Отто фон ШТИРЛИЦ или семнадцать мгновений из жизни разведчика Максим Максимыча Исаева

     1*** (типа пролог)

     
Ветер кружит над равниной

     И позёмкою метёт,

     Шёл февраль холодный, зимний,

     В тот лихой, военный год.

     Ставка главного фашиста,

     Полк охраны у ворот,

     А в углу, у карты мира,

     Фюрер Бормана ебёт:

     – Ах ты, майне кляйне швайне!

     Как без стука смел войти?!

     Ну а вдруг я здесь изволю

     Фройляйн Еву отъебсти?

     – Ты того понять не можешь,

     Доннер вертер! Готт мит унс!

     Что от этого у Евы

     Будет форменный конфуз!

     – Не сердитесь, о, мой Фюрер! –

     В рот я ёбаный мудак! –

     Но мне кажется, творится

     В нашем бункере бардак:

     – Ща иду по коридору,

     А на встречу херр один, –

     В шапке с красною звездою

     И с медалью на груди!

     – Я завидя ту картину,

     Прям на месте охуел,

     А тот херр, шагая мимо,

     Про “Мгновенья” песню пел!

     Пел про то, что словно пули

     Пыль вздымая на виске,

     Пролетают те мгновенья –

     Как Кобзон! На русском языке!!!

     Тут Адольф расхохотался:

     – Ну и Борман, ну фуфлон,

     С перепугу обосрался, –

     Это ж Штирлиц – наш шпион!

     Посмотри на календарик

     И раскрой своё ебло,

     Ведь у русских нынче праздник –

     Двадцать третие число!

     2***

     Ну а Штирлиц в ту минуту

     В свой ввалился кабинет,

     В жопу пьяная лежала

     Под столом радистка Кэт.

     На столе, среди бутылок

     И остатков от жратвы,

     Вся измятая лежала

     Телеграмма из Москвы.

     Развернул он телеграмму,

     Текст торжественно прочёл,

     Фраза краткая звучала

     Просто:

     – Штирлиц! Вы Козёл!

     Тут он встал в постойке “смирно”,

     Крикнул – Хайль! – стакан налил,

     Есть для радости причина –

     Ведь “Героя” получил!

     Наподдав уже изрядно,

     Может пить, что тут сказать,

     Попытался было Штирлиц

     Кэт-радистку отъебать.

     Ну а Кэт, та всё мычала,

     – “Му”, да – “Му”,- совсем в дугу,

     Что ж с ней делать, сукой пьяной?

     – Ладно, после отъебу.

     А пока, для развлеченья,

     – Ишь, блядища, напилась,

     Вставил Кэт антенну в жопу

     И с Москвой пошёл на связь.

     “Алекс” к “Юстасу” взывает:

     – “Юстас”, сука, что молчишь?

     Иль ты тоже напиздился

     И теперь там сладко спишь?

     Тут и “Юстас” отозвался:

     – “Алекс”! Круглый идиот!

     У тебя в сортире явка?

     Почему говном несёт?

     – Вот ты там, разволновался,

     Аль не нюхал ты бздушка?

     Просто Кэт во сне взъебнулось, –

     Ну и пёрнула слегка!

     – Я тебе звоню по делу,

     Нашим должен ты сказать,

     Что полковник М. Исаев

     Рад награды получать!

     Что в дальнейшем также, честно

     Будет долг свой исполнять,

     Что сказал: – Служу Союзу!

     Понял? В рот тебя ебать!

     Всё, пиздец! Гуляй там дальше,

     Выпей так же за меня,

     За мою подругу – Катьку,

     Ладно, – Хайль! – Пока!

     Вот ведь, сука, незадача,

     Вроде праздник на дворе:

     – Кэт! – молчишь, хромая кляча,

     Напиздиться не с кем мне:

     Тут его вдруг осенило:

     – Как же я вдруг смог забыть?

     Ведь герр Мюллер там скучает,

     Надо срочно навестить!

     Захватив бутылку шнапса,

     Штирлиц вышел в коридор,

     И нетвёрдою походкой

     К группенфюреру попер:

     3***

     Шеф Гестапо в это время,

     Нацепив на нос очки,

     Донесение читает –

     С дешифровки принесли.

     Ничего понять не может,

     Всё сплошные ебуки,

     – Вот ведь русские, мостырят: –

     Здесь пойди, хоть что пойми:

     Тут дверь с треском распахнулась,

     Не слетев едва с петель,

     Входит Штирлиц, улыбаясь,

     Мюллер в гневе: – Охуел?!

     – Ну, въебал чуть постовому,

     Ну, он дверь еблом открыл,

     А что мне прикажешь делать,

     Если я пароль забыл?

     – Ладно, что там, не ругайся,

     Если б это в первый раз:

     – Доставай стаканы лучше! –

     Гля! Достал пиздатый шнапс!

     Мюллер хитро ухмыльнулся:

     – Шнапс достал? – Ну, наливай:

     – Говоришь “Героя” дали? –

     Что ж, и это нехуёво, сбрызнуть надо,

     – Ну, давай!

     – Хайль! Прозит! Дружище Штирлиц,

     Смерть врагам! Ты молодец! –

     В ставке Фюрера бухаешь:

     Кто б сказал: Ваще пиздец:

     – Да, забыл, тут есть проблема:

     Вот шифровка: Посмотри:

     – Узнаёшь? Вы охуели?

     Сам попробуй, разбери:

     – Ну-ка, ну-ка, ща посмотрим:

     Кто писал? Ну и дела:

     – “Центр, Центр, вышли водки,

     и Гестапо заебла!”

     – Вот ты, Штирлиц, и попался!

     Только русский б смог прочесть!

