом, улыбнувшись, помогла мне встать с постели. — С тебя поцелуй, ворчунишка.

     Гримасничая, я позволил ей обнять себя, но только, чтобы оттолкнуть прочь, прежде чем наши губы соприкоснулись.

     — Черт, твой халат еще хуже, чем постельное белье, — дрожа всем телом, я начал неловко потирать свою грудь.

     Неожиданно у Эйприл глаза на лоб полезли от удивления. Захихикав, она наклонилась вперед и поинтересовалась:

     — Тебя грудь беспокоит, верно?

     — Ага, — только сейчас я понял, что все остальное-то было в порядке, только грудь вдруг стала такой чувствительной. — Ой!

     -Извини, — она убрала палец от моего левого соска и спросила. — И давно это у тебя?

     Затем Эйприл повернула меня к свету и пошутила:

     — Ты уже вполне можешь носить лифчик первого размера

     -Что? — я помчался в ванную.

     Включив свет, я с ужасом уставился на свое отражение в зеркале. Моя определенно набухла, особенно соски. Легонько коснувшись одного из них кончиком пальца, я вскрикнул от боли и отдернул руку. Распухшие и чувствительные соски были длинной почти в четверть дюйма!

     — Да не убивайся, ты, — Эйприл вошла вслед за мной в ванную. — Ну, поправился немного. — И чмокнув меня в шею, заверила. — Как набрал вес, так его и сбросишь.

     -Да, конечно, — я хотел верить, что все именно так и обстоит, но не мог.

     Вряд ли грудь могла распухнуть и стать такой чувствительно из-за лишнего веса, к тому же проблем было куда больше, я просто не говорил о них с Эйприл. Жутко волнуясь, я снова легонечко провел рукой по груди, и замер, увидев, что несколько волосков упали на пол. Мне не хотелось расстраивать Эйприл, но я был сильно обеспокоен: странные ощущения, проблемы со сном, теперь вот грудь — вдруг это все симптомы какого-нибудь серьезного заболевания?

     — Ладно, Дэйв, пойдем завтракать. Для тебя лично будет что-нибудь низко- калорийное! — добавила она со смехом.

     Изобразив улыбку, я погасил свет и пошел за ней на кухню.

     

     * * *

     

     -Дэйв! — Тим заглянул в мой закуток в общем офисе. — Как наше ничего?

     Черт, мне только-только удалось сосредоточиться на работе, а тут еще этот. Тим был из тех парней, что всегда всем действуют на нервы, но сами об этом не догадываются.

     -Вообще-то, — ответил я. — Я как бы занят. Мне нужно закончить отчет.

     -А еще ты, похоже, в сортир собрался, а? — заметил он, не переставая барабанить по перегородке разделяющей наши с ним рабочие места.

     — Что? — оторвав глаза от монитора, я посмотрел на его ухмыляющуюся редкозубую морду

     — Ну, — заржал он, — ты или собрался в сортир, или у тебя трусы слишком узкие.

     Проследив направление его взгляда, я выяснил, что сижу, скрестив бедра — как женщина. Мигом, приняв нормальное положение на стуле, я попытался спасти ситуацию с помощью лжи:

     -Знаешь, совсем заработался, даже забыл, что мне нужно выйти, — надеюсь, что он не заметил, как я смутился, и, встав из-за стола с компьютером пошутил. — Спасибо, что напомнил.

     — Брось, — Тим хлопнул меня по спине. — А для чего еще нужны друзья.

     Рассчитывая, что он не последует за мной, я помчался в мужской туалет. К счастью, там никого кроме меня больше не было. Я подошел к раковине, открыл холодную воду и умылся. «Что со мной происходит?» — спросил я у собственного отражения в зеркале. Прошло уже два дня, как начались проблемы с грудью, а дела шли все хуже и хуже: я просыпался три или четыре раза за ночь, мысли путались — почти невозможно было ни на чем сконцентрироваться, и уже не в первый раз я ловил себя на том, что мое тело чисто рефлекторно ведет себя как-то не по-мужски.

     -Надо пойти ко врачу, — вздохнул я.

     И что я ему скажу? М-да, проблема. Ход моих мыслей был нарушен звуком открывающейся двери. Испугавшись, что это может быть Тим, я бросился к ряду писсуаров.

     Повезло, это был всего лишь парень из отдела продаж. Кивнув, он встал у соседнего со мной писсуара. С облегчением, я опустил взгляд, и вдруг понял, что смотрю ни на свою ширинку, а на его. Я нарушил первое правило мужской уборной — еще как нарушил, — но не мог себя остановить. Его член не был каким-то особенным — даже меньше чем у меня, — однако, моя реакция на него оказалась совершенно неожиданной.

