Месть это блюдо, которое подается холодным. Часть 1

     Коротко о себе — мужчина, в возрасте от тридцати, но ближе к сорока, кое-чего добившийся в жизни. Вырос в небольшой деревне, откуда по окончанию школы сбежал в областной центр, сначала в университет, а потом нашел работу.

     Родители остались в деревне, и только ради них я частенько на выходных наматываю триста верст, порою с женой и ребенком, иногда без.

     Так было и в то воскресенье.

     В обед, поев «фирменного» маминого плова я собрался в дорогу. Доехав до автобусной остановки, я увидал девочку с увесистой сумкой, ожидающую автобус до райцентра. Поскольку в прошлом самому частенько приходилось «голосовать» , я остановился в ответ на взмах её руки.

     -До райцентра подвезете? Я автобус проворонила:

     -Садись.

     Я помог девушке закинуть ее баул на заднее сиденье, и мы поехали.

     -На учебу? Если что, я могу подвезти аж до ***ска. Если не боишься. Все равно туда еду, вдвоем будет веселее эти несколько часов провести.

     -А чего бояться, сейчас только подруге скину смс-ку с номером машины.

     -Хитрая, все планы маньяку поломала! Меня Миша зовут.

     -Знаю, видела тебя на маминой виньетке. Я Марина, а Марина Иванова моя мама.

     Тут я чуть не выпустил руль из рук:

     Перед глазами пронеслись картинки из прошлого:

     Первое сентября, первый класс. Я чуть не подрался с Юркой, которого посадили за одну парту с Мариной, поскольку они были почти одинакового, не самого высокого роста, а меня посадили на самую заднюю парту.

     Потом вспомнилось лето, кусты в посадке на краю села, в которых мы, вчерашние первоклашки, выясняли различия в строении мочеполовой сферы у мальчиков и девочек.

     Посмотрев на Марину-младшую, начал искать сходство с матерью. Те же ямочки на щеках, которые проявлялись при улыбке, вздернутый носик, зеленые глаза, прямые, красивые волосы.

     Опять нахлынули воспоминания о том, как я понюхал волосы ее матери. Нам было лет по 15-16, школьная дискотека, она снизошла до того, чтобы потанцевать со мной. Я наклонился над ней, и учуял запах ее волос. Они пахли солнцем, фруктами и еще чем-то, от чего в животе все сжималось, руки становились будто ватными, а язык хотел говорить всякую нескладную ерунду.

     Вот и сейчас, я лихорадочно начал придумывать причину, чтобы склонится над ней:

     -Ремень пристегни. Это ведь не противоречит твоим убеждениям?

     Я перехватил из ее рук ремень, и склонился над ней, вытягивая его из катушки. Прижавшись носом к ее затылку, я вдохнул воздух на полную грудь:

     И вновь перед глазами возникли картинки из прошлого. Того прошлого, где Марина старшая была предметом моего обожания и вожделения. Тех нескольких лет юности, на протяжении которых я мечтал обладать ею, сделать так, чтобы она нуждалась во мне, чтобы я что-то значил в ее жизни.

     Но в реале всё было немного иначе. Марина несомненно видела вселенскую скорбь в моих глазах, и мои робкие попытки привлечения её внимания, но всячески извлекала из этого пользу для себя. Начиная от списывания домашнего задания и до «проведешь меня после дискотеки до дома, я с Петей-Васей-Колей поругалась». А я был безотказной верной собачкой, которая была рада служить, за счастье хоть немного быть рядом с предметом вожделения, в надежде, что она увидит во мне самца, достойного хотя бы попытаться продолжить род с ней.

     -Ты смс-ку отправила?

     -Да ладно, на камере наблюдения магазина, возле остановки, наверняка видно в какую машину я села.

     -Лентяйка!

     А в мозгу был взрыв. Взрыв гормонов. Кровь пульсировала в висках, ритмично отзываясь эхом в трусах, оттопыренная плоть жаждала вырваться на свободу, чтобы скрыться в:

     Руки вспотели, но оставались холодными. Я жаждал её! Прямо в машине, прямо посреди трассы, на расстоянии в несколько километров от родного дома. Я забыл про жену, семью, нормы приличия, этику и мораль. Я стал похотливым самцом, которого, как много лет назад, гормоны заставляли вспомнить животное прошлое.

     Но внешне я оставался прежним. Через пару минут разум взял верх над эмоциями. Руки продолжали вести машину, мозг сумел поддержать ничего не значащий разговор. Вскоре выяснилось, что Марина учится на первом курсе того же ВУЗа, который заканчивал я в свое время. На этой волне мы и проговорили всю дорогу, выясняя, кто из старой гвардии остался в университете, и вспоминая курьёзные случаи.