     Ща я вмиг охране звякну,

     И пойдёшь ты под арест!

     – Я?! – Пошли б Вы на хуй, Мюллер!

     Нас не взять за просто так,

     Я – нихт ферштейн, Не понимаю!

     Это – алиби, ишак!

     Сразу Мюллеру взгрустнулось,

     Ай да Штирлиц, ай подлец,

     От всего найдёт отмазку,

     Что поделать – крупный спец!

     – Ладно, Штирлиц, всё, замяли,

     То проверочка была,

     Ну-к… налей ещё стаканчик,

     Служба: – в доску заебла.

     – Ну налить, мы это мигом,

     Хайль! Прозит! Давай вдогон,

     Вскоре крепко напиздились,

     И уснули за столом.

     4***

     Утро, бункер, зал огромный,

     Карта мира вся в флажках,

     Видим мы на ножках глобус,

     В общем клёвый антураж.

     Это зал для совещаний,

     Все расселись за столом,

     Входит Фюрер, чуть помятый,

     – Собрались? Ну что ж, начнём:

     – Для начала мы посмотрим

     Донесения с фронтов:

     – Бля!!! Опять мы отступаем?!

     Нас ебут как школяров?!

     Фюрер злостью весь налился,

     Глазом грозно засверкал:

     – Где секретное оружье?!!!

     Чтоб я русских отъебал?

     Подскочил какой-то маршал:

     – Хайль! Яволь! Вот чертежи!

     Скоро будет всё готово –

     Мне конструктор доложил!

     – Так: Посмотрим: Что вот это?

     А это что за ерунда?:

     Кружавчик: рюшечки: манжеты:

     Гульфик:? Лямочки:?? Тесьма:???!

     Фюрер явно в непонятках:

     – Может дать тут всем пизды?

     Вы в натуре охуели?

     Это ж выкройка с “БУРДЫ”!!!

     – Гениально! О, мой Фюрер!

     Разъебём мы всех врагов!

     Ну держись, товарищ Сталин,

     Это выкройка трусов!

     – Наши храбрые солдаты,

     Что воюют на фронтах,

     Будут пиздить супостата

     В бронированных трусах!

     – Проводили испытанья,

     Сам их, лично, одевал,

     Превзошли все ожиданья!

     В жопу мне снаряд попал!

     – Ни хуя мне не случилось!

     Вот пред вами здесь стою,

     Готт мит унс! Зиг хайль, мой Фюрер!

     Победим мы всех в бою!

     А в дверях вдруг заваруха,

     Вся охрана на ушах:

     Обложив всех ебуками,

     Входит Штирлиц: – Гутен таг!

     Улыбается ехидно,

     Фотокамера в руке,

     – Что, фашисты, бля, не ждали? –

     Ща всё будет как в кине!

     Растолкавши генералов,

     Пробирается к столу:

     – Ну-ка, толстый, слышь, подвинься!

     Дай бумаги засниму!

     – Подсвети-ка: Хуй что видно:

     Так: Теперь вообще ажур,

     О, мой Фюрер?: Не заметил:

     Я закончил, – всем бон жур!

     Как в финале “Ревизора”, –

     Все молчат не шевелясь:

     Штирлиц, щёлкнув каблуками,

     Удалился восвоясь.

     Робкий вдруг раздался голос

     В наступившей тишине:

     – Это что же здесь творится?

     Это что ж, пиздец войне?

     – Как же мы своим оружьем

     Будем пиздить красных псов,

     Если наши все секреты

     Будут в штабе у врагов?

     Фюрер кровью весь налился,

     Точно зреющий томат,

     Ищет нервною рукою

     Телефонный аппарат

     – Хальт!!! – На проводе Москва:

     – Гамарджоба! Как дела?

     Что случилось, геноцвале?

     Как здоровье? Ничего?

     – Приструни, товарищ Сталин,

     Ты шпиона своего!

     – Беспредел у нас какой-то,

     Гроссе швайне! Муттер фак!

     Среди бела дня секреты

     Штирлиц спиздил – твой мудак!

     – Вах! Я канэшно панымаю,

     Старших нужно уважать,

     Молодой джигит, савсэм гарачий,

     Надо с ным потолковать:

     5***

     Ну а Штирлиц, не скучая,

     С “беломориной” в руке,

     Поднимал стакан со шнапсом

     В придорожном кабаке.

     После многих лет разлуки,

     Дрочки левою рукой,

     Он спеша сюда припёрся

     На свидание с женой.

     Двадцать лет её не видел,

     Фотографию послал,

     И теперь за эти годы

     Он отцом-героем стал.

     Всё же мысль подспудно гложет

     Не даёт спокойно спать:

     – А на фото, я – по пояс,

     Может, загуляла, блядь?

     К чёрту гонит эти мысли,

     Встреча будет впереди,

     Ведь война, необходимо

     Конспирацию блюсти.

     Чтоб враги не догадались,

     Затаясь, исподтишка,

     Будет Штирлиц за женою,

     Наблюдать издалека.

     В ресторане оживленье,

     Объявили секс-ревю:

     Щас начнётся представленье –

     Балет у негра на хую!

     Все захлопали в ладоши,

     В ожидании, и тут –

     Яркий луч упал на сцену,

     А там уже кого-то прут!

     Негр здоровый, рослый, жирный

     И с концом как у осла,

     Раком ставит балерину –

     Наизнанку вся пизда!

     Все орут в ажиотаже:

     – Засади ей, суке! Фак!!!

     Улыбнувшись белозубо,

     Негр вхуярил свой елдак.

     А затем, слегка присевши,

     Резко задом дёрнул: – Кхе!

     Балерина вверх взлетела –

     Вот это было фуэте!