     Облизнув губы, я представил, как становлюсь на колени и обхватываю губами этот великолепный орган. Словно в бреду, мне чудилось, что я беру в рот и начинаю сосать. Член полностью погружается в мой рот, головка трется о миндалины и проходит дальше. Я чувствую, как она начинает раздуваться, его горячий член подрагивает, а затем:

     — Эй, ты чего?

     Сердитый окрик парня, разрушил чары, окутавшие меня. Дернув головой, я побледнел от отвращения к самому себе. Блядь, я никогда в жизни не думал о сексе с мужчиной. Что со мной?

     — И: извини, — вырвалось у меня, — что-что мне нехорошо. — Прислонившись к стенке, я понадеялся, что он по ошибке спутает похоть в моих глазах с отсувствующим взглядом человека, которого тошнит.

     -Ты не то место выбрал, чтобы блевать, — парень вроде бы поверил мне, но не до конца, и даже не вымыв руки, поспешил прочь из туалета, оставив меня одного.

     — Вот так-то, — сказал я себе. — Прямо сейчас позвоню доктору и запишусь на прием.

     Снова умывшись холодной водой, я вернулся на свое рабочее место и тут же набрал номер врача.

     

     * * *

     

     -Дава-ай, Дэвид. Трахни меня-я-я, — прижавшись ко мне, простонала Эйприл, предвкушая горячий секс. — Засунь в меня свою большую штуку и выеби так, чтобы мозги из ушей полезли.

     Я хотел — жутко хотел — но не мог. Может быть, это из-за моей странной болезни, а может быть, я волнуюсь по поводу завтрашнего визита к врачу, но у меня не стоял. Как бы я не старался, он все равно показывал полшестого. Черт возьми, полный бред — раньше никаких проблем с этим не было. Блин, потрясающая девушка лежит подо мной абсолютно голая — и просит меня вдуть ей. Так почему же я не могу?

     -О-о, Дэвид, не дразни меня! — притворившись обиженной, она стала тереться об меня грудями. — Трахни же меня, скотина бессердечная. Дай мне то, что я хочу, пожалуйста

     — Есть идея получше, — предложил я, быстро прикинув, что к чему. Любой ценой, но я должен не дать ей понять, что у меня проблемы.

     Расположившись рядом с Эйприл, я поцеловал ее и сказал:

     -Сейчас увидишь, — и, проведя языком от ее губ вверх по маленькому миленькому носику и между прекрасных голубых глаз, прошептал. — Я собираюсь вылизать тебя с головы до ног.

     -Ого, думаю, мне понравится. — Эйприл тихонько вздохнула и спросила. — А почему именно сейчас? — и добавила с улыбкой. — Нет-нет, я вовсе не жалуюсь!

     — Просто так, — покусывая ей мочку уха, ответил я. — Просто хочу показать, как сильно люблю тебя.

      «Пожалуйста, — взмолился я про себя, — не задавай больше вопросов». Я никогда не был силен по части предварительных ласк, и то, что сейчас происходило абсолютно выходило за рамки наших с Эйприл игр. Импровизируя в процессе, я только и мог надеяться, что доставлю Эйприл такое удовольствие, после которого ей будет по барабану, почему все прошло именно так, а не иначе.

     -О-о-о, да-а-а.

     Класс, сработало. Спустившись к грудям, я стал облизывать ее маленькие твердые соски. Из всех женщин, с которыми я был близко знаком, Эйприл обладала самыми странными грудями. Прекрасные груди третьего размера, всегда молочно-белые, казалось загар к ним просто не приставал, с малюсенькими сосками, окруженные ореолами не меньше трех дюймов в диаметре. Прежде я как-то ее сиськами не слишком интересовался (есть, и ладно), но сейчас они меня привлекли со страшной силой.

     А-а-а-а-й! Как же мне нравится, когда ты их так покусываешь, — вцепившись мне в волосы, она крепче прижала мое лицо к своими теплым мягким буферам.

     -Хм, — я, улыбаясь, сдвинулся чуть в сторону, чтобы поласкать и другую грудку.

     Чувствовал я себя фантастически и был готов сосать ее груди всю ночь напролет. Не знаю, что на меня нашло, но мне действительно это нравилось.

     -Хва-а-атит, — выдохнула она, спустя некоторое время. — Вашему язычку, мистер, еще предстоит долгая дорога.

     Хмыкнув, я пополз вниз, ненадолго задержавшись на ее пупке, а затем провел языком по самому краю кустика и занялся ножками. Длинные, гладкие — при первой нашей с Эйприл встрече именно ее ногами я заинтересовался прежде всего. Однако, не смотря на это, я уже давненько не уделял им особого внимания. И теперь намереваясь с лихвой это упущение, возместить, я поцелуями проложил себе путь от бедер к коленями и дальше к крепким мускулистым лодыжкам. На закуску я облизал пяточки, легонько щекоча Эйприл языком. Один за другим я брал в рот пальчики на ногах, чувствуя, как скользит язык по ее ноготкам темно-фиолетового цвета. И опять же, я никогда не думал о ласках такого рода, но был счастлив, сделать что-нибудь такое, что доставило бы Эйприл удовольствие.

     — О-о-о, щекотно, — она потерлась пяткой о мою щеку. — Ступай за призом, пупсик. Трахни меня языком, поцелуй пизду, пососи клитор. Пусть я взорвусь от наслаждения

     Обычно инициатива исходила от меня, но тут я услышал себя как бы со стороны: «Слушаю и повинуюсь». Нежно раздвинув ей ноги, я не спеша устроился между ними, с удовольствием предвкушая то, что произойдет через несколько минут. От мускусного запаха ее щелки у меня закружилась голова, и я потянулся к ней как мотылек к свечке. Улыбаясь, я запечатлел поцелуй на блестящих от влаги губках, поразившись, как хороша Эйприл на вкус. Подстегиваемый стонами и повизгиванием, я то трахал ее языком, то сосал клитор. Когда она наконец через полчала кончила, мы оба растянулись на постели выжатые как лимон.

     -Что это с тобой сегодня? — осведомилась она чуть позже.

     Вздохнув, я вернулся под одеялом рядом с ней, ничего не понимая. Я действовал так, словно у меня был немалый опыт по этой части, чего на самом деле не было. Более того, мне это нравилось, хотя раньше все эти штучки-дрючки мне были и на фиг не нужны.

     -Разве это важно? — спросил я, напуганный тем, что произошло.

     -Наверное, нет, — обняв, Эйприл чмокнула меня и быстро заснула.

     А вот мне не так повезло — я еще целый час размышлял, что происходит со мной. Более того, засомневался относительно визита ко врачу. Вряд ли он сможет мне хоть чем-то помочь.

     

     * * *

     

     — Да, Дэвид, ничего особенно не вижу, — поправив очки, доктор спросил меня. — У вас проблемы с потенцией? Понизилась сексуальная активность? Что-то вроде этого?

     -Ну: — я попытался сообщить ему только то, что считал необходимым, но страх развязал язык; мне были нужны ответы, и излишней скромности здесь не место.

     — Совсем недавно, — сознался я, — у меня действительно появились проблемы по этой части. Я хочу — желание никуда не пропало, — просто не могу.

     Понятненько, — он кивнул, натянул резиновые перчатки, а затем попросил меня нагнуться. — Вы слишком молоды, чтобы у вас было что-то серьезное, например рак предстательной железы. Но проверить не помешает. Ну-с, посмотрим. — Врач наклонился веред и развел полы зеленого больничного халата, бывшего на мне.

     Сглотнув, я закрыл глаза и стал ждать, когда он закончит. Я боялся этого осмотра, но еще больше упустить возможность узнать хоть что-нибудь о своем недуге. «Ой!»- я подпрыгнул, когда его палец вошел в упругое колечко ануса — смазка была жутко холодной. Однако когда врач начал крутить пальцем в разные стороны меня охватило приятное тепло. Ничего подобного я раньше не испытывал, и не знал, что и думать.

     Вдруг я представил, как доктор, добавив еще пару пальцев, подготавливает меня к основному блюду. Каждый новый палец вызывал вспышку боли, которая тут же уступала место удовольствию. А скоро вместо пальцев во мне окажется его напрягшийся член. Широко раздвинув мои ягодицы, доктор вошел еще глубже в дырку, массируя меня изнутри. Обливаясь потом, я почувствовал, как мой собственный член набух и уперся в край стола, на который я облокотился, когда он нащупал простату. Вместо его пальцев легко было представить набрякшую головку. И это было так хорошо, так естественно, что я был уже готов закричать от удовольствия, когда:

     — Ничего, — палец выскользнул из задницы, и я мигом оказался в реальном мире.

     Пораженный тем, насколько реальными казались картинки, существовавшие в моем воображении, я совсем упал духом.

     -Вы уверенны?

     -Абсолютно, — сев за свой стол, врач сказал. — А пока попробуйте поменять гель для душа или начните носить рубашки из какого-нибудь другого материала. Многим часто кажется, что у них увеличилась грудь, а повышенная чувствительность — это, возможно, аллергическая реакция. Что касается бессонницы и сексуальных проблем, я склонен считать их последствиями стресса.

     — Стресс? — до смешно просто, и мне так хотелось верить, что именно в этом корень всех бед — если так, то и беспокоиться не о чем.

     К несчастью, такая причина меня не устроила, — снимая халат, я увидел спереди мокрое пятно. Бля, я спустил оттого, что врач засунул мне в жопу палец! Радости, что как мужик, я вполне состоятелен не было, лишь на память приходили обстоятельства, сопутствующие оргазму. И это было действительно страшно.

