Неправильный отчёт

     Мне едва исполнилось 19, когда со свистом вылетела со второго курса университета, за что была безжалостно депортирована во взрослую жизнь своими родителями, а вернее их пинком под зад. Таким образом, мне добровольно-принудительно пришлось отправляться зарабатывать свою копейку. Что, несомненно, было несколько сложнее на практике, чем я себе это представляла. Несмотря на полное отсутствие какого-либо опыта, работу я нашла довольно быстро. По приказу мужчины с пивным животом меня без особых колебаний приняли на старый склад, дабы я старательно упаковывала различную продукцию и следила за её сохранностью. Это не представляло никакой сложности. И если оценивать трезво и честно, работа была весьма неплохой, впрочем как и немногочисленный коллектив, с которым мне повезло сотрудничать по велению судьбы… ну, или по велению моей безответнности.

     Впрочем, теперь это не так важно.

     На фоне обычных трудовых будней ясно выделялся один факт — липкие взгляды моего непосредственного начальника, сопровождавшиеся достаточно прозрачными намёками. И, если честно, я могла это понять. Нет ничего удивительногов том, что миниатюрная рыжеволосая и довольно симпатичная девушка с зелёными глазами (да-да, проблем с самооценкой у меня не наблюдается) , стала объектом вожделения сорокалетнего мужика. Можно даже сказать, что мне это несколько льстило. Льстило, пока не случилось то, что заставило меня не только пожалеть о своих глупых мыслишках, но и о том, что я вообще здесь работаю. А именно невероятные ошибки в ежемесячном статистическом отчёте.

     В тот роковой день я могла поклясться, что была очень внимательна, что могло безоговорочно гарантировать мне правильные данные и достоверный отчёт. Однако, видимо, удача решила попрощаться со мной до лучших времён.

     И вот я, чувствуя, как трясутся поджилки, поднимаюсь в кабинет начальника, вызвавшего меня накануне. Робко постучав, я осторожно прохожу в внутрь. За столом сидит он, Игорь Дмитриевич собственной персоной, пронизывая меня своим орлиным взглядом почти чёрных глаз.

     — Ну, что, Лерочка, напортачила всё-таки? — задорно произносит он, будто речь идёт о чём-то весёлом.

     — Извините, пожалуйста, Игорь Дмитриевич, я правда не знаю, как так вышло… Я была очень внимательна, я… , — затараторила было я, стараясь объясниться прежде, чем на меня сойдут гром и молния.

     — Ну ладно тебе, милая, ничего ведь не произошло, — перебивает меня начальник, скользя взглядом по моей фигуре, — Вернее, пока не произошло. Но вполне может, если мы сейчас с тобой не договоримся.

     Я ошеломленно поднимаю взгляд. На его лице расползлась ехидная и плотоядная ухмылка.

     — На что вы намекаете? — строю из себя дуру, делая вид, что не понимаю, что он имеет ввиду, хотя всё как раз-таки с точностью да наоборот.

     — Лерочка, милая, ну не делай вид, что не понимаешь, чего может хотеть взрослый мужчина от юной красавицы, — усмехается он. — Мне нужен лишь твой ответ. Если ты согласна, то сейчас мы спускаемся в одну тайную коморку и наслаждаемся совместным времяпровождением. Если же нет, то ты можешь смело отправляеться на все четыре стороны и никогда больше не появляться здесь. Мне тупые курицы на работе ни к чему, — жёстко заканчивает он.

     А мне становится по-настоящему страшно. И этот страх, наряду с отчаянием, подталкивает меня к решению, которое я меньше всего хотела бы принимать. Ну, а что мне делать? Если я останусь без работы, родители не дадут мне не копейки. И где нужна будет девчонка без образования и опыта работы? Ответ напрашивается сам собой.

     — Ну что? , — нетерпеливо спрашивает начальник, буравя меня взглядом.

     — Ладно… я согласна, — мямлю я, стараясь не смотреть на своего потенциального любовника, от вида которого меня чуть ли не тошнит. Хорошо хоть, что девственности я лишилась ещё в старших классах, а то вдруг пришлось бы отдать её именно ему.

     — Отлично, солнышко! Пойдём со мной! , — заулыбавшись, он резко вскакивает из-за стола и выходит за дверь. Я иду за ним. Ступая по пустынным коридорам, где никого больше нет и не будет в этот поздний час, я не могу избавиться от чувства, будто оказалась в ловушке. Впрочем, так оно и было.

     Мы подходим к самой крайней комнате. Заходим внутрь. Здесь царит полумрак. Лишь небольшая настольная лампа слабо озаряет небольшое помещение, где кроме старого кресла, дивана и стола больше ничего нет.

     Я слышу, как поворачивается ключ в замке. В следующий миг на моей талии оказываются чужие руки.

     — Не бойся, девочка. Тебе будет очень хорошо. Раздевайся, малышка, — хрипло произносит Игорь Дмитриевич.

