Мокрые шалости

     Мы ввалились в Верину квартиру с дождя, промокшие до нитки. С Маринки просто лило, и она уговорила Веру разрешить ей принять душ, а чтобы просушить одежду дать ей какой-нибудь халатик.

     Вера выполнила Маринину просьбу, и Маринка побежала в ванную. Только тут мы поняли, что Маринка нас провела: душ и сухая одежда — это лучшее, что может желать человек после такого дождя.

     Вера сняла куртку. Под ней была белая рубашка — вся мокрая. Через ткань проглянули большие груди с упругими сосками. Верка как-будто бы засмущалась, но тут же вдруг обратилась ко мне:

     — Нравится?

     — Нравится, — сказал я.

     — Хочешь потрогать? — заулыбалась Вера и приблизилась ко мне. Ее рот приоткрылся и она впилась в мои губы долгим поцелуем. — Ну, давай, пососи мне груди, поиграй с ними.

     Я положил ладони на Веркины шары. Сиськи были теплые и почти твердые. Тогда я рванул ее рубашку в стороны — пуговицы разлетелись и передо мной предстали Веркины телеса. Я помял немного их руками а затем взял в рот правый сосок. Верка замурлыкала и, обхватив руками мою голову, стала ее нежно гладить.

     — Ты неплохо лижешь, — сказала она мне, дай-ка я у тебя тоже полижу.

     Она сняла с меня футболку и стала лизать мне соски: сперва один, потом другой. Ее лицо опускалось все ниже, вот она уже бурит своим шустрым язычком мой пупок. Признаюсь, я изрядно возбудился, да и руки ее не дремали — гуляя языком по моему телу она успела расстегнуть мои джинсы и достать из трусов набухший член.

     — О, какая у тебя толстая писька! — заурчала Верка. — Она, небось еще и вкусная!

     С этими словами Верка сдвинула крайнюю плоть и на свет выглянула головка. Вера лизнула ее с разных сторон, прошлась своим шершавым язычком по уздечке и, наконец, взяла ее в рот.

     — Ммм! — застонала Верка и ее растрепанная голова заходила вперед-назад по моему члену как по оси. Теперь она стояла передо мной на коленях в одних колготках и интенсивно делала минет. Ощущения просто фантастические, да еще ее здоровые качающиеся груди терлись о мои ноги. Я приспустил джинсы и трусы и стоял уже совсем голый. А Верка все плотоядно мычала и качала головой, только изредка выпуская мой член из своего теплого ротика, да и то лишь для того, чтобы полизать мне яички, которые она все время массировала руками.

     Я взял ее голову за уши и стал задавать ритм, который мне больше нравился. В какой-то момент мы слились, и я почувствовал, что сейчас кончу. Я быстро выдернул из жадного Веркиного рта свою палку и крикнул:

     — Открывай рот!

     Верка чуть откинулась назад, разинула свою пасть, схватила в кулак мой готовый уже разорваться орган и принялась бешенно его дрочить. При этом она стонала так, будто собиралась кончить сама.

     Наконец, я закричал и выплеснул три густых заряда густой белой липкой спермы. Первые два почти целиком попали Верке в рот, и лишь пара капель на верхнюю губу и подбородок. А вот к третьему выстрелу прицел немного сбился, так как Верка хотела снова засосать мой кончающий член своим ртом. Поэтому третья струя забрызгала Вере весь лоб, брови и даже немного волосы у левого ушка.

     Так и не добравшись повторно губами до моего члена, Верка вдруг упала спиной в мягкое кресло и запустила обе свои руки под колготки. Она бешенно натирала клитор и почти кричала от удовольствия. Она даже не почувствовала, как я спустил с нее колготки и трусики до щиколоток, чтобы посмотреть, как она онанирует. Наконец, взвизгивая, она тоже забилась в оргазме и ее мокрые руки бессильно свесились по сторонам кресла. Все ее лицо было в сперме, ниже колен бесстыдно раздвинутых ног натянулись мокрые колготки, а из щелки между ног стекала на кресло слизь.

     Я понял, что по крайней мере на какое-то время Вера останется некоммуникабельной, одновременно почувствовав, что мне нужно отлить. Забыв, что я в чем мать родила, я направился к туалету, как вдруг из ванной комнаты, находившейся рядом, вытирая голову махровым полотенцем, в распахнутом халатике вышла Марина. От неожиданности она вскрикнула, уронила полотенце и закуталась в халат. Мне тоже стало неловко, отчего я аж остолбенел. Взгляд Марины упал на мой обессилевший член и на лице ее высветилась обида.

     — Тебе что, совсем меня не хочется? — сказала она и вдруг скинула халат. Ее чистое только что вымытое тело было шикарно: маленькие твердые груди, узкая талия, большущая попка, длинные стройные ноги.