     Снова раком её ставит,

     Жопой к публике, и так,

     Он огромную залупу,

     Начал ввинчивать в пердак.

     Штирлиц, глядя на эстраду,

     Слёзы счастья утирал,

     От эмоций не сдержавшись, –

     Он жену свою узнал!

     Вспомнил садик над рекою,

     Как там вишни воровал,

     Как полночною порою,

     В том саду её он драл:

     И хоть память вся снегами

     Уж давно занесена,

     Но ” Про “Это:”” в “Старых песнях”

     Нам Агутин напевал:

     – Потерпи чуть-чуть, родная,

     Ишь, хуище у него,

     Вот его б таким хуилой

     В жопу трахнуть самого!

     А на сцене всё в процессе –

     Член вошёл уж до яиц!

     Негр довольно ухмыльнулся:

     – Повторим прыжок на “бис”!

     Как ракета с Байконура,

     Подлетела к потолку,

     Развернулась, рот раскрыла,

     Вниз – стрелой, и: – хуй во рту!!!

     Штирлиц аж хрипит в экстазе:

     – Ну, любимая: пиздец:

     А рука сама находит

     Вставший колом уж конец.

     По привычке обретает

     Он ладоней жаркий плен,

     Глядя как жена родная,

     Заглотила чёрный член.

     А они уж на подходе:

     – Глубже вставь! Соси давай!

     Вот и всё: вдвоём кончают,

     Негр хрипит: – глотай,: глотай!

     Только публика не знала,

     Что и третий был герой,

     Кончил с ними он, сжимая,

     Хуй натруженной рукой.

     Удалось свиданье, славно!

     Словно дома побывал,

     И пускай хоть как заочник,

     Но жену он отъебал.

     Вышел Штирлиц с ресторана,

     Мордой ёбнулся в асфальт,

     Свыше голос Копелляна:

     – Пол часа он будет спать!

     6***

     Площадь людная пред нами,

     Гестапо по толпе снуёт,

     В столь укромном, чудном месте,

     Связника наш Штирлиц ждёт.

     Чтоб связник увидеть смог бы

     Резидента своего,

     Штирлиц там стоял с торшером

     И крутил своим еблом.

     Наконец, среди народа,

     Всех толкая, напрямик,

     Через площадь, матюкаясь,

     Прёт к нему его связник.

     Сам в будёновке с звездою,

     С парашютом на спине,

     На ходу всех посылает:

     – На хуй! Дай пройти-ка мне!

     Вот он к Штирлицу добрался,

     Обошёл со всех сторон,

     – Так, посмотрим, вроде “Алекс”: –

     Ну, здорово, герр шпион!

     Штирлиц аж раскрыл ебало,

     – Охуел?! Ты кто такой?

     Я вообще в трамвае еду:

     Может, скажешь мне пароль?

     Тут связник приблизил к уху,

     Перегаром пахший рот:

     – “Караван идёт на север!”,

     Откачнулся:, отзыв ждёт.

     – “Караван идёт на север?” –

     “А слоны бредут на юг!”,

     Следом сразу улыбнувшись:

     – Ну, с приездом! Здравствуй, друг!

     Обнялись, расцеловались,

     – Как там “Юстас”? Как Москва?

     Доллар там не дорожает?

     Как там в Солнцево “братва”?

     – Да нормально всё!

     Успею обо всём я рассказать,

     Бля, с похмелья я болею,

     Может, водочки вьебать?

     – С водкой, это:, обломайся,

     Шнапс один – ваще хуйня!

     Я ж заказывал “Столичной”,

     Иль забыли про меня?

     – А-а:, это ты про ящик водки?

     Передали, да беда, в пути опять

     На таможне нас шмонали,

     Пришлось с “гансами” бухать.

     Я лишь пару пузырей заныкал –

     В парашют засунуть смог,

     Остальные с ними выпил,

     Бля, гандоны: – “С ними Бог!”

     – Ну ваще:, в натуре, суки,

     Ты мне точно не пиздишь? –

     Поклянись на пидораса!

     Что? – Бля буду, говоришь?

     Ладно, что-то мы забылись,

     Оглянись – кругом враги,

     Надо срочно делать ноги,

     Пока нам лапти не сплели.

     7***

     Мюллер злобный в кабинете,

     Всех сотрудников ебал,

     – Руссишь швайн! Пизды сегодня

     За него мне Фюрер дал!

     Этот Штирлиц охуевший,

     Мать его раз-эдак-так,

     Пиздит в наглую секреты,

     А нам ни взять его никак!

     И на всё есть объясненье,

     И придраться не к чему,

     Срочно надо наблюденье

     День и ночь ввести ему!

     Всё, попал он под колпак,

     Пусть повертится, мудак!

     Вот ты, Айсман, расскажи-ка,

     Как случилось всё в тот раз,

     Когда Штирлиц, напиздившись,

     Тебе правый выбил глаз?

     – Что здесь скажешь:, шнапс мы пили,

     Вечерком с ним за столом,

     Я, слегка переборщивши,

     Сталина назвал – козлом.

     Штирлиц сразу пальцы в веер,

     За “базар” спросил тот час,

     – Ну кто их, русских, понимает?

     И въебал мне сразу в глаз.

     Кроме этого на “счётчик”

     Посадить решил меня,

     Может кто мне растолкует,

     Это что же за хуйня?

     Шеф за голову схватился:

     – Как же так ты мог попасть:

     “Счётчик” – это значит “бабки”

     Должен ты ему отдать!

     – Должен я? А что есть “бабки”?

     Ничего что т не пойму:

     – Не отдашь – тебе же хуже,

     Штирлиц вызовет “братву”!