     — Да, — продолжил врач, не заметив, как резко ухудшилось у меня настроение.

     Прописав мне легкое успокоительное, он пообещал позвонить, как только будут готовы результаты остальных анализов. Поблагодарив его, я отправился домой. Час назад во мне жила слабая надежда, что доктор сможет мне помочь, но теперь она умерла.

     

     * * *

     

     -Дэйв, — даже с вымученной улыбкой на лице моя сестра выглядела красавицей, — вот так сюрприз.

     -Привет, — чувствуя себя совсем паршиво, я спросил. — Можно войти, сестренка? Мне: очень нужно с кем-нибудь поговорить.

     Сандра впустила меня в дом и отправилась на кухню готовить кофе. Она выглядела так же плохо, как и я, но мне было слишком жалко самого себя, чтобы заметить это. Сестра села рядом со мной на диван, протянула кружку с горячим кофе и сказала:

     — Что у тебя стряслось?

     -Эйприл, — шмыгая носом и готовый расплакаться в любую секунду, выдавил я из себя. — Сандра, она ушла от меня. — Все-таки я не сдержался и пустил слезу. — Просто встала и ушла.

     -О, Дэвид, — положив руку мне на плечо, Сандра спросила. — Что случилось? Вы поругались?

     -Нет, — я покачал головой. — Ничего такого. — Полностью уверенный, что пришел со своей болью именно к тому человеку, который меня выслушает, я объяснил. -Последние пару недель со мной что-то странное творится. И, похоже, как я не старался скрыть, это не удалось. Эйприл решила, что я или голубой, или изменяю ей с другой женщиной, или и то, и другое сразу, и хлопнула дверью.

     Неожиданно, я почувствовал, что сестра напряглась.

     -Как ты себя чувствуешь в последнее время, — спросила она — ее в голосе ясно слышалась неуверенность. — Пожалуйста, Дэвид, скажи мне, что с тобой творится. Это: это может быть очень важно.

     Мне совсем не хотелось снова все это вспоминать, но обратиться-то больше было не к кому. Сандра и я всегда были лучшими друзьями и делились своими секретами и проблемами. Когда я потерял девственность, она стала первым человеком кому я об этом рассказал. А когда у нее в одиннадцатом классе не пришли месячные, именно я пошел с ней проверяться на беременность. Поэтому взяв сестру за руку, я поведал ей обо все, что случилось и даже о посещавших меня гомосексуальных фантазиях.

     -Боже мой, — хлопнув себя по губам, она прошептала. — Неужели и с тобой тоже!

     Я перепугался не на шутку. Мне стало не по себе, когда я представил, что у та же беда, что и у меня.

     -Сандра, что ты имеешь в виду?

     Всхлипывая, она пустилась в объяснения, теребя при этом кружевной подол юбки. Как оказалось, сестра страдала от того же, что и я, только с точностью до наоборот. Если моя грудь набухла и стала невероятно чувствительной, то она теперь носит лифчик на размер меньше; я, похоже, превратился в импотента, а у нее клитор увеличился почти в два раза, зато влагалище стало абсолютно нечувствительным; в конце концов, если я стал более нежным и покладистым, то Сандра — более агрессивной и требовательной.

     -Дэвид, мне страшно, — она так сильно обняла меня, что даже больно стало. — Что, если мы на самом деле больны? Если у нас что-то с генами, ведь так может быть? Что-то от чего нет лекарства!

     -Ш-ш, — я ласково погладил ее по голове, попытавшись успокоить. — Я тоже боюсь, но мы не можем этого позволить. Нам нужно:

     -Что? Что такое? — сестра перепугалась, когда я неожиданно замолчал. — Скажи мне Дэвид.

     -Э-э, Сандра, — у меня в горле ком стоял, но я все-таки смог спросить ее, — ты волосы покрасила?

     -Нет, — покачав головой, нахмурилась она. — Ты знаешь, я всегда была рыжей. Сам же постоянно дразнил меня «рыжая-конопатая», помнишь?

     Сестра была, и я еще сильнее встревожился. Изменение цвета волос, никак не объяснишь последствиями стресса.

     -Иди сюда, — я поднял ее с дивана и подвел к зеркалу. Светлые корни. Еще немного и ты станешь такой же светловолосой, как я.

     -Боже, — схватив меня за голову, вскрикнула она. — Дэвид, у: у твои волосы у корней рыжие.

     -Черт. Что-то определенно не так, сестричка.

     -Но что? — в отчаянии она стала ходить взад-вперед по комнате, и вдруг остановилась. — Минуточку, ты в последнее время видел какие-нибудь странные сны?

     Я напряг память, но все впустую.

     -Знаешь, я никогда не помню снов.

     -Попробуй вспомнить, черт тебя дери! Мне кажется это важно.

     Вздохнув, я закрыл глаза и сосредоточился.