Оля. Изнасилование N. Часть 4

     – Что, запал на эту соску, что ли, – сказал Бес и засмеялся, – забери давай, забери её к себе, служаночкой, будет тебе трижды в день по часам отсасывать, и мы в гости зайдём… – Еще чего, нахуй она мне не упала, мне Натки хватает, – самодовольно отозвался отминьеченный Лысый, запихивая увядающий член в штаны. – Но сосет хорошо. Где научилась, шлюшка? – (это уже мне) . Мою бы Наталью так обучить, сука, а то глотать не умеет или не любит, все из нее выливается. Сам-то не хочешь эту блядь еще разочек использовать?

     – Да ну ее нахуй, вся грязная. – (Бес сказал это как-то не очень уверенно, и я содрогнулась, опасаясь новых мучений) . А Наташка-то еще научится, они все… легко обучаемы. Хочешь, я ее научу? Я думаю, трех – четырех занятий хватит… – Иди ты в пизду, – беззлобно отозвался Лысый и снова закурил. – Ну что, хуесоска, … Ладно, у тебя была хорошая ночь, хватит с тебя на сегодня, – сказал он мне.

     – Смотри, блядина, еще раз увижу тебя в короткой юбке – будешь всю бригаду в очередь обслуживать, поняла, проблядь ебАная? – повысил голос третий, и я поспешно закивала. Напугал, блядь, бригадир траханый.

     – Ага, три раза в неделю плюс выходные, учти, потаскушка. Запомнила!? – рявкнул Бес, и я снова согласно затрясла головой. Он кинул в меня окурок, я вздрогнула, но окурок меня не обжёг, зашипел на мокром полу. А Лысый сделал несколько затяжек и протянул свою сигарету мне, я бы даже сказала, с каким-то сочувствием, или мне просто показалось. Я обошлась без “спасибо”, затянулась, опускаю руку с сигаретой, а за ней от моих губ тянутся такие клейкие нити из спермы – слюны – соплей – слёз, мне даже самой прикольно стало. Они все заржали, кто-то протянул: “Фуу! . . ” – и вышли, больше не оборачиваясь на меня. За дверью Лысый что-то ещё сказал, я не расслышала, что именно, и они опять в хохот.

     Докурив остаток сигареты до фильтра, я робко поднялась на ноги. Было мокро и противно, и еще я боялась, что они надумают вернуться. На цыпочках я подкралась к выходу, осторожно высунула голову и увидела их фигуры уже довольно далеко, хотя голоса были ещё слышны. Облегченно выдохнув, я вернулась к умывальнику.

     Очень хотелось пить. Минералку они унесли с собой, но в одной из пивных бутылок я заметила недопитые несколько глотков и с жадностью выпила. (“Балтика” была, по-моему, или что-то местное.)

     Босоножки, всё это время остававшиеся на мне, почти не пострадали, только немного ободрались спереди, но это если внимательно разглядывать. Я скинула их и принялась с остервенением плескать на себя пригоршни холодной воды, отмываться и оттираться от всей этой грязищи…

     Губа почти не опухла, кровь из неё уже не текла. А вот на теле были хорошо видны свежие, но неглубокие царапины. В волосах застряли катышки свернувшейся спермы, это я решила оставить до общаги. Некоторые дыры на чулках были чуть ли не с ладонь, пояс тоже весь перекручен и измочален. Затоптанный лифчик распластался в грязной лужице, там и оставайся, дорогой товарищ (на самом деле лифчик был недорогой, белорусский. Как и пояс) . Обулась, подтянула мокрые чулочки, натянула трусики, сумочку на плечо – и бесстрашно шагнула за дверь.

     До общаги оставалось метров триста. Я шла с высоко поднятой головой, с прямой спиной. Осознание того, что меня, одну из самых сексапильных девушек курса, хорошо знающую себе цену, только что изнасиловали самым немилосердным образом, оттрахали, унижали, растоптали в грязи общественной уборной, а мне это понравилось, и теперь ещё после этого я иду по ночному городу голая, в мокрых и безнадёжно изодранных чулках на истерзанном поясе, подстёгивало меня ОБАЛДЕННО. Проститутка! Проститутка, шлюха, грязная шлюшка, дешёвка, хуесоска! . . – я упивалась этими словами, на все лады звучащими у меня в голове. Возможно, я даже произносила их вслух. Скажу откровенно, мне хотелось, чтобы кто-нибудь из знакомых меня сейчас увидел. Вообще кто-нибудь.

     Мне даже хотелось, чтобы это был еще не конец вечера. Я бы выдержала ещё, несмотря на всю усталость. Но больше ничего не случилось. Не в этот раз…

     Даже после основательного умывания под холодной водой я почти не ощущала майской прохлады, только иногда чуть поеживалась. Удивительно, я совсем не замёрзла, ни теперь, ни тогда, на сыром полу туалета, хотя пол был очень холодный.

