Пазл

     Кевин задержался на работе, но Саманта ещё не спала, когда он пришёл домой. Она вышла встречать его, как обычно, в очаровательной пижамке. В этой пижамке она не выгладела ученицей выпускного класса high school.

     

     — Пап, почему ты так поздно? — капризно протянула дочурка.

     — Ну, Сэми, ты ведь знаешь, что на такой работе, как у меня, трудно всё предугадать!

     — А ты разве забыл о своём обещании? . .

     -? . . Напомни… Не припомню! . .

     — Бессовестный! Ты не помнишь, что мы на прошлой неделе отмечали мои 16?! .

     — Это я помню! Как можно такое забыть! . . Ну… и что? . .

     

     — Ты пьяный был? . .

     — Вроде, нет. А что там было, на твоём 16-летии? . .

     — Ничего особенного! Раз тебе это всё равно, я пошла спать!

     — Стой, Сэми! Что с тобой, девочка? . .

     — Вот именно — де-воч-ка! . . А разве не ты мне рассказывал, что в 16 девочка сама может решать! Вот! Забыл?! .

     — Объясни ты толком! Что решать? . .

     — Всё! Я пошла! . .

     

     И она действительно ушла в свою спальню и, обливаясь слезами, легла спать. А Кевин, теряясь в догадках, достал из буфета бутылку бренди, чтобы с его помощью освежить свою память. Он считал себя неплохим отцом — после гибели в автокатастрофе жены Софы он решил посвятить остаток жизни воспитанию их дочки и стал для Саманты и мамой, и папой в одном лице. Она была ему за это благодарна и платила взаимностью. Как-то так само получилось, что до 10-летнего возраста он её купал. Сейчас, когда её внешность сильно изменилась, ему это делать стало неловко. И всё равно, если он приходит «потереть спинку», Саманта этому только рада, хотя и не поворачивается к отцу лицом.

     

     Когда дочери исполнилось 12, отец прибег к помощи сестры, чтобы научить Саманту чему-то особенному: он купил для неё небольшой, тонкий вибратор.

     

     — Покажи ей, как им пользоваться, — сказал он сестре. — Не сразу, конечно, но пусть постепенно, шаг за шагом делает это, чтобы так называемая «девственная плева» исчезла, и она была готова к взрослой жизни. А на кого ещё надеяться? . . На какого-нибудь «хмыря», который её изуродует?! . Как подумаю, так мороз по коже! . .

     

     Кевин никогда не позволял себе никаких «вольностей» в отношении своей любимицы. Она всегда обожала отца, любила прибегать к нему в постель. Иногда даже засыпала, обнявшись с Кевином. Он всякий раз относил дочь в её кроватку и заботливо укрывал одеяльцем. Она была уверена, что проснётся у себя в комнате. Но это вовсе не значит, что ласки между ними исключались. Саманта любила, когда отец целовал её в разные места, гладил животик, ножки, а (во время купания) иногда и писю — моя её с мылом.

     

     Ну и, конечно, девочка была вольна разгуливать по квартире в трусиках, потому то слова «стеснение» она просто не знала. Одежду для неё они с папой всегда покупали вместе — платьица, штанишки, чулочки, трусики… Иногда, вернувшись домой, Саманте не терпелось примерить кое-что, и она демонстрировала обновки любимому папочке, не стесняясь переодевать всё (в том числе, трусики) прилюдно…

     

     Случалось, что Кевин (за отсутствием мамы) объяснял Саманте кое-какие жизненные секреты.

     

     — А что ты такое сделал маме, чтобы у неё родилась я? . . — спрашивал ребёнок.

     — Видишь ли, золотце, — отвечал папаша, — в природе многое делается по принципу пазла. Ты ведь собираешь пазлы? . . Ну, вот. У девочек и у женщин примерно вот здесь — он приложил палец к трусикам Саманты — есть впадинка…

     — У меня в писе тоже? . .

     — Конечно. А у мальчиков и у мужчин — выступ…

     — У тебя тоже? . .

     — Да. Можешь пощупать — он клал ручку на свои трусы, под которыми явно прощупывался его член.

     — Вот это да! Ты мне покажешь? . .

     — Не думаю, что тебе стоит это видеть…

     

     — Ну, почему?! . Я хочу!! .

