Лето, секс, комсомол. Часть 1

     История эта случилась летом 1983 года. Перед летними каникулами я успел вступить в комсомол.

     Семья наша жила в деревне под самым городом. Поэтому считались мы вроде как деревенскими, но ходили в городскую школу. И родители работали в городе на заводе. Из плюсов такой жизни были река под боком, лес, свой достаточно большой добротно построенный кирпичный дом. Из минусов – 30 соток огорода (из них 15 соток, засаженных картошкой) , где приходилось вкалывать в борьбе за урожай с весны до осени, только летний водопровод (зимой за водой приходилось ходить с ведрами за 100 с лишним метров к колонке) да печь- “голландка” , к которой летом рубили дрова да запасали уголь. Вот такая деревенская жизнь!

     Дом наш был разделен на две половины. В одной жили бабка с дедом. В другой – я с младшим братом и родители. Летом к бабке на отдых приезжали родственники. В основном, из Москвы. Бабка была москвичкой, прежде чем в свое время вышла замуж за деда.

     В то время и родители, и бабка с дедом работали. Поэтому летом мы практически каждый день оставались с братом предоставленными сами себе.

     И на этот раз в самом начале лета к бабке из Москвы приехала ее племянница (получается, моя двоюродная тетя) Наталья с дочерью (троюродная сестра мне) Златой. Тетя Наташа была стройной статной брюнеткой лет около 35. Впрочем, как женщину, я ее на тот момент не воспринимал. Мне она казалась слишком старой. А вот моя троюродная сестренка Злата на год старше меня сразу вызвала определенный “мужской” интерес.

     Сразу после приезда Злата окунулась с головой в нашу деревенскую жизнь: почти каждый бегала со мной и моими друзьями на пруд купаться, вечером – удить рыбу или жечь за огородом костер и печь картошку.

     Уходя на работу, родители поручали мне выполнить определенный объем работ (вроде того, что перетащить и сложить дрова, прополоть грядки и т. п.) .

     Как-то я ковырялся в саду с тяпкой, разрыхляя клубнику. Подошла Злата, как всегда одетая в штаны от спортивного костюма и белую футболку:

     – Что делаешь?

     Фигурка у нее была классная. Папаша служил командиром части где-то в Подмосковье. Тетя Наташа не работала. Постоянно ходила в бассейн. А сама Злата занималась то ли фигурным катанием, то ли тоже плаванием.

     Я посмотрел на нее и вздохнул:

     – Занимаюсь непосильным трудом на благо отдельно взятой семьи:

     – Какие планы? – Злата не отставала. А мотыжить мне было еще достаточно.

     – Еще часок побычу и на пруд можно будет сходить.

     – Мне бабушка сказала, что на чердаке в сарае патефон есть с пластинками. Поможешь найти?

     Патефон действительно был. Здоровый, обитый бархатом ящик с диском, заводной ручкой.

     – Помогу! – мне самому стало интересно. Я бросил мотыгу на грядку:

     – Пошли!

     Сарай стоял в глубине сада, окруженный яблонями. Мы зашли внутрь. На чердак вела старая деревянная лестница. Злата полезла первой. Я посмотрел на ее задницу и мысленно еще раз вздохнул.

     Нет, определенные знания о женщинах и сексе у меня были. Порнографические фотокарточки с трудом, но достать было можно. А в самом раннем детстве, где-то в классе первом или втором, с соседской девчонкой, учившейся в параллельном классе, я даже играл в доктора, рассматривая друг у друга письки. Правда, продолжалось это недолго, пока нас не “засекла” ее мать. Удивительно, но нам даже не влетело. Взрослые только посмеялись над нами.

     И дрочить я уже с полгода как научился. Дрочил каждый день на мутные фотокарточки, которые прятал на этом же чердаке сарая. Но вот вживую письку взрослой девушки или женщины видеть не доводилось. А задница у Златки была… Хорошая. Небольшая, но круглая, крепкая:

     Патефон, кстати, нашелся сразу. Еще бы! Я ж каждый день сюда лазил. Знал, где что лежит. Мы сели рядом с ящиком. Я щелкнул замком.

     Златка повернулась ко мне. Лифчик она не носила. Я снова вздохнул. Она заметила, улыбнулась. И неожиданно щелкнула мне по носу. Я отпрянул:

     – Ты чего?

     – Нравится? – она повела плечами. Я не ответил. Она засмеялась. Видимо, ей нравилось мое смущение.

     – У тебя девушка есть?

     Я пожал плечами. Девушки у меня не было. На дискотеку я ходил. И довольно часто. Каждