Лида

     Это случилось со мной в детстве, когда мне было лет одиннадцать. Этажом ниже в нашем доме жила тётя Лида, полноватая женщина лет сорока. Соседи с ней общались не очень охотно, поговаривая, что с головой у нее не все в порядке. Лично я ничего странного за ней не замечал, за исключением ее особенности слишком громко говорить, жестикулируя при этом руками.

     Однажды я спускался по лестнице, как вдруг дверь Лидиной квартиры приоткрылась, и сама тетя Лида поманила меня к себе пальцем.

     – Здравствуй, Саша, – сказала она, – зайди ко мне, мне нужна твоя помощь.

     – Здрасьте! – Ответил я, и шагнул в квартиру тети Лиды.

     Квартира, как квартира, обычная московская коммуналка. Кроме тети Лиды здесь жил один моряк, который появлялся крайне редко, проводя все время в плавании, и дворничиха баба Вера. Навесной замок на дверях комнаты бабы Веры говорил о том, что ее сейчас тоже нет дома.

     – Ты мне как-то говорил, что хочешь стать врачом, – Тетя Лида взяла меня заплечи и, толкая перед собой, повела вглубь квартиры.

     – Да, – кивнул я, сообразив, что мы идем к ванной.

     – Очень хорошо. Тогда мы с тобой сейчас поиграем в больницу, и ты меня полечишь.

     Я стоял на пороге ванной, где явно были сделаны какие-то приготовления. Сама ванна была накрыта деревянной решеткой, которую обычно кладут на дно ванной. Сейчас,будучи повернутой на девяносто градусов, эта решетка позволяла сидеть на ней, опустив ноги в ванну. Но это было не главным. Главным предметом, заставившим меня удивиться, был резиновый резервуар, висевший на вбитом в стенку гвозде. От резервуара тянулся шланг с краником, завершающийся своеобразным наконечником. Еще на краю ванной стояла баночка с вазелином, точно такая же была у нас дома. Я хотел было сказать тете Лиде, что у нас дома тоже есть такая баночка, но, повернувшись, просто обомлел.

     Тетя Лида успела снять халат, и из одежды на ней были только лифчик и домашние тапочки. Я застыл, открыв рот, а тетя Лида, как ни в чем не бывало, зашла в ванну, ивзобравшись коленками на решетку, сказала: “Мне нужно сделать клизму, а то я уже четвертый день в туалет сходить не могу”.

     Смысл этих слов доходил до меня с трудом, я, словно завороженный, смотрел набольшую жопу, находящуюся на расстоянии вытянутой руки от меня и на то, что было ниже: большие, красные с коричневатым оттенком половые губы тети Лиды, которые так и манили меня к себе.

     – …Саша! – Услышал я голос тети Лиды, – Саша, ты что, оглох?

     – Нет, – очнулся я.

     – Тебя когда-нибудь ставили клизму?

     – Да, честно признался я, все еще рассматривая прелести тети Лиды. Моя пиписка в штанах слегка зашевелилась, напрягаясь, – Только не такую, а маленькую.

     – Здесь все то же. Возьми наконечник и смажь его как следует вазелином.

     – Смазал, – сказал я, чувствуя, что дыхание у меня сбивается.

     – Теперь вставь его мне в попу.

     Я приблизился к необъятной заднице тети Лиды, обращая внимание на то, чтоона совсем не загоревшая. Дырка была очень плотной, присмотревшись, я заметил крохотные складочки, разбегавшиеся от центра отверстия во все стороны, словно лучи. Еле дыша, я стал очень осторожно пропихивать наконечник вглубь тети Лиды.

     – Ох, – застонала она, – глубже!

     Моя пиписка (членом это в те времена ну ника назвать нельзя было) стала еще тверже и теперь невыносимо растягивала трусы.

     – Теперь открой кран.

     Я открыл кран, но ничего не произошло. Тогда я, не дожидаясь указаний, вскарабкался на край ванной, снял с гвоздя резервуар, и, спрыгнув вниз, надавил на него руками.

     – Ой-ой-ой! – застонала тетя Лида, – не так сильно!

     Ее дыхание участилось, но в голосе чувствовалось какое-то наслаждение.

     Заметив, что наконечник вот-вот выскочит, я затолкнул его поглубже, как бы невзначай коснувшись ее губок. Мой член напрягся так, что готов был разорвать штаны.

     Вода тем временем закончилась, о чем я сообщил тете Лиде. Она вытащила шланг, и, перевернувшись на спину, оказалась в полулежачем положении, сидя на решетке и опираясь спиной о стенку ванной комнаты.

     Я посмотрел на живот тети Лиды, пытаясь определить, раздулся он или нет. Сказать что-либо было трудно, ибо и без клизмы живот тети Лиды был круглым и выпуклым, но для себя я все же решил, что он раздулся.

     Тетя Лида, в свою очередь, тоже рассматривала меня, и, увидев недвусмысленную выпуклость на моих брюках, сказала:

     – Так тебе тоже понравилось?

     Я ничего не успел ответить, потому что внезапно тетя Лида охнула, схватившись одной рукой за живот, а другой зажав задний проход.

     – Ну вот, порядок, – сказала она, – подействовало. Так тебе понравилось?

     Я только кивнул. Мне было стыдно, что тетя Лида видит, что у меня встал.

     – Значит, ты любишь делать клизмы. А я люблю (тут в животе тети Лиды раздалось громкое бурчание) их получать. Пойду в туалет. Никуда не уходи, если тебе это нравится,мы сможем доставить друг другу удовольствие.

     С этими словами тетя Лида поднялась, и, зажимая рукой задний проход, с ойканьем бросилась в туалет. Раздался звук мощной струи, после чего она громко перднула, а затемя услышал, как накопившийся в животе тети Лиды кал вместе с водой падает в унитаз. Сама тетя Лида при этом громко охала и сладострастно стонала.

     Через несколько минут раздался звук спускаемой воды и на пороге ванной возникла сияющая тетя Лида. В руке у нее был шланг с наконечником, только с другого конца был нерезиновый резервуар (как он называется, я узнал значительно позже), а какая-то воронка.

     – Ну-с, – сказала тетя Лида, – продолжим, и с этими словами одела резиновую воронку прямо на водопроводный кран!..

     Продолжение следует…