Нас стало больше! (пишет Ленка). Часть 2

     — Это же страшная болезнь писюнотерус! — Разглагольствует Мишка. — У девочек такое бывает. Верно, доктор?

     — Верно! — радостно фыркает Ирка.

     — Будем лечить. Вижу, клизмы у вас есть, это хорошо.

     Тут я перепугалась, а Борька меня по голове гладит и шепчет:

     — Не бойся, я тебя в обиду не дам. А вот подруге твоей хватит одетой скакать. Но ты делай вид, что испугалась.

     Мне и вид особенно делать не надо. Давай ныть:

     — Ой, не надо клизму, пожалуйста…

     — Как это не надо? — разводит руками Мишка. — Ведь только клизмами и лечится. Правда, коллега?

     — Правда! — ухмыляется Ирка. — Обязательно надо.

     Вот подруга называется!

     — Это же смертельная болезнь! Половина девочек от нее помирает. А кто выжил, бегает вот и письку теребит все время.

     — Лечить! Страшная болезнь! Нельзя не лечить! — радуется Ирка.

     — Верно, коллега, — подтверждает Мишка. — Ужасная болезнь. И заразная до чертиков, правда?

     — Ага! — веселится Ирка. Только тут и мне смешно стало. Я уже столько натерпелась, что сейчас сразу просекла, к чему Мишка клонит. А он дал ей порадоваться и продолжает не спеша, все так же солидно:

     — Пацанам, конечно, не страшно. А вот девочки сразу подхватывают. Одно спасенье, если сразу лечение начать. Ой, чуть не забыл: ты нашу больную трогала.

     Тут и до этой дурочки дошло. Как ветром ее с дивана сдуло. Но Мишка ее сзади за бока поймал — снизу вверх так руками махнул и ухватил чуть ниже талии под платьем.

     Как Ирка верещала! До сих пор вспомнить приятно. Руками машет, лягается, вопит:

     — Не надо! Меня не надо!

     Тут Борька подскочил и тоже ее за бока схватил, за талию. Давай у Мишки отбирать:

     — Отдай девочку, маньяк! Может, она и не заразилась!

     А тот к себе тянет:

     — Вот обследуем и будет ясно.

     Ирка у них в руках в воздухе болтается вверх спиной, тоже что-то орет заунывно…

     Тут Борька мне подмигнул. Распустила я пояс — он бантиком был на спине завязан. И за булавками сгоняла. У меня на столике туалетном десяток французских булавок лежал, их Борька и просил. Сгребла, и обратно бегом: интересно же!

     Тащат они ее каждый к себе. Один говорит: «пожалей девочку», другой: «вот я и жалею, ее срочно осмотреть надо и лечить». И от этой дерготни руки у них как будто бы случайно съезжают понемножку. Так что Мишка с нее постепенно колготки с трусиками стаскивает, а Борька платье вверх заворачивает. А эта дура молотит руками-ногами, только помогает им себя раздеть.

     Скоро Борька все платье Ирке на голову завернул, сквозь него за руки держит. А колготки уже только на щиколотках висят под Мишкиными руками.

     Наконец я Ирку голышом увидела! Под платьем у нее ничего не было, лифчики мы тогда не носили еще, а трусы болтались на колготках. До того мне пейзаж понравился, что не выдержала, за дрыгающуюся попу ущипнула. Потом присела и по соску ей нащелкала. Чтоб не радовалась, когда надо мной издеваются.

     Борька шепчет:

     — Успеешь ее полапать еще сколько хочешь. Сейчас сколи подол над головой как следует.

     Ну, мне булавок не жалко! Всем десятком приколола. Потом сама придумала: сгоняла за вторым десятком (у мамы моей запасы как на случай войны были) и рукава еще к платью пристегнула. Тут слышу: «стук, шмяк». Сандалики с нее свалились. Мишка расстегнул, наверно.

     Тут Борька ему кивнул, к себе Ирку дернул. У Мишки в руках только колготки остались.

     Сгреб Борька ее подмышку, сел на диван, ее на колени посадил. Ирка ревет из платья своего, руками там дергает. А Борька ее утешает и гордо так:

     — Все-все, я тебя спас. Не будет тебе доктор клизму ставить, мы ему не дадим.

     А Ирка утешается не очень, она не каждый день у мальчишки на руках голяком сидит. Тоже мне, барыня! Надо мной ржала, вот побудь теперь в моей шкуре. Видок у нее веселый, конечно. Снизу голенькая, на башке платье мешком. И закрыться нечем: пристегнутые руки внутри платья елозят. Мишка подошел, тоже смотрит.

     Жалко, что сиськи все-таки платьем прикрыты. И ноги она то так скрестит, то наоборот. Что между них, не рассмотреть. Но это все Борька быстро исправил.