     — Ах ты импотент! Тебя надо наказать, — заявила вдруг Маринка. — Ты должен целовать мне ножки, да как следует! Становись на колени!

     Я почему-то послушно опустился, дотянулся губами до ее стопы и чмокнул ее.

     — Без души целуешь, — обиделась Марина, — давай-ка взасос!

     Я снова повиновался, припал широко открытым ртом к ее коже и, немного втянув в себя, чуть поласкал языком. Кожа Марины была гладкая и загорелая. Маринка еле слышно застонала, и рука ее непроизвольно опустилась на лобок.

     — Вот уже лучше. Теперь пальчики пососи, — и она чуть приподняла ножку. Я охотно выполнил ее просьбу: пососал ее большой пальчик, а затем взял в рот всю ее ножку. Тут я принялся делать те же движения, что и Верка, когда удовлетворяла меня ртом. Маринка закатила глазки и принялась тихонько ласкать себя. Было видно, что между ног у нее уже стало влажно.

     — Милый, да, еще вот так, — тихо стонала она, — ласкай меня.

     Прямо перед моим лицом ее длинный средний палец полностью ушел в скользкую половую щель.

     — Я сейчас кончу, — выдохнула Маринка, — пожалуста, полижи мне пяточки, я так этого хочу…

     С этими словами она, не переставая ласкать себя, легла на спину и задрала ножки. Прямо передо мной на полу лежала обнаженная девушка, только что вышедшая из-под душа, с мокрыми раскинувшимися по подстеленному халатику волосами, и бесстыдно ласкала себя, подставив мне для пущей собственной услады розовые пятки. Что ж, я принялся лизать их страстно, описывая на ее стопах немыслимые зигзаги, поскольку уже и мне хотелось, чтобы она кончила послаще.

     Наконец, Мариночка изогнулась, шумно вдохнула, и все ее прекрасное тело обмякло. Согнутые в коленях ножки упали на пол и сами раздвинулись в стороны. Ее щелка, обрамленная светлыми кучеряшками волос приоткрылась, приглашая меня ощутить вкус ее сока. Я наклонился, засунул ей ладони под попку и окунул язык в тягучую слизь. По телу Марины пробежал какой-то импульс, и я понял, что она хочет еще. Тогда я стал лизать ей писечку, заставляя хозяйку сочащейся щелки извиваться и стонать, будто бы пару минут назад ничего не было.

     Вскоре она уже уселась на мое лицо и помагала моему уставшему языку пальчиками, натирая клитор. Одновременно с этим Маринка качала бедрами, и ее скользкий мокрый лобок терся о мое лицо: от носа до подбородка. На вкус Марина оказалась соленой и чуть кисловатой, теперь она текла еще обильнее, чем когда дрочила сама. Да и кричала она уже в полный голос, также как Верка, о которой я вспомнил только в этот момент.

     Наконец, заскакав на моем языке как бешенная и взвизгнув «мамочка!», Мариночка несколько раз подряд излилась мне в рот, давая возможность в полной мере насладиться ее чудесным освежающим вкусом. После этого Маринка упала мне на живот и замерла без движения, часто дыша и постанывая.

     Тут мне в голову пришла интересная мысль: сам то кончил только один раз. И это при том, что я нахожусь в квартире с двумя прелестными обнаженными женщинами. Тогда я обратился к Маринке:

     — Ну что, тебе понравилось?

     — Да… — протянула она слабым голосом.

     — Тогда ты должна помочь мне тоже! Идем в комнату и вы с Веркой обслужите меня как следует.

     Я встал, помог подняться Маринке и заметил, что мой пенис налился сил и готов к новым удовольствиям. Когда мы вернулись в комнату, Верка уже отошла от недавнего сладостного шока, но все еще сидела на том же кресле. Теперь она уже сняла колготки и трусики и была совсем голая. Ее руки поглаживали соски, которые упруго торчали и призывали меня не терять даром времени.

     — Ах вы развратники! — заигрывающим тоном приветствовала она нас. — Только отвернись — они уже спариваются!

     — Не переживай, — я уже подошел к Верочке и стал стягивать ее на пол, чтобы усадить на свой торчащий кол, — сейчас я вас обеих так оттрахаю, что мало не покажется!

     Верка села мне на живот и мы принялись целоваться в засос как заправские любовники. Маринка устроилась у меня между ног и ласкала член то ртом, то руками. Наконец она ловко заправила мой орган в Веркину щель, и та принялась скакть на мне.

     Это было чудесное влагалище, предназначенное только для любви. Я скользил в нем, раздвигая головкой теплую плоть, а Верочка буквально выла от удовольствия. Маринка тоже не теряла времени: она легла так, чтобы когда веркина задница взмывала к потолку, успевать лизнуть мой разгоряченный член, а если это не удавалось, то хотя бы поласкать своим шершавым язычком яйца.

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]