     Пред братвой мы – что щенята,

     Нас весь Вермахт не спасёт,

     Когда ихний главный – “папа”,

     Весь базар наш разотрёт!

     Разрамсит всё по понятьям –

     Эт у них такой прикол,

     Скажет нам: – “Все лохи – братья!”

     Объяснит нам – кто “козёл”!

     Не вкурил, во что въебался?

     Нужно как-то вылезать,

     И герр Штирлица быстрее,

     Надо нам арестовать!

     Ройте землю, муттер факер!

     Нет улик? – состряпай сам!

     Не найдёте – тут держитесь!

     Вас, блядей, под суд отдам!

     8***

     Отто Штирлиц в ус не дуя,

     В то же время за столом,

     Уже водку открывает,

     Сидя рядом с связником.

     – Вот она – родная водка,

     И прозрачна как слеза,

     А то этот шнапс вонючий,

     Я давно уж пить устал!

     Пизданули, закусили,

     Разливается тепло,

     – Ух! До жопы пробрало,

     Это классное бухло!

     Хуй ли мы как не родные?

     Скучновато как-то тут:

     Ща я крикну постовому –

     Кэт-радистку позовут!

     Кэт явилась: – Вызывали?

     – Что там стала? Проходи!

     Видишь – водочку бухаем,

     Так и с нами ты садись!

     Кэт тут что-то засмущалась:

     – С вами пить – здоровье рвать,

     Вы ж, как только напиздитесь,

     Сразу кинетесь ебать?

     – Ну не сразу, постепенно,

     Выпить надо, закусить,

     Что, как целка, засмущалась?

     Может ты ещё не будешь пить?

     Вот, знакомьтесь – это Коля,

     Это – Кэт, а это – я,

     И вы оба щас сидите

     В кабинете у меня!

     Что ж, продолжим? Наливай-ка,

     Ну – за встречу, за приезд,

     Подожди-ка, ща я гляну,

     И музон тут тоже есть.

     – “Ундер зольдатен, дойчен официрен:”

     Звуки марша раздались,

     И под музыку под эту

     Вновь стаканы налились.

     Так изрядно поднабравшись,

     Штирлиц – выдумщик, мастак,

     Крикнул Кэт: – Ну-к, стань-ка раком,

     Жопой покрути: – вот так!

     – Коля! Глянь – вот это баба!

     Гля как крутит пердаком!

     Видишь, сиськи как трясутся?

     Ща мы ей вдвоём вопрём!

     Айн позишен! – Скинь одёжу!

     Юбку, лифчик и трусы,

     – Посмотри, как гордо встали,

     Наши красные концы!

     Ну а Кэт – та дело знает,

     Хуй уже торчит во рту,

     Коля сзади подпирает,

     Вставив ей свою елду.

     Только громкое сопенье

     И постанывание Кэт,

     В то же самое мгновенье

     Огласило кабинет.

     Штирлиц, взяв её за уши,

     Аж до горла затолкал,

     Ей не слабый свой хуище,

     И как поршнем им качал.

     Коля, тоже не теряясь, –

     Два отверстия пред ним!

     То в одно елду задвинет,

     То занялся уж другим.

     – Цвай позишен! Смена позы! –

     Перебрались на диван,

     Кэт на Колю сверху села,

     Штирлиц в жопу ей вогнал.

     Как глубинных два насоса,

     Два конца качались в ней,

     Кэт лишь только простонала:

     – Поднажмите: побыстрей:.

     И уже в оргазме бурном,

     Изогнулась Кэт дугой,

     – Драй позишен! – Ну-ка ротик,

     Ты пошире свой открой!

     Две елды, что два банана,

     В рот ей начали влезать,

     – Заглоти их посильнее! –

     Ща и мы начнём кончать!

     В тот же миг, двойным потоком,

     Сперму стали извергать,

     Кэт лишь только замычала,

     Успевая всё глотать.

     – О, зер гут! Хорошая поёбка,

     Давненько так не отдыхал,

     Но пора мне собираться –

     Меня Мюллер вызывал!

     Вы хотите – продолжайте,

     Только дальше – без меня,

     – Гля, хуище весь в помаде: –

     Ну да это всё херня.

     9***

     Мюллер Штирлица сегодня

     Сам решил на пушку взять,

     И в своей родной “конторе”

     Высший класс всем показать.

     – Все, собрались? Штирлиц здесь?

     У меня для вас есть весть!

     – Нашим доблестным учёным,

     Чтоб вылавливать врагов,

     Удалось создать приборчик –

     Измеритель для хуёв!

     Если ты вдруг не ариец,

     А вообще хрен знает кто,

     Это сразу же покажет

     Замечательный прибор!

     Что б развеять все сомненья –

     Вдруг шпионы среди нас,

     Будем этим мы прибором

     Вам хуи смотреть сейчас!

     Штирлиц только ухмыльнулся –

     – Пизданулся наш старик:

     Ща посмотрим кто ариец:

     Будет здесь весёлый цирк!

     Мюллер вынул штангенциркуль:

     – Вот прибор! Смотрите все!

     Соответствие размеров

     Мы проверим по шкале!

     – Так: инструкция, таблица

     С соответствием хуёв,

     Вот евреи, вот арийцы, –

     Ну держись, дрожи шпион!

     Друг за другом все тут стали,

     Обнажив свои хуи,

     – Начинаем! Кто же первый?

     Поскорее подходи!

     Измерения в разгаре, –

     Мюллер выпучил глаза:

     – Айсман? Вы у нас китаец?

     Это что за ерунда?

     Кто там следом? Дай измерим

     Мы теперь и твой конец,

     – Холтофф – негр?!!! Глазам не верю,

     Вот так-так: Ваще пиздец:

     Ну-ка, ну-ка, Отто Штирлиц?