     — Не дадим нашу девочку обследовать, правда? А то страшный доктор начнет сиськи нам лапать… — беседует с ней, а сам спереди платье задрал еще выше и любуется. Давай ей наглаживать и теребить:

     — Никому-никому мы такие хорошие сиськи не дадим трогать. Никому наши красивые сосочки не дадим лапать!

     Ирка заизвивалась, а Борька тогда просто ее попой на коленях своих оставил, а лопатками на диван опрокинул и руки над головой к нему прижал.

     — От всех мы такие симпатичные сисятки спрячем, никому не покажем! — говорит, а сам свободной рукой их мнет нахально с хозяйским видом.

     Ирке только и осталось, что ногами махать. Ох, не советовала бы я ей… Теперь все как на витрине стало видно. И борькина рука через секунду там оказалась. А девчонок дрочить он на мне наловчился уже. Чуть ли не сразу там чавкать и хлюпать начало.

     А Ирка вместо чтоб радоваться, разоряется:

     — Придурок! Отпусти сейчас же!

     Тут Борька вроде обиделся.

     — Ну вот, я ее от доктора спасаю, а она обзывается. Тогда, профессор, пациентка ваша. Только сначала я ее сам вылечу. От хамства.

     Дрочить бросил, попой кверху развернул, разложил у себя на коленях поудобней… Да, меня Борька так сильно ни разу не шлепал! Прямо на попке у нее отпечатки красные от его руки остались. А потом и мне кивнул:

     — Научи свою подружку уму-разуму.

     Сбылась моя мечта! Вложила я Ирке ума в задние ворота. А Борька ее держит и умничает:

     — Приятный звук аплодисментов. Люблю послушать… Ладно, хватит для начала. Ее доктор ждет. Придется отдавать.

     Берет ее в подьемный кран — одной рукой между ножек, второй под сиськами. Я уже на своей шкуре знаю, какая это ухватка гнусная. Никак из нее даже со свободными руками не вырвешься. Но кажется все время, будто плевое дело освободиться, вот и дрыгаешься, только мальчишкам еще интересней делаешь.

     Поднял и протягивает Мишке, который все это время терпел героически:

     — Хорошенько осмотрите, доктор. Кажется, у нее и бешенство еще.

     Мишка ее так же у Борьки перехватил. В воздухе потряс, тоже поудивлялся, что вывернуться Ирка не может.

     А Борька мне скомандовал на мостик встать. Помялась я, потом покосилась, какого цвета у Ирки задница… Нет, мне такой красоты не надо. Лучше слушаться буду. Полапал немножко, потом перед собой поставил и письку руками заставил раздвинуть. Потрепал меня по голове, говорит Мишке:

     — Вот видишь? Доверяю тебе Иркино воспитание. Докажи, что можешь из этой дикарки ручную девчонку сделать. Послушную, как Ленка.

     Мишка кивнул важно, сел с Иркой на диван. Давай зачем-то ей тоже палец в зад совать. Сунет, вытащит, шлепнет: «не кусайся!». Опять сунет, опять шлепнет: «не кусай палец, сказал!». У бедной Ирки задница уже как у павиана. Реветь она устала, только гудит из-под платья своего. Да, меня Борька понежнее приручал, не так круто и сразу. Так ей и надо, предательнице!

     Проситься начала: «отпусти, от… ой… пусти!». Интересно, что до этого не просилась.

     Мишка ей:

     — А слушаться будешь?

     Молчит. А он дальше в попу ей палец с чмоканьем сует, вынимает и шлепает. Чмок-шлеп, чмок-шлеп…

     — Бу… буду, — пробубнила Ирка.

     — Ладно, — говорит Борька. Перед собой ее поставил, — ну-ка, раздвинь ноги, хочу как следует посмотреть, что там у тебя выросло. Увидим, как ты слушаешься.

     Поняла Ирка наконец, что лучше делать, что сказали. Раздвинула. И пока Мишка лапал, терпела.

     Мальчишки переглянулись, Борька кивнул, мол, развязывай, уже можно. Положил ее Мишка на диван, расстегнул пару булавок, руку внутрь сунул. Пошарил там что-то, и потом с Ирки платье стащил. Значит, это он там воротничок и рукава расстегнул.

     Она-то губу раскатала, что ей одежду вернут. Но Борька ее вещи к моим положил, в шкаф под замок. Говорит:

     — Не люблю, когда девчонка как капуста — в куче тряпок. Маленькая еще наряжаться. Так пока побегаешь. И полезно, и если выпендриваться начнешь — попа твоя всегда под рукой будет. А сейчас иди сюда, я тоже посмотреть хочу толком.

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]