Он, Она и Секс. Часть 6

     После обеда, не спеша вытирая губы салфеткой, он «вдруг» вспомнил: «Ага, теперь моя очередь! . . » И, как ни в чём не бывало, продолжил мыть посуду. «И что ты придумал?» — она изнывала от нетерпения. Может это знание, что с терпением у неё очень плохо и подвигло его на такой изощрённый способ издевательства? . . «Да ты сам ещё не придумал, наверное», — пыталась развести его «на слабо». Но всё бесполезно, пока сам не захочет — ни за что не скажет, она проверяла это не один раз. Потому пожала плечами и ушла в ванную развесить бельё после стирки.

     Он прислонился к косяку, задумчиво наблюдая за её чёткими уверенными движениями. И в продолжение своей задумчивости вдруг выдал: «Есть в этом что-то глубоко несправедливое. Вот смотри, портрет моего члена «стоит» тут на самом видном месте в совершенном одиночестве. Ты бы нарисовала ему свою «подружку» для настроения». На все возражения «да я не умею», «мне нужна натура, а где я тебе тут её возьму», «будет как в подъезде в заводском районе», ответил коротко, но ёмко: «Так это приказ». И широко улыбнулся.

     Он даже помог ей с натурой, сам выбрал ракурс, степень «распахнутости» и зафиксировал всё это на экране её цифровика. Пришлось ей снова искать краски-кисточки и пытаться изобразить контурные линии там, где чётких границ в принципе нет. Зато подошла к вопросу творчески, разместив второй персонаж картины чуть выше и правее первого. Получилось, что член то ли тянется, то ли мечтает о некой прекрасной вагине, которая не даёт ему покоя ни днём, ни ночью. За выполненную работу получила одобрение в виде смачного чмока в свой курносый носик. Приговаривая: «Ну, погоди, отольются кошке мышкины слёзки», убрала краски, перебирая в уме самые страшные «планы мести».

     — Я хочу… я хочу… я решительно хочу, чтобы ты рассказал 10 незнакомым мужчинам, какая я классная любовница! — её глазки радостно сияли, как бы спрашивая «каково?»

     Он поймал её в коридоре, чмокнул в ушко: «Как скажешь, дорогая».

     И пошёл к телефону.

     

     Вглядевшись в первые цифры номеров, которые висели на стене у телефона, наугад набрал номер и приготовился. Не повезло, ответила девушка.

     — Это семья эротоманов? — сходу ляпнул он.

     — Нет, — девушка немного растерялась.

     — Ну, и, слава Богу, извините!

     

     Второй звонок оказался удачнее.

     — Офис «Билайн», Михаил, здравствуйте!

     — Здравствуйте, Михаил. Подскажите, пожалуйста, а есть ли у вас в продаже телефоны с усиленной вибрацией?

     — Это как — с усиленной вибрацией? — не понял парень.

     — Ну, понимаете… моя подруга — такая горячая любовница, что одного меня ей мало, а в руки любовника отдавать её не хотелось бы. Вот я и подумал, куплю её такой телефон, презервативы у неё уже есть, пусть лучше с ним будет на связи.

     — Нет, простите, у нас нет такой модели. Но… — тут он перешёл на шепот, — если вдруг надумаете доверить любовнику, — явно в сторону продолжил он, — офис «Билайн», менеджер Михаил всегда к вашим услугам, — закончил уже в голос.

     Весь разговор она прижималась к нему сзади и ухахатывалась, а в конце уже просто сползла на пол.

     

     — Первый есть? — на всякий случай уточнил он.

     — Есть, — чуть дыша от смеха, подтвердила она.

     — Ну-с, продолжим.

     

     В следующей удачной попытке он услышал голос сильно немолодого и отчаянно скучающего мужчины.

     — Алло, здравствуйте.

     — Здравствуйте, молодой человек. Чем могу быть полезен?

     — Извините, вы меня не знаете, наверное, но я ваш сосед из дома напротив.

     — Да?

     — Я хотел бы попросить у вас прощения за своё недостойное поведение.

     — А… почему у меня? — не понял интеллигентный пенсионер.

     — Ну, помните, третьего дня мы с подругой занимались сексом у открытого окна, а вы с неодобрением смотрели на нас? Вы уж простите меня, но она такая классная любовница, и ей «приспичило» заняться этим прямо у окна! Не мог же я ей отказать?! Вы же сами видели её, вы бы смогли такой отказать?!

     — Женщинам вообще трудно отказать, — печалясь, что позабыл такое интересное событие, посетовал старик. — А за меня не беспокойтесь и, если что, звоните. Я вам расскажу, как надо усмирять норовистых лошадок…

     — Благодарю вас, до свидания.

     

     — Два! — подвели итог одновременно.

     — Скажи, а перевыполнение плана будет как-то поощряться?

     — Конечно! Я тебя угощу двойной порцией мороженого, с левой и правой груди. Ту, что слева, я украшу вишенкой, а ту, что справа — клубничкой.

     — Клубничкой, говоришь…

     Он встал, надел шлёпанцы и вышел в подъезд. Через минуту вернулся с пачкой рекламных объявлений и заперся в детской комнате.

     

     — Одевайся, мы идем за мороженым, — скомандовал он.

     Сказано — сделано, оделись и пошли.

     Не спеша, подошли к остановке, где в час пик было много народа. Совершенно спокойно он раздал все рекламки из подъезда исключительно мужчинам и поставил перед фактом: «Их было двадцать. А я люблю крем-брюле». В ответ на её ничего непонимающий взгляд, протянул ей последнюю листовку, на обратной стороне которой чёрной ручкой от руки было написано: «Наталья, самая классная любовница в округе» и номер телефона.

     — Ты с ума сошёл?! — чуть не с кулаками набросилась она на него, поражаясь его безрассудству.

     — Зато ты не будешь скучать, когда я уеду, — со смехом отметил он.

     

     Крем-брюле не было, пришлось утешиться ванильным. Ягодки из варенья сползали вместе с быстро тающим мороженым, когда она, стараясь не шевелиться, лежала на кухонном столе и размышляла, как получилось так, что вместо удовольствия слушать комплименты в свой адрес, она лежит полуголая, продрогшая и липкая, в довольно неудобной позе.

     — Хочешь моментально согреться? — отнял он перепачканные губы от её сосков.

     — Да.

     — Дело в том, что этот текст был написан только… на самой последней рекламке! Которую ты порвала!!!

     

     Наташа, соседка снизу, округлила глаза, помешивая кашку для маленькой дочери. «Весёлые» звуки сверху уже несколько дней активно напоминали ей с мужем о темпераменте соседки, но сейчас… Они просто дошли до странного апогея.

     

     — Так нечестно!!! Ты понимаешь, что так нечестно?! Ты не выполнил мой приказ!!! — и после 15 минут потасовки и отмывания, она никак не могла успокоиться.

     — Ну… хочешь, я наговорю тебе кучу комплиментов на диктофон. И долгими зимними вечерами ты будешь слушать их, вспоминая про нас. У тебя есть диктофон?

     — Есть! — ещё сердилась она. — И вообще, я к тому времени замуж выйду и буду слушать комплименты мужа!!!

     — Ну, это вряд ли… рановато, сама знаешь.

     — Вот и поговори с таким, — запечалилась она. — Хорошо, я согласна, наговаривай.

     

     Его слова были какими-то странными. Не то, чтобы неуклюжими, но какими-то «непричёсанными» что ли… Он не старался придать им внешней красоты и общей правильности. Казалось, он стремился передать ими свои самые первые, самые настоящие, самые глубинные чувства и мысли о ней. И это было очень трогательно, правильно и единственно верно. Долгий нежный поцелуй достойно завершил «приказ о десяти комплиментах».

     

     — Ты как хочешь, но мы идём нежиться в ванночку. Если хочешь, то считай это приказом, — почти сразу решил он. Очень уж напряжённо прошёл последний час, он был прав, надо было восстановиться.

     Взяли свечи, вино, сок, бокалы и улеглись как саночники в бобслее. Между его раздвинутых ног с бокалом рубинового вина в руке она устроилась почти с комфортом… В полумраке тесноты и тепла оба закрыли глаза и расслабились.

     — Вот ведь можем же мы сосуществовать в гармонии! Я имею в виду вообще мужчин и женщин. Ведь можем?! А почему так… — с тоской сказала она.

     В ответ он только крепче обнял её. Да и что тут скажешь?

     

     — Отвернись, мне надо пописать, — он был уже почти готов выходить из ванны.

     — Ни за что! Я должна это видеть!!!

     — Вот ещё, мала пока для таких зрелищ, — шутливо препирался он. Вторник продолжался.

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]