     – Подготовь-ка свой елдак!

     Смотрим: – истинный ариец?!

     Что с прибором? Как же так?

     Мюллер, явно охуевший,

     Над таблицей колдовал,

     Тут глаза его сверкнули –

     – Штирлиц! Всё же ты попал!!!

     На хую смотри – помада!

     Здесь такой в Берлине нет!

     И по цвету сразу видно –

     С русской фабрики “Рассвет”!

     – Хенде хох! Шпион проклятый!

     Вряд ли сможешь доказать,

     Как советская помада

     На хуй вдруг могла попасть!

     Сразу ласты завернули,

     Потащили в каземат,

     Штирлиц только ебукнулся:

     – Ну и Мюллер, сука, гад!

     10***

     Вот сидит теперь на нарах,

     Штирлиц – главный наш герой,

     Прёт парашей, тараканы,

     Хоть об стену головой:

     – Ну и Кэт: – вот сука, падла,

     Говорил же ей, пизде –

     Замени свою помаду,

     Мы ж в Берлине, не в Москве!

     Хуй ли сделаешь, попался:

     Ну да это не беда –

     И какую-либо сказку,

     Мы придумаем всегда!

     Вспоминаем:

     – На неделе в ресторане я бухал,

     (На свидании с женой), а после,

     Типа я поссать собрался,

     Но в асфальт еблом упал:

     Заебись: – уже получше:

     Что там я? – Еблом упал?

     И точнёхонько прям хуем,

     В люк открытый я попал!

     А тогда была облава,

     Проходил великий шмон,

     Ведь Берлинскому подполью

     Там устроили разгон!

     А в колодце партизанка

     Затаилась от беды,

     Испугалась, значит, сука,

     Что дадут ей щас пизды!

     Ну а сверху я свалился,

     Как назло, ебёна мать,

     Копеллян предупреждал же –

     Пол часа я буду спать!

     Партизанка обосралась:

     – Всё, в Гестапо замели:

     Тут елда под нос упёрлась,

     На, мол, дура, не реви!

     И она давай стараться –

     Мой хуйще ублажать,

     Хоть губищи и в помаде,

     Но пришлось ей отсосать!

     Я то спал, и хоть из пушки,

     Ты над ухом салютуй, –

     Так помада и попала

     Мне на мой арийский хуй!

     А потом она съебалась –

     Я же там лежал как кол:

     Ну а после я поднялся,

     Застегнулся и ушёл.

     Заебись! Вот это лихо,

     Я отмазку сочинил,

     Так, так, так, ну-к, дай-ка вспомню:

     Там свидетель тоже был!

     Там какой-то хмырь, дистрофик,

     Ауствайсы проверял,

     Он всё кашлял, точно помню,

     Видел он как я лежал!!!

     Вот уж в двери он колотит:

     – Мюллер!!! Выпусти меня!

     Расскажу как на духу я,

     Как случилась та хуйня!

     – Ну-с, послушаем, дружище,

     Что на этот раз споёшь,

     Только сразу упреждаю: –

     Ты меня не наебёшь!

     Штирлиц рассказал как всё то было,

     Понавешав всем лапши,

     И свидетель тот – дистрофик,

     Подтвердил, что он там был.

     – Вот ведь сука-неудача!

     Всё, отмазался опять! –

     Мюллер в гневе распинался,

     На чём же мне его поймать?

     11***

     После этих злоключений,

     Штирлиц явно не в себе,

     – Чтоб нервишки не шалили,

     Напиздиться надо мне.

     Есть один дружочек старый,

     Двести грамм – и на рогах,

     Начинает петь, буробить,

     Славный малый – пастор Шлаг!

     Вот уж Штирлиц у ворот –

     Сапогом по ним пиздяча:

     – Открывай скорей! –

     Орёт.

     Пастор Шлаг какой-то хмурый,

     – Иль не рад ты мне, дружбан?

     Ты за шнапсом метанись-ка,

     Ща тебе дойчмарок дам.

     Пастор резво метанулся,

     Шнапс принёс и закусон,

     И уже они расселись,

     Аккурат за алтарём.

     – Ну, рассказывай мне, отче,

     Что не весел как всегда?

     Что с тобою приключилось?

     Что за горе, за беда?

     – Да вот горе-то какое

     Приключилося со мной, –

     Ты плесни-ка мне поболе: –

     Исповедуюсь, сын мой:

     Жил себе я тихо, мирно,

     Иногда с тобой бухал,

     Только бес меня попутал –

     В переделку я попал.

     Раньше горя никакого –

     Не стоял хуй у меня,

     Но в аптеке к валидолу,

     Прикупил “Виагры” я.

     И зачем-то все таблетки

     Сразу с дури пизданул,

     И с тех пор, завидя бабу,

     Я ограду хуем гнул!

     Ну а бабы – прихожанки,

     Все на исповедь ко мне,

     А тут кровь внутри играет,

     Хуй стоит аж мочи нет.

     Здесь мне мысль и шибанула:

     Есть “Кагор”, есть клофелин,

     И сегодня тех таблеток

     Мы в винишко запиздим!

     Тут и праздник был какой-то,

     Полный храм, ебать-копать!

     И причём одни лишь бабы – тем “Кагором”

     Начал их я причащать.

     А затем я развернулся –

     Хуем всех перекрестил,

     И ближайшей фрау, с ходу,

     Прям по яйца засадил!

     Первый жар с себя согнавши,

     Осмотрелся, а потом,

     Эту блядскую команду

     Дружно выстроил рачком.

     Так по ряду продвигаясь,

     Каждой вставил я елду,

     Все в отключке – и не чуют,

     Что я их сейчас ебу!

