Миша стал мужчиной с мамой своего товарища

Был какой-то праздник и мы студенты Донецкого Государственного Универа всемером, четверо парней и три девчонки, решили пойти в пивной ресторан на набережную Кальмиуса в самом центре Донецка. «Уголек» как сейчас помню. Сидели после занятий, вкусно кушали, выпивали напитки алкогольные для развития беседы и раскрепощения натур наших. И зашел разговор о сексе у нас. Тема была такая, мол, у кого когда случился первый секс.

Маринка поведала о том, что ее отчим брутально взял на абортаж, когда мамки дома не было, и сделал женщиной, порвав плеву членом, у меня жена была первой женщиной в девятнадцать лет, Славик рассказал о связи с соседкой сорокалетней, когда еще школьником был. Серега рассказал как заловил училку химичку молодую и оттрахал в ее кабинете.

Другие два рассказа не интересны, чтобы их озвучивать. Хотя Маша сказала, что это случилось в подъезде дома случайно с соседским парнем, которому она минет сделала, а он ее потом оприходовал, но это не интересно, правда? Ирина рассказала, что ей было очень мало лет и ее там на берегу какой-то парень из отдыхающих поимел в калитку.

Это-то ладно, но самый интересный рассказ Мишка поведал.

Когда к нему в юношестве стали ночами во сне приходить поллюции и снились при этом шикарные эротические сны, маме приходилось застирывать пятна засохшей спермы на белье, забрызганном как из брансбойта.

Также и с его другом Лехой происходило, как тот рассказывал по секрету. Мама Лёшку, как он признавался, купала и мыла до самой армии. Но маменькиным сыном он не был, трощил зубы обидчикам на раз. Но у Лешки мама сознательная оказалась и приняла решение помочь сыночке пережить мягко этот период гиперсексуальности, когда парни не знают в какую расщелину своего батыра совать, который не дает покоя ни днем, ни ночью, постоянно вздымаясь по поводу и без повода.

Благо отец посменно работал и была возможность справляться с этим вопросом. И мамка Лёшина, не будь дурашкой, поняла как можно сынову успеваемость повысить, посадив его на крючок секса. Дядя Юра удивлялся переменам в сыне, который так рьяно взялся за учебу и стал таскать и таскать как красноперок на удочку пятерки со школы.

У Лёшки и Веры Васильевны была договоренность, что никому нигугу. Люди они же разные бывают, завистливые и злобливые зачастую. А в нашем обществе это скорее осуждаться будет, нежели одобряться, что мама сына обучает всему, все показывает и рассказывает, готовя парня к будущей самостоятельной жизни. Надо сказать, что Вера Васильевна, работавшая учителем математики, женщина светловолосая с телом шикарным, прекраснейшая и миловиднейшая лет так сорока, очень блюла себя, постоянно в салоны красы хаживала (зарплата мужа позволяла) и там нафуфыривала себе красоту неимоверную, чтобы дяде Юре видеться красивее всех на свете.

Договор с сыной был такой, что один — два секса в неделю, в зависимости от оценок, тебе хватит сполна, а то это скажется на отсутствии роста тела, вырастешь маленьким. Угу? Угу!

Кстати, как доводилось читывать, японские мамы по достижении сынами гиперсексуального возраста прямо говорят, мол, сынок, ты уже большой, тебе нужен секс, нужна разрядка, можешь воспользоваться моим телом. И, кстати, это не выдумка, это то, что существует в японской культуре семейных отношений. Меня заводит эта тема отношений сынов и мам. Вижу в том только положительные моменты.

Так вот далее. Миша завидовал другу своему Алексе по-белому, что ему так с мамкой повезло.

У Миши мама была другая. Зажатая, закомплексованная, но офигенна красивая такая себе тетка очень и очень брюнетка тетя Люда. А папка был у Мишки тюхтя. Хотя Миша боец был настоящий. Мы с ним вместе на айкидо ходили и он делал ребят просто убивая, бросая их по углам как мешки с картошкой. Я удивлялся. Откуда столько силы в том человеке взяты?