     Я медленно поворачиваюсь к нему, невольно вздрогнув от обилия похоти в его взгляде. Дрожащие руки тянутся к пуговицам на сарафане, расстёгивая одну за другой, пока лёгкая ткань наконец не сползает с моих плеч на пыльный пол, представляя чужому взору мою хрупкую фигурку в трусиках и лифчике.

     — Да… Продолжай, сладкая, — горячо прошептал начальник, расстегивая ремень на брюках. В следующий миг я вижу, как наружу вываливается немаленьких размеров член, что с каждой секундой становился всё больше. Схватив его одной рукой, Игорь Дмитриевич принялся торопливо водить по нему, продолжая прожигать меня взглядом, пока я растегивала бюстгалтер и стягивала трусы перед ним, совершенно незнакомым мужчиной.

     Оставшись в одних босоножках на высокой платформе, я собиралась было снять и их, но взмахов руки начальник дал понять, что делать это не обязательно. Что ж, пусть так.

     — Детка, иди сюда, — поманил он меня к старому дивану. Мне ничего не оставалось делать, как покорно выполнить то, что мне сказали. — Ложись на спину и раздвинь ножки, — кивнув на диван, добавил он.

     Слегка скривившись от подобной перспективы, я всё же легла перед этим извращенцем и бесстыдно, казалось бы, расставила ноги.

     Подойдя вплотную, он раздвинул их ещё шире, параллельно проведя ладонью по моей промежности. И нет, в следующие мгновение я не почувствовавала, как умылый любовник ласкает меня в самом заветном месте. Вместо этого я почувствовала, как горячая головка пульсирующего члена скользит между половыми губами, слегка надавливая на вход во влагалище. Наконец, слегка двинувшись вперёд, начальник слегка всовывает свой член в меня, входя всё глубже и глубже по мере того, как сам движется вперёд, в конечном итоге оказываясь во мне на всю длину своего агрегата.

     У меня невольно вырывается болезненный стон, ибо таких размеров во мне ещё не было. На мгновение остановившись, Игорь Дмитриевич начинает медленно двигаться. С его губ срываются хриплые стоны, пока его ствол крепко сжимают мышцы моей вагины.

     — Моя сладкая, какая же ты… , — наклонившись к моему лицу, шепчет он. Положив руку мне на горло, он впивается в мои губы поцелуем, на миг от которого во мне всё сжимается от отвращения.

     Елозя своим языком у меня во рту и членом во влагалище, он решил захватить в плен и мою грудь тоже. Теперь шершавые руки этого мужлана бескомпромиссно сжимали мою девичью грудь, едва достигшую по размеру второй полный.

     По прошествии нескольких минут начальник остановился. Я подумала, что страстный вечерок подошёл к концу, когда его член осторожно выскользнул из моего тела.

     — Вставай-ка, девочка, рачком, — нагло улыбаясь, произнёс он.

     Приподнявшись, а после и полностью встав на ноги, я выжидательно уставилась на Игоря Дмитриевича.

     Тот, заметив, моё замешательство, демонстративно закатил глаза, после чего развернул меня спиной к себе и заставил встать коленями на диван, а руками и грудью упереться в его спинку, прогнувшись и выставив попку.

     — Отличный вид, — прокомментировал начальник и в следующий секунду я ощутила, как ко входу моей пещерки снова пристраивается горячий мужской член. Вскоре он ловко проскользнул внутрь и пришёл в стоит заметить, неистовое движение. Если начинали мы с медленного и острожного секса, то сейчас ритм значительно изменился. Теперь со мной никто не церемонился. Жёстко и глубоко вдалбливаясь в меня своим членом, он всё ускорялся, вжимая меня в спинку дивана. Внезапно, сама такого не ожидая, я почувствовала, как во мне шевельнулось нечто такое, что можно без колебаний отнести к разряду приятных ощущений. И это нечто всё нарастало, приводя меня в изумление. Неужели такое может быть? Неужели я могу получать удовольствие от того, что меня сношает раком в пыльной комнате тошнотворный мужик? О, чёрт. Сказал бы мне кто-нибудь, что такое возможно, я бы ни за что не поверила.

     Мужик взади продолжал пыхтень и из всех сил вжиматься в меня, когда я развинула ноги и ещё больше прогнулась в спине, показывая всем своим видом, что меньше всего мне сейчас хочется останавливаться.

     — О, а детка входит во вкус! Хороша сучка! , — похотливо произнёс Игорь Дмитриевич и почему-то покинул моё узкое лоно. Ну, или уже не совсем узкое. Я недоуменно обернулась.

     — Не беспокойся, это только начало. Давай, запрыгивай, кошечка, — усмехнулся он, усевшись на диван и кивнув на свой всё ещё эрегированный член. Я торопливо отлепилась от ставшего привычным места и, подойдя к коленям Игоря Дмитриевича, взобралась на них. Он, в свою очередь, притянул меня к себе ещё ближе, обхватив за упругие ягодицы. Медленно опустившись, я почувствовала, как в меня снова входит до упора этот толстый агрегат. Внизу живота на секунду стало больно и я сразу же попыталась встать, но крепкие руки моего начальника не позволили мне этого сделать, насадив меня ещё плотнее.