шлюхи Екатеринбурга

Подлизы. Часть 4

     Горячий, крепкий ствол Игоря прорастал в узеньких ещё сводах её грота. Нежные стеночки трепетали от его напора и ласки. Лёгкие, ритмичные удары в матку дарили невообразимое, почти на грани боли удовольствие. Ирка, продолжая ровно раскачиваться, опустила голову на плечо мужчины. Его ладони нашли подпрыгивающие башенки её грудей, обняли их, заиграли с остренькими пиками сосков. Дыхание девушки сбилось, стало тяжёлым и прерывистым. Бёдра непроизвольно вздрагивали в такт собственным “атакам”. Кажется она опять “потекла”? Или сейчас будет? Там почему-то так мокро. Может и то, и другое вместе? Ирка сейчас не смогла бы ответить. Повернув голову, она быстро глянула на подругу. Анька, лёжа в позе “ноги за плечи” , вздрагивала под её папой. Кажется, она сейчас кончает. И… И… И я то-о-о-же!

     – А-а-а-а!

     Ирка, изливаясь, отчаянно заёрзала на бёдрах Игоря. Упёршийся в её матку ствол вздрогнул в ответ, став, казалось, ещё больше и толще. Игорь дёрнулся вверх, прижимая к себе Ирку. Сильнее.

     – У-а-ау-уу-у-ааа…

     Горячий сок с силой брызнул в тесноту Иркиной пещерки. Снова. Снова и снова. Ира, прижавшись к дяде Игорю, только вздрагивала от этих всплесков…

     Анька, вертясь на ковре, краем глаза видела скачущую на коленях папы подружку. Но девушке было ни до Ирки, ни до её криков. Следующие один за другим удары дяди Костиного “молота” истончали, взламывали её плотину, сдерживавшую рвущийся наружу водопад рождённого в источнике наслаждений сока. Новый натиск, и прорыв уже неотвратим.

     – Уй-и-и:

     Первые, словно несмелые, капельки оросили стены пещерки. Анька дёрнулась навстречу мужской игрушке. Дядя Костя, качнувшись в ней, подался назад. И вслед его “уходящему экспрессу” рванулась, выходя из берегов, Анина “речка”. Знакомая и такая сладкая волна прокатилась по телу девушки, рождая в её груди новый вскрик, позволяя днём видеть звёзды.

     – Ох-х-х. – Аня, снова обретя себя, приоткрыла глаза.

     В кресле замерла неподвижная парочка. Ирка, видимо совсем без сил, повисла на руках папы, уткнувшись ему головой в плечо. Похоже, они оба только что кончили. А дядя Костя, кажется, совсем близок к этому.

     – А!

     – Ха!

     – Аа!

     Мужчина, тяжело дыша и вздрагивая при каждом “ударе” , резкими движениями входил в Аню. Да, он вот-вот.

     Дядя Костя, вдруг быстро подавшись назад, снял Анькины ножки с плеч и переместился к её лицу.

     – Возьми его. Я хочу тебе в ротик!

     Анька, быстро приподнявшись на локте, послушно приняла покрытую её соком игрушку и начала, помогая себе языком, сосать движущийся во рту поршень.

     – А-а-а-а-а:

     Дяди Костин “фонтан” ударил в нёбо, заполняя горячей, резкой на вкус, жидкостью Анин ротик. Анька глотнула. Новый выстрел. Излишки спермы, не помещаясь, потекли густыми, белыми дорожками на подбородок и щёку:

     Ирка тихонько ездила попкой по коленям дяди Игоря. Она так и сидела на, утрачивающем потихоньку прежний размер и упругость, но всё ещё приятно ласкающем, стержне. Ласковые мужские ладони нежно гладили спину девушки. Ирка повернула голову. Папа стоял на коленях возле полусидящей Ани. На лице подруги отчётливо белели характерные капли. Значит, Аньке в рот досталось. Немало, видать, папочка накопил. Сразу чувствуется, что мамы почти месяц нет дома.

     Дядя Игорь, похоже, непоправимо выскальзывал из неё. Тихонько вздохнув, Ира сползла с колен мужчины. А ноги-то, оказывается, дрожат. Ирка опёрлась на кресло. Анька, поднявшись, тоже подошла к папе. Игорь встал и, обняв подружек, усадил в кресло.

     – Отдыхайте, девчата. А мы пока коньячку. – Он решительно добыл из бара вторую бутылку. – Полагаю, Костик, за такое стоит усугубить немножко? Малолеткам-то, конечно, фиг.

     – Ну да, как коньяк пить, так опять малолетки. – Насмешливо фыркнула Анька. – Не жадничайте, всё равно мы вашу гадость не любим. Лучше сок. Правда, Ирка?

     – В сто раз! Мы сейчас себе принесём. Только вы нас подождите. Ладно?

     Взявшись за руки, подружки выпорхнули из комнаты.

     Перешагнув порог кухни Ирка, оглянувшись, плотно закрыла дверь и повисла у Аньки на шее.

     – Получилось!

     – Даже не верится! – Анька в ответ обняла подругу и распахнула холодильник. – Апельсиновый?

     – Да. – Ирка отобрала у неё пакет. – Только умойся сначала. А то завела себе привычку шляться со спермой на физиономии.

     – Ой, блин! – Анька поспешно сунулась к крану, смывать “боевые отметины”. – Ну, что пошли?

     – Погоди. – Ирка плеснула в стаканы по паре глотков сока. – Сначала здесь выпьем. Это только наш с тобой тост.

     – Мы со щитом! – Анька, приветствуя подругу, высоко подняла стакан. Прохладная жидкость ароматным ручейком прокатилась по языку, смывая горьковатый вкус Костиных “сливок”.

     – Есс! – Ирка тоже проглотила свою порцию. – Победительниц не судят!

     – Ага. – Вдруг прыснула смехом Анька. – Их еб… т.

     Ирка, боднув Аньку в плечо, тоже звонко расхохоталась.

     – А всё-таки ты молодец. – Аня уважительно глянула на подругу. – Классно папочек к теме подвела. Грамотно. И не боялась же!

     – Анька, ты что?! – Ирка круглыми глазами глянула на подругу. – Да я чуть не обдулась со страху. И не соображала ничего, по-моему. Я даже не помню, что там делала и молола, только и надеялась: ты всё разрулишь.

     – Правда? – Поёжилась Анька. – Хорошо, что я, сидя у твоего папы на коленях, этого не знала. А то бы точно… оконфузилась. – Она обняла подружку. – Ладно, идём. Победительницы… в памперсах.

     Войдя в комнату девчонки, вдруг, натолкнулись на внимательные, изучающие взгляды пап. Они, не ожидая подобного, даже растерялись немножко и нерешительно замерли посередине. Аньке отчаянно захотелось вцепиться Ирке в руку. Что случилось?!

     – Всё-таки хорошие девчонки у нас получились. Красивые. – Наконец, с самым серьёзным видом изрёк Анькин папа.

     Тьфу, чёрт! Так это они тут смотрины устроили. Шоу-гёрлз, блин! Напугали чуть не до смерти. Ну! … Папочки! Анька на ватных ногах шагнула к столу, слыша за спиной Иркин вздох облегчения.

     – Да. – Столь же глубокомысленно кивнул дядя Костя. – Только у Ирки всё же грудь побольше.

     – А у Аньки ножки стройнее. – Не остался в долгу папа Игорь. – Так что один – один.

     – Согласен.

     – Иди ко мне, доченька. – Папа усадил Аню к себе на колени. – Ты у меня самая красивая!

     Его ладонь ловко накрыла остроконечный, волнующий взгляд Анькин холмик, скользнула на другой.

     – В самый раз по руке. Лучше не бывает. Не слушай никого, солнышко.

     – Спасибо, папочка! Ты самый замечательный!

     Расшалившаяся от облегчения Анька, обвив шею отца, поцеловала его прямо в губы и даже нахально поёрзала попкой по его, между прочим, начинающему оживать, стволу.

     – Ну: За близкое знакомство? – Дядя Костя поднял рюмку.

     Рюмки и стаканы с соком дружно звякнули.

     – Кстати, о знакомстве. Думаю, стоит его произвести и в другом варианте. – Игорь, обнимая Аню, поставил рюмку на стол.

     – Полагаешь? – Серьёзно глянул на него Костя.

     – Да. Чтобы все уже намертво были повязаны. И ни один рот даже сдуру не раскрылся.

     – Что ж, – дядя Костя задумчиво потёр подбородок, – пожалуй, в этом есть смысл. А что девочки скажут? Ты как, Аня?

     – Как папа захочет.

     Анька и в самом деле не была против. Они все уже столько наворотили, что одним чудом больше, одним меньше – без разницы. Если было с дядей Костей, почему с папой нет? Даже интересно… как с ним.

     – Ты, Ира?

     – Если все, то и я. – Ирка, похоже, отнеслась к идее с меньшим энтузиазмом, но отступать подружка явно не собиралась. – Заодно вас, как мужичков, заценим.

     – Ой, ё-о! – Дядя Костя, фыркнув, ловко скользнул пальцем по мокрой Иркиной киске и шутливо мазнул девчонку по носу. – Всё чему пока научились – это ножки раздвигать. А туда же. В оценщицы!

     – Ла-адно тебе дразниться. – Пристыженная Ирка смущённо сморщила носик и снова изобразила лукавую лисичку. – Лучше научи чему-нибудь, папочка.

     – Занятия с репетитором для одиннадцатиклассниц. – В голос расхохотался папа Игорь. – Сегодня проходим правильно… сосание.

     – Лишь бы не кружок “умелые руки”. – Задорно отозвалась Ирка, с явным намёком изобразив жестом нечто вяло опущенное, и, спасаясь от заслуженного шлепка, торопливо съехала с ног папы Кости на пол. – Ай, ай! Папулька, не надо больше воспитывать. Я уже беру… “авторучку”.