     Довез я Марину до общежития, прощаясь, предложил обменяться телефонами, мотивируя тем, что могу помочь в прохождении практики, да и просто знакомством с её преподавателями, которых я помню еще студентами. Она не возразила.

     Пока я ехал от общежития до своего дома, я сжимал в руке телефон, глядя в экран, на котором светились цифры номера, и простая запись — Марина 2я. Когда гасла подсветка экрана, я вновь нажимал на кнопки, и смотрел на эти знаки, будто гипнотизируя их.

     Дома, поужинав, уложив детей спать, я набросился на жену, и бурно овладел ею, рисуя в своем воспаленном мозгу картинки из памяти, картинки, которые будто в калейдоскопе, состояли из образов двух Марин. После первого захода я не успокоился. Второй раз всколыхнул тихий ил воспоминаний, и со дна памяти всплыли на поверхность те фантазии, которые были у меня в период юношеской гиперсексуальности, в которых фигурировала Марина. Я был неутомим. Даже второй оргазм не успокоил меня. Только вопрос супруги про мою адекватность заставил меня оставить ее тело в покое. Я еле уснул, только усталость от довольно длительной поездки заставила меня отключиться.

     Первые рабочие дни прошли в судорожных и бредовых раздумьях. Мозг заполонили разнообразные планы по обладанию Мариной, от банального «стань моей молодой любовницей» до проникновения под покровом ночи в общежитие, с вместительным мешком, и продолжением банкета в каком-нибудь звукоизолированном подвале.

     Много раз рука останавливалась в паре микрон от кнопки вызова телефона, поскольку мозг пытался кричать что идея про якобы забытые очки в машине это бред.

     Я регулярно обновлял браузер на ее аккаунте в соцсети. Писал и стирал, не отправляя, сообщения.

     Так я провел трудовую неделю. В пятницу, после обеда, просматривая служебную почту, я увидел приглашение на специализированную выставку. Прикрепив к ссылке на описание выставки объяснение, что для студентки было бы неплохо посетить такое мероприятие, я нажал кнопку «отправить». Сердце бешено колотилось, поскольку я видел что она в онлайне. Минуты ожидания тянулись бесконечно долго и утомительно. Через полчаса ожидания я не выдержал, и набрал ее номер.

     -Привет, это Миша. Мы в воскресенье вместе ехали из дому.

     -Привет.

     -Я там тебе кое-что отправил в личку, читала?

     -Нет, я не дома.

     Тут в груди все сжалось, поскольку я то считал её своей собственностью, и как это она посмела быть не там, где я предполагал?

     -А числишься онлайн!

     -Я ноут наверное забыла выключить. Приду домой, прочитаю. А что там?

     -Да так, ерунда, у меня есть приглашение на выставку, профильную. Я там буду по роду службы, думаю, что и тебе будет интересно, как будущему специалисту.

     Взяв с нее обещание перезвонить до вечера, я стал ждать.

     Перезвонила она быстро (видать зашла с телефона) , сказала что будет, но очень хочет взять с собой подругу. Я не успел ничего обдумать, и просто согласился.

     Мой гениальный план совращения дал трещину на самой первой девичьей уловке, о которых я уже успел подзабыть за годы супружеской жизни.

     Пока я ехал домой, я не придумал ничего лучше, чем просто не пойти на встречу. Во-первых, не хотел светить лицом перед подругой, во-вторых, я реально ничего не смог сочинить.

     В субботу во второй половине дня я метался по дому из угла в угол. Я ждал от нее звонка. Звонка с вопросом «ты где» и отсутствием вразумительного ответа на него. И он раздался.

     -Ты где?

     -Девчонки, заходите, на входе вас пропустят, скажете, что вы по пригласительному, для Миши такого-то, он будет позже. Я пока подготавливаю вопросы к устроителям, для доклада.

     Понимая, что двум первокурсницам на этом мероприятии будет скучно, а всю экспозицию они обойдут минут за пятнадцать, я просто впал в панику.

     Я понял, что я вступил на тропу войны. Я это сделал вчера, написав и позвонив. Если я хочу с этой войны вернуться с трофеем в виде измятой простыни, то надо искать эффектный вариант выхода из тупика, иначе получу ярлык «чудак» и на этом вся эпопея закончится.

     И я пошел ва-банк. Я позвонил, и сказал, что не приду. Не могу, планы поменялись. По независящим от меня обстоятельствам.

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]