     Разложил я всех по росту,

     Снова каждой засадил,

     Хуй стоит как столб бетонный,

     Не угас ещё мой пыл!

     Что по росту – я по весу

     Начал после их ебать,

     Словно швейная машинка,

     Успевая хуй вставлять!

     Переёб так весь приход –

     Кого в жопу кого в рот!

     Как очухались, не помнят

     Что там было – всё ничтяк!

     Только там был провокатор,

     И вломил меня, мудак!

     Пока хуем прихожанок,

     Я как надо окрестил,

     Он, укрывшись за киотом,

     На меня донос строчил!

     Стуканул, гандон, в Гестапо

     Прихожанок, мол, ебут

     И теперь мандраж колотит –

     Групповуху, суки, шьют!

     Лет пятнадцать буду точно,

     На “хозяина” пахать,

     За бугор бы мне податься,

     Что бы зону не топтать:

     – Слушай, Штирлиц, ты по дружбе,

     Помоги съебаться мне!

     – Да-а: Задал ты, отче, жару:

     Точно – истина в вине!

     – Что же делать? Мне то по хуй,

     Это ты влетел в говно,

     Ладно, брось, не ссы компотом –

     На границе есть “окно”!

     И уже они в машине

     Лихо мчат на перевал,

     Тормознули на вершине –

     Штирлиц лыжи тут достал.

     – Ну-ка, пастор, надевай-ка,

     Дальше будешь сам съезжать!

     – Глянь, тут снега даже нету!

     Как мне это понимать?!

     – Ну и что? А хуй ли делать?

     Фильм смотрел? Ты видел как,

     Там на лыжах ты съебался?

     Надевай быстрей, чудак!

     Все вопросы – к режиссёрше,

     Если есть – базарь с ней сам!

     А тебе я для разгону,

     Скипидару в жопу дам!

     – Ну-к нагнись, ага:, так лучше,

     Вот и клизма – заебись!

     С Богом, отче! И стрелою

     Ты быстрей к границе мчись!

     ———————–

     На границе, где шлагбаум,

     КПП и постовой,

     Скрежет страшный вдруг услышав,

     Нервно дёргает башкой.

     – Может быть камней лавина,

     Сверху там летит сюда?

     Ни хуя в пыли не видно:

     Лыжник?!!! Что за ерунда?!

     Ну успел понять, родимый,

     Как всё то произошло,

     Как его, шлагбаум, будку,

     Той хуйнёй в обрыв снесло:

     ————————–

     Штирлиц, глядя вниз с вершины,

     Покачал лишь головой,

     – Видно в первый раз на лыжах:

     И отправился домой.

     12***

     Уже к дому подъезжая,

     Уловил движенье штор,

     – Что там за хуйня такая?

     Видно в дом забрался вор!

     Он достал свой “парабеллум”,

     Дверь тихонечко открыл,

     С криком: – Хальт!!! Лежать всем, суки!

     Он пальбу в упор открыл.

     А упор как пизданулся

     Прямо под ноги ему,

     Штирлиц чешет себе репу –

     – Ничего что-т не пойму:

     Напридумывали, гады,

     Анекдотов про меня: –

     Вон в шкафу торчит записка –

     Тоже странная хуйня:

     И подкравшись к шкафу тихо,

     Он схватился за неё:

     И как дёрнул со всей дури:

     Тут как кто-то заорёт!

     И прямёхонько из шкафа

     Штирлиц твёрдою рукой,

     Вынул Бормана за писку:

     – Ну, ваще: Ты кто такой?!

     Борман сам понять не может,

     Как он в этот шкаф попал,

     – Вспомнил! – Кто-то тоже в анекдоте,

     Про меня так рассказал:

     – Ладно, всё, исчезни, гнида:

     Дай побыть мне одному:

     Да-а: весёлый нынче вечер:

     Ща вот шнапсу пиздану:

     А потом окно открыл он,

     – Кто на улице стоит? –

     Бляди – догадался Штирлиц,

     – Штирлиц – думали они:

     Ну а дальше, чуть позднее,

     В спальню тёмную входя,

     Штирлиц наступил на гальку: –

     Галька завизжала как свинья!

     Всё: капут: достали глюки,

     Видно надо меньше пить:

     Нужно будет завтра утром

     Мне к профессору сходить:

     13***

     Тот профессор – странный малый,

     Уважает кокаин,

     Как дозняк в нос захуярит –

     Не поймёшь куда глядит.

     Плейшнер – звался наш разъёба,

     В медицине не рубил,

     Но как все кругом, за взятку,

     Он медпункт себе открыл.

     И теперь он с умной рожей

     Пациентов принимал,

     Вот к такому разъебаю,

     Штирлиц на приём попал.

     – Значит глюки, говорите?

     Глюки – это заебись:

     Как с утра “черняшки” вставишь –

     Так сиди, весь день тащись:

     Что б вы в этом сображали: –

     Вы горазды шнапс глотать,

     Значит я, как понимаю,

     Должен Вам больничный дать?

     Ну больничный – не проблема,

     Нарисую хоть прям ща:

     – Штирлиц, есть одна забота,

     Небольшая у меня.

     Баш на баш, как говорится,

     Я – больничный, Вы мне – “план”,

     “Ломка” что-то уебала,

     Сговорились? По рукам?

     – Ну, профессор, Вы даёте:

     “План” достать – ваще хуйня,

     Только есть одна загвоздка –

     “Точка” в Берне у меня:

     “План” – ничтяк! Я отвечаю,

     Так цепляет – охуеть!

     Но за “планом” Вам придётся,

     До Швейцарии лететь.

     – За “косяк” в огонь и в воду,

     На край света я пойду!

