Мама входит в раж. Часть 1

     Недавно я задумался, а что если заставить мою маму быть более сексуальной? Может даже развратной… .

     И я решил привести свой план в действие.

     Как-то я спросил мою маму: Мама, а почему ты всегда так не сексуальна?

     Мама застеснялась: Почему ты так думаешь?

     Нууу – протянул я, ты никогда не ходишь без трусов или голой – даже дома, не ведешь себя вызывающе, не носишь коротких юбок – только длиннющие, не писаешь там, где тебя могут увидеть, не носишь сексуальную одежду. Ты вообще очень стеснительная.

     Мама покраснела, было видно, что она ошеломлена, и смущенно сказала: Я веду себя прилично. И потом ты мой сын.

     Я же, посмотрел на нее с обвинением, и сказал: Ты сама говорила мне, что сексуальность это нормально. Я твой сын, и поэтому беспокоюсь. В древности вообще считалось, что показывать волосы – большой разврат. И грамотность была неприличной.

     Мама смущенно пробормотала что-то вроде: Ннаверно ты прав…

     Я не сдавался: Быть такой стеснительной вредно для здоровья. Вообще попробовала бы хотя-бы без трусиков походить. Это вообще полезно. Почитай в интернете.

     Мама тихо сказала: Ты прав. Хорошо, я попробую.

     Через два дня, я заметил, что когда мама нагнулась, под юбкой (все еще длинноватой) , не было трусов. Я ничего не сказал.

     Через пару дней, я сказал: Все также стараешься быть похожей на старую кошелку?

     Мама очень раздраженно огрызнулась: А что ты хочешь?

     Я: Хочу, чтобы моя мама была сексуальной. И не носила этих ужасно длинных юбок.

     Она уже спокойнее ответила: Я слишком полная. Потому и стесняюсь.

     Я: Мама! Ты совсем не полная! Тебе даже пополнеть не мешало бы. И если бы ты не одевалась так консервативно, ты бы выглядела очень привлекательно. И даже сексуально.

     Мама порозовела от удовольствия, и сказала: Ты, наверное, прав. Я постараюсь быть менее занудной.

     На следующий день мама одела мини юбку выше колена, и, подойдя ко мне, спросила чуть покраснев: Ну как тебе?

     При этом она немного повертелась вокруг своей оси, и чуть нагнувшись, расправила юбку.

     Я восторженно завопил: Высший класс. И согласись, совершенно по-другому себя чувствуешь.

     Мама сказала: да ты прав. И чуть покраснела.

     Она собралась уходить, и нагибалась, чтобы застегнуть обувь. Я, проходя мимо, увидел, что на ней нет трусиков, и ее волосатая промежность с длинными, свисающими малыми половыми губами – как на ладони.

     Я мысленно улыбнулся, и прошел дальше.

     Так как через неделю мы ехали купаться, в тот же день я заказал по интернету белые полупрозрачные стринги, и белый, полупрозрачный купальник. Полупрозрачным он становился, когда намокал, а так был просто тонким и чуть просвечивающим.

     За день до поездки я, упаковав в красивую коробку белье, преподнес подарок маме. Она очень обрадовалась, но когда вскрыла коробку, покраснела и удивленно посмотрела на меня.

     Что это? Спросила она.

     Я ответил: Купальник. Специально для тебя. Мы же завтра едем. Нравиться?

     Она сказала: Да нравиться, но я же такое не ношу.

     Я обиделся: Опять со своими стеснениями. Даже подарок мой носить не хочешь. Люди на пляж голыми ходят, а ты вечно запакованная в свой комбинезоно-купальник. Мне например, за тебя неудобно. А я думал тебе понравится.: Специально выбирал.

     Мама сдалась под таким напором, и обреченно сказала: Нет, что ты, мне очень нравится, просто я не ношу стринги. Но раз так – то одену.

     Вот и хорошо – сказал я.

     Когда мы на следующий день приехали на пляж, мама с неохотой, но надела мои стринги. Они оказались ей самую малость малы – волосы промежности немного выбивались за верхний край.

     Она немного стеснялась, но потом привыкла. Но когда мы пошли купаться, купальник намок, стал полупрозрачным, и мамины соски и промежность стали видны как на ладони. Мама же сначала этого не замечала, но когда вышла, и посмотрела вниз и сказав ‘Ой! ‘ прикрылась обеими ладошками.

     Я тихо и раздраженно сказал маме: ты чего? Здесь многие так одеты и ничего. Вот ты на них пялишься? Им нет до тебя дела.