     Я крутила бёдрами, как на подиуме. Не таясь и не спеша, пересекла улицу, освещённую, но совершенно безлюдную, – и у киосков ни души, и сами киоскёры спали, наверное, – обогнула общагу и подошла к ней сзади. Во дворе стянула с себя чулки и пояс, скомкала и бросила их в мусорный контейнер, а когда подходила к контейнерам, увидела там бомжа, он в них рылся, так он на меня вообще не обратил внимания, словно и не заметил! Потом стала кидать камешки и веточки в окно своей комнаты на втором этаже, мы там жили втроём. Наконец одна соседка проснулась, высунулась, долго соображала, потом скинула моё вязаное платье, я оделась, но через вахту не пошла, залезла по пожарной лестнице, а она мне открыла в коридоре дверь. Глаза круглые, “чё с тобой случилось-то?!”

     Я говорю, “у меня было романтическое приключение. Вот пришлось одежду в залог оставить. ”

     В туалете меня продержали часа три. Не самое длинное изнасилование, но запомнилось надолго.

     Вымылась хорошенько, смыла с себя всю грязь этой ночи, сперму из волос вычесала… под душем не смогла удержаться от самоудовлетворения…

     Спала как убитая. Назавтра воскресенье, в институт не идти. Когда проснулась, всё ещё оставался привкус спермы. “Честный вкус спермы”,: -) Весь день была одна, смаковала воспоминания о прошлой ночи, зализывала раны и подсчитывала материальные потери. Три раза мастурбировала, а может, и больше.

     Девчонки (соседки по комнате) потом приставали, расспрашивали. Я придумала что-то вроде “меня по пути таксист предложил довезти бесплатно, а в машине начал домогаться, не отпускал, пришлось сделать вид, что согласна, начала раздеваться, он ослабил бдительность, тут я и убежала; одежда в машине осталась, и телефон наверное там же выронила; а он увидел, что я бегу к киоскам, и скорее уехал. ” Они вроде поверили, не знаю, они были такие обе зажатые, примерные-примерные все из себя, хотя одна была очень симпатичная, такая рыженькая евреечка, и меня они считали если не распущенной, то чересчур раскованной, во всяком случае. А рассказать очень хотелось, хотя бы им, но их девственные души я побоялась травмировать. Потом рассказала одной подружке, она у меня ещё со школы, но как-то скомканно, без деталей, наверное, всё-таки немного стеснялась. Но даже она, и то пальцем у виска покрутила: ну ты, подруга, и даёшь! Не знаю, может, мне и было в этой истории неловко, или стеснительно… стыдно, что ли, от того, что я кончала, а они это видели… не от того, что кончала, а что не смогла – да и не старалась! – скрывать это от насильников… но может быть, в этом и заключается весь смак, самое основное?

     Так что в подробностях то происшествие я изложила сейчас впервые, и я не разочарована результатом, а уж самим процессом…: -) Хотелось бы пообщаться с такими же, как я, кто пережили изнасилование и получили от него удовольствие настолько сильное, что теперь даже готовы сознательно (или бессознательно) влезать в ситуации, грозящие тем же. Надеюсь, я не одна такая.

     Вот и вся история. Большого шока от того изнасилования я не испытала, не явилось это и стрессом. Я ничем не заразилась, не забеременела (кстати, я где-то слышала или читала, что именно при групповых изнасилованиях – а может, при изнасиловании вообще? – шанс залететь гораздо меньше, чем при обычном сексе, но я не знаю, так это или нет. И не знаю, относится ли это к обычным групповушкам тоже. В моей жизни были и другие изнасилования – это явилось не первым, далеко не первым, были и просто групповухи без презервативов, но ни разу я после них не залетала. Но я вообще серьёзно за этим слежу.) И даже не простудилась: -) Встряска – да, была, но, как ни странно, скорее в положительном смысле. Адреналина хватило. Достаточно сказать, что я очень хорошо сдала после этого сессию – но я не утверждаю, что обязательно изнасилование повлияло.

     Беса я потом пару раз видела на улицах, но он меня наверное и вправду не узнавал. Других больше не встречала.

     … Те три козла наверное после этого посчитали себя крутыми факерами – а как же, раз я с ними получила столько кайфа, ловила оргазмы один за другим! Я просто хочу сказать, что на самом деле это совсем не так, дело вовсе не в них. Дело в моей голове. Будь на их месте трое любых других среднестатистических козлов (уж не говоря о четверых, пятерых…) , мои ощущения не стали бы слабее, нет. Так что им гордиться нечем, всему причиной мои сексуальные пристрастия, и только.

     

     Ольга, olsmi@land.ru