     – Что ж, профессор, собирайтесь,

     Я на улице Вас жду.

     Вот до трапа самолёта

     Штирлиц Плейшнера довёл,

     Дал пароль и адрес “точки”,

     Чтобы тот её нашёл.

     Рассказал, на крайний случай,

     Как при шухере слинять,

     Можно прыгать – там матрасы

     Будут прям внизу лежать

     14***

     И по Берну уж пиздячит

     Наш профессор-наркоман,

     Мысль по темечку хуячит –

     Поскорей бы дунуть “план”

     Чтобы веселей шагалось,

     Можно “вмазаться” слегка –

     Есть с “черняшкою” заначка,

     Но всего на два “куба”.

     Он нашёл скамейку в сквере,

     Шприц достал, “по вене дал”,

     И уже профессор Плейшнер

     От “прихода” заторчал.

     Что-то здесь спокойно, тихо,

     И войны в помине нет,

     – Вот повадились, гандоны,

     Соблюдать нейтралитет.

     Веселуха обуяла,

     Все заботы – до балды,

     – Может быть мне, для начала,

     Навалять тут всем пизды?

     С этой мыслью он шальною

     К полисмену подбежал,

     С криком: – Наши наступают!

     В левый глаз ему въебал.

     Тот летит – копыта кверху –

     Вот так ёбнул старикан,

     А по улице прошёлся,

     Будто сильный ураган.

     Там – разбитая витрина,

     Перевёрнуто авто,

     Вон лежит прохожий, стонет –

     Он разбил ему ебло.

     Полицейский, оклемавшись,

     Со всех сил в свисток свистит,

     На подмогу вызывая, –

     И сирена уж звучит.

     Объяснил, что тут случилось,

     И какой-то старикан,

     Здесь такой дебош устроил,

     Что, похоже, наркоман.

     В тот же вмиг поднялся шухер:

     – Все кварталы прочесать!

     Зацепили честь мундира,

     Наркомана нужно взять!

     А профессора колбасит –

     На него напал кураж,

     Всех ебошил по дороге,

     На весь Берн нагнал мандраж.

     Наконец, добравшись к “точке”,

     Сквозь туманный видит взгляд –

     На окне, как на параде,

     Утюги в строю стоят.

     Сорок восемь утюгов –

     Сорок восемь маяков:

     – Уноси скорее ноги,

     Попадёшь на “мусоров”!

     Но совсем забыл профессор,

     Что ему там Штирлиц плёл,

     Дав пинка под зад консьержке,

     Он в подъезд уже вошёл.

     И по лестнице поднявшись,

     Начал в дверь ногой стучать:

     – Что, барыги, бля, уснули?!

     Открывайте, вашу мать!

     А на хазе-то – засада,

     Весь “наркомовский” отдел,

     Нарккурьера ожидая,

     Там уже давно сидел.

     – Мне ваш Штирлиц “план” должон!

     Разнесу ща весь притон!

     Двери сразу распахнулись –

     Там полиции полно,

     Ну а Плейшнеру неймётся:

     – Замочу ща всех козлов!

     И пошел крушить всю хату,

     Полицейских раскидал,

     Пиздюлями угощая,

     – Бля, в натуре, я попал!!!

     “Мусора” же не зевая,

     Оцепили весь квартал.

     – Старикашка, слышь, сдавайся!

     Арестуем всё равно!

     Вспоминая про матрасы,

     Плейшнер выпрыгнул в окно:

     ——————————

     Пизданувшись о булыжник,

     Вот уже в двадцатый раз,

     Плейшнер думал: – Падла Штирлиц,

     Наебал: – ну где матрас?!

     А кругом все в изумленьи,

     – Я такого не видал!

     Наблюдая как профессор,

     Вновь к подъезду побежал:

     15***

     Штирлиц снова весь в заботах,

     Помогает связнику,

     Вышел срок командировки –

     Возвращается в Москву

     Прикупили сувениров,

     Ну колготок там, конфет –

     То с далёкого Берлина

     Бухгалтерии привет!

     Не забыли про начальство –

     Кому шнапс, кому вино,

     Чтоб бюджет командировок

     Меньше резало оно.

     И теперь по автобану

     На машине они мчат,

     Кольцевую объезжая

     Уже пятый раз подряд.

     Коля всё в окошко смотрит,

     Ни хуя не разберёт –

     Как на скорости сто двадцать

     Мюллер рядышком идёт?!

     Словно в парке он гуляет,

     Мину хитрую надев,

     – Штирлиц, жми! Авось отстанет!

     Крикнул Коля, охуев:

     Гля, скотина, увязался:

     Да ещё так не спеша:

     С криком: – Вот ты, гнида, и попался! –

     Коля вынул ППШа.

     Начал бить очередями,

     Целясь Мюллеру в башку,

     – Ну и сволочь:, не отстанет:,

     Ни хрена я не пойму:

     С визгом пули отскочили –

     Тот мотнул лишь головой,

     Штирлиц то узрев, подумал,

     С уваженьем – Броневой!

     А связник ему гранату,

     Прямо под ноги въебал,

     Чуть самих не зацепило –

     Тут уж Мюллер приотстал.

     Наконец, так оторвавшись,

     По лесной дороге прут,

     – Коля, сверь координаты!

     Где-то должен быть здесь пруд!

     Вот и он, среди деревьев,

     Водной гладью засверкал,

     И уж для костров сигнальных,

     Коля хворост собирал.

     Разожгли костры и в небо смотрят,

     Ожидая самолёт,

     А над тихою водою

     Показался перископ.

     Сюрреальная картина –

     Разрывая гладь пруда,

     Гордость атомного флота,

     Как котях со дна всплыла.