     — Мало ли, что глупая девочка хочет! Когда вырастешь, узнаешь… Ты ведь спрашиваешь про взрослую маму и взрослого папу. Я не могу рассказывать тебе абсолютно всё, — только то, что сейчас пока можно. Итак, ты поняла, про пазл? . . Когда папин «выступ» находится во «впадинке» мамы — это и есть собранный пазл. Понятно? . . То есть даже когда такая красивая и очаровательная девочка, как ты, одна, без пары, — этого природе недостаточно. Она (природа) хочет продолжаться, иметь потомство. Верх, к которому надо стремиться — это собранный пазл, только тогда задача природы будет выполнена — появится плод, потомство, ребёночек…

     

     — А когда я уже смогу (мне будет можно) «собрать пазл» с кем-то? . .

     — Теоретически — когда тебе исполнится 16. Этот возраст называется «возрастом согласия». То есть, глупые маленькие девочки могут решить, что им всё можно, и они ради любопытства могут сказать взрослым дядькам или парням (а желающих поживиться за счёт этих глупышек всегда хватает) , что они «хотят собрать с ними пазл». И тогда таких «желающих» ждёт жестокое разочарование: их просто-напросто посадят в тюрьму! Иногда даже на 20 лет!

     — Окей! Буду ждать своих 16-ти лет! . .

     

     Только теперь Кевин понял, что имела ввиду Саманта. Он выпил ещё одну рюмочку бренди и с чувством выполненного долга отправился в свою спальню…

     Утром он встретился с дочерью за завтраком.

     

     — Извини, золотце, мою забывчивость! Проси что хочешь за это!

     — Вот как? Всё-всё? . .

     — Конечно! Ты теперь совсем взрослая! Выбирай, что хочешь!

     — Окей! У меня всего даже не три, а два желанья. Первое: ты меня купаешь, как в детстве — полностью; второе: после купания мы с тобой делаем «пазл». Ну, как ты делал когда-то с мамой, но только так, чтобы у меня никто не родился — ты ведь можешь! . .

     

     Кевин просто обомлел! Смотрел на дочку и не мог произнести ни одного слова… Вдобавок она приподнялась со своего стула и медленно потянула вниз свои пижамные штанишки. Его глазам открылась аккуратно выбритая, а потому казавшаяся детской очаровательная девичья ПИСЬКА… Кевин схватил пижамные штаны за резинку и потянул их наверх. Саманта не сопротивлялась. Она просто улыбнулась и села на свой кухонный стул.

     

     — Ты с ума сошла? . .

     — Вовсе нет. Ты ведь это всё сам запрограммировал! Я всё сделала, как мне объяснила тётя Оля. А игрушку мне купила вовсе не она, а ты! Мне она нравится, эта твоя игрушка — это ведь что-то вроде твоей маленькой пиписьки, да? . . Но ты правильно всё рассчитал — мне нужна не игрушка, а настоящая твоя пиписька, я давно о ней мечтаю. Как и ты о моей писе. Скажешь — нет? . . Сколько раз я чувствовала, как ты возбуждаешься в моём присутствии — я прижималась к тебе, и пиписька в меня упиралась. Но… ты не смел! . . Ты хотел, чтобы я сама, добровольно! И вот этот день настал. А если меня после дня моего «возраста согласия» спросят: «Ты сама этого хотела?», я отвечу: «Да! Я сама! И я, вообще-то, даже и не девушка уже… тоже сама!»

     

     Кевин встал со стула и ушёл в свою комнату. Он не знал, как ему теперь себя вести. Как это ни было обидно, то, что сказала Саманта, было чистой правдой. Она — умница. Ему было стыдно, и он не смел взглянуть ей в глаза… Прислушавшись, он понял, что Саманта набирает в ванну воду. «Полностью, как в детстве? . . То есть всё тельце, грудки (теперь уже, наверное, — груди) и… писю… с мылом… »

     

     — Пойдём! — Саманта открыла дверь. — Ты ведь никогда после моих 10-ти лет не видел меня голенькой… А хотел бы! Да? . .

     Она надела сегодня свой полудетский халатик, открывающий как бы напоказ её красивые ножки, а верхняя часть халатика подчёркивала её не очень крупную, подростковую грудь. Да и вообще походка, произносимые ею фразы действовали на Кевина так возбуждающе, что он просто физически ощущал, что его член готов выскочить из штанов…

     

     Саманта прекрасно помнила, как с самого раннего детства отец просто обожал её! Но только теперь она задумалась: а только ли восхищение малюткой, крошкой-дочкой, обожание собственного ребёнка было причиной, по которой он всегда нежно ласкал её крошечное тельце и целовал всё-всё — включая (обязательно!) писюшку? . . Она вначале, конечно, не замечала, что кроме обычный нежных «чуйств» был у отца ещё и чисто мужской элемент любования дочерью. Лишь с возраста примерно 5-6 лет она стала кое на что обращать внимание.

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]