     Она покраснела, убрала ладони и сказала: ты прав, извини. Просто не привыкла. Между тем, было видно, что клитор у нее немного набух.

     Мы пошли есть, и скоро мама совсем забыла о стрингах.

     Когда мы ехали домой, я сказал ей: Вот видишь, совсем не страшно быть немного сексуальной.

     Она ответила: Да, просто немного непривычно.

     Я буду учить тебя сексуальности – сказал я и засмеялся. Она засмеялась в ответ.

     После этого мама начала часто носить мини юбки, а также иногда не носить белья. А иногда я даже видел сексуальное, кружевное белье, которое она сама себе купила.

     Когда через еще две недели мы опять поехали на пляж, у меня наготове был еще один сексуальный купальник. На этот раз я подстроил все особенно коварно.

     Мама же увидев коробку, уже не удивилась но, заглянув в нее с укором сказала: Совсем развратить меня решил?

     Я возмутился: Мама! Я же сказал, что буду учить тебя быть сексуальной! И это вовсе не разврат.

     Мама смягчилась, но повертев трусики сказала: Но они мне явно малы:

     Я быстро ответил: Померяешь на пляже. Не понравятся – оденешь старые.

     Когда мы поехали на пляж свои плавки я одел заранее. И позаботился о том, чтобы мамин новый купальник был в одной сумке, а остальные купальники и полотенца в другой.

     Когда мы поехали, вторую сумку с купальниками и полотенцами я как-бы ‘случайно’ забыл.

     Когда мы приехали на пляж, мама заметила пропажу, но я сказал: Я думал, что сумку взяла ты. Но ничего, высохнем так.

     А купальники? – спросила мама.

     Я же, сказал: Мои на мне, а твои новые – вон коробка лежит.

     Мама пошла, примерять купальник, а когда она вышла, она была вся красная и прикрывалась ладошкой.

     Я спросил ее, в чем дело, она же возмущенно сказала: Ты что купил! Я в этом не пойду!

     Я удивленно спросил ее: В чем дело? Мама, чего ты прикрываешься? Как на тебе сидит купальник? И почему он тебе не нравиться?

     Мама, сверкнув глазами бросила: ‘Вот почему! ‘ и убрала ладони.

     Купальник был совсем нормальным, разве что только очень тонким и полупрозрачным. Стринги же спереди, были в виде галочки, и оставляли открытым клитор и всю верхнюю часть растительности. Клитор уже был чуть набухшим. Явно мама немного возбудилась.

     И что? – Спросил я. – Нормальные трусики.

     Трусики? – Возмутилась мама. – Я в таком не пойду. Я еду домой. И она вошла обратно в кабинку.

     Я понял, что мой план на грани разрушения, и применил все красноречие, что у меня было.

     Мама, в чем дело? Нормальный купальник. Ты посмотри, в чем люди ходят. Многие вообще голыми ходят. Почему всякие толстые и некрасивые тетки и дядьки, могут ходить, в чем хотят, совершенно не стеснятся, а ты, красивая, сексуальная женщина, все время стесняешься. Наоборот, пусть все, видят какая ты красивая и сексуальная. Даже если что-то видно, то это никого не интересует. А даже если смотрят, то тебе что, жалко? Я помолчал минуту, потом добавил: И если ты сейчас не попробуешь, то когда? Когда станешь старой? И мне обидно. Я тебе их подарил, а ты даже одеть не хочешь. Я хотел гордиться своей мамой, а ты. Я пошел купаться, а ты как хочешь.

     Я медленно пошел, и мама сразу же сказала: Подожди. Я с тобой. Только ради тебя.

     Она вышла из раздевалки и, краснея пошла рядом со мной. Клитор возвышался над галочкой трусов, как вишенка на торте. А над клитором была корона из черных волос. Я был доволен.

     Мама постоянно стеснялась и краснела до ушей. Окаймление трусиков натирало и давило ей на основание клитора, и он постоянно увеличивался. Скоро посередине трусиков начало расплываться пятно, но маме явно было уже все равно.

     Я сказал: Мама, ты супер. И очень красива. И улегся загорать так, чтобы было видно маму.

     Мама же, явно заметив пятно от собственных соков, села в прибой. Скоро какой-то проходящий мужчина захотел с ней познакомиться, но мама с ним быстро попрощалась и чтобы от него оторваться, позвала меня купаться. Купаясь, я ей сказал: Вот видишь, к тебе уже мужики липнут.