     Показав “прыжок касатки”,

     Разом выплеснув весь пруд,

     Субмарина та за Колей,

     Объявилась прямо тут.

     – Бля!!! Ебать мой лысый череп! –

     Коля аж на жопу сел:

     – А какого же хуя,

     В небо я тогда смотрел?!

     – Ситуация сменилась –

     Поясняет капитан,

     – Самолёт в Иран угнали,

     Потому попросим к нам!

     – Залезай сюда, на мостик,

     Нам пора уж уходить,

     Я и так подзадержался –

     Мне ещё за тёщей плыть!

     И смахнув слезу рукою,

     Штирлиц крикнул – Заезжай!

     Без тебя мне будет скучно,

     Всем привет передавай!

     Снова тиной затянулась,

     Гладь старинного пруда,

     Словно этой субмарины

     Не бывало никогда:

     16***

     Ну а Штирлиц в страшном гневе

     Уже к Мюллеру шагал,

     – Заебал своею слежкой!

     Все мозги ведь продолбал!

     Снова двинул постовому,

     Он с размаху между глаз,

     И опять тот головою дверь открыл –

     Как в прошлый раз:

     Что он видит?! – пьяный Мюллер –

     Видно с дуру охренел,

     На столе своём рассевшись,

     Под гармонь частушки пел.

     – А-а, Вы здесь? – ну проходите,

     Мюллер Штирлицу махнул,

     Посмотрел нетрезвым взглядом,

     И вновь частушки затянул.

     Штирлиц что-то замешался,

     – Как мне это понимать?

     – Эх, Максим Максимыч, ведь могу я,

     Как и ты, по Родине скучать?

     – Я ведь родом из Одессы,

     Молдаванка: – там мой дом,

     Помню как гонял нас в детстве,

     Дядя Жора – управдом.

     – Он тогда кричал мне – Кацман!

     Ты весь двор уже уёб! –

     На хуя костёр в подвале жжёшь ты? –

     Недоносок! Долбоёб!

     – А вообще тут наших много,

     Ты не в курсе? – Не беда,

     Ща с тобою шнапса ёбнем,

     Расскажу тебе тогда.

     – Вот возьмём, к примеру, – Борман,

     То не Борман – Шулерман!

     На Привозе появлялся –

     Всё, пиздец, держи карман!

     Вальтер Шеленберг – твой шеф,

     Тот – картёжник – “пики”, “треф”,

     Изя Вейсман его звать!

     С ним не стал бы я играть!

     А наш Фюрер? – Беня Крик!

     Почудил тогда старик:,

     По хуйне он не страдал –

     Вместе с “Кобой” банки брал!

     И куда не посмотри –

     Обрезные все хуи!

     – Ну, герр Мюллер: или Кацман,

     Звать-то как? Небось, Абрам?

     После этих пояснений

     Напиздиться надо б нам:

     – А за чем же дело стало? –

     Шнапса ящик вон стоит,

     Ща я Шольцу только свистну,

     Он нам закусь сгондобит!

     – Шольц! Закуски! Только в темпе!

     Да, возьми ещё пивка!

     Шнапс без пива – марок трата!

     Пиво нужно для рывка!

     И вот тут они дорвались –

     Шнапс глотать, вдогон пивка,

     Через час они ужрались –

     Были точно два кола.

     Ну а русская натура,

     Как её не маскируй,

     Да ещё спиртного сверху,

     Сразу всем покажет хуй!

     Нужно было для веселья,

     Кой-кому в ебало дать,

     А потом для утешенья,

     Кого-либо отъебать.

     Впрочем, всё равно, что раньше,

     Ебля или мордобой,

     Главное начать с чего-то,

     Всё пойдёт само собой.

     В столь прекрасном настроеньи,

     Не теряя время зря,

     Сразу к Шольцу доебались,

     В жопу пьяные друзья.

     – Хуй ли ты, придурок старый,

     Пиво тёплое принёс?!!! –

     Не вникая в объясненья,

     Мюллер ёбнул ему в нос.

     Штирлиц тоже двинул в ухо,

     Шольцу с левой, в тот же миг –

     Шольц еблом лежит в камине,

     – Слабоватый стал старик:

     Ну а что там было дальше –

     То отдельный разговор,

     Когда он и Мюллер-Кацман,

     Вместе вышли в коридор:

     —————————

     17*** (типа эпилог)

     —————————

     :В полутьме, придя в сознанье,

     Штирлиц долго вспоминал,

     Почему он здесь, раздетый,

     Как вообще сюда попал:

     – Помню, с Мюллером мы пили,

     Помню, Шольцу в ухо дал:

     Что-то с памятью моею,

     Чернота: сплошной провал:

     Всё в тумане вспоминая,

     Что там было, как вчера,

     Прямо на хуй, не стесняясь,

     Мюллер Фюрера послал:

     Как дрались они с охраной,

     А потом, ещё в крови,

     Прямо в зале заседаний,

     Еву Браун отъебли:

     Как искали Кэт-радистку,

     Всех сметая на пути,

     – Мы наверное, хотели,

     Её тоже отъебсти:

     Отъебали? Или нет? –

     Не найду я щас ответ:

     И чего-то не пойму я,

     Где я есть? Зачем в трусах?:

     Бля!!! – меня ж арестовали –

     Вот – “браслеты” на руках!

     Интересная картина:

     Разберёмся поутру –

     Если немцы, я – фон Штирлиц,

     Если наши, я – Исаев и полковник ГРУ!

     —————————-

     Ключ гремит, открыты двери,

     Штирлиц выпучил глаза –

     Входит весь такой, кондовый,

     Красномордый наш сержант:

     —————————

     – Ну, товарищ Тихонов,

     Вы вчера и напиздились:

     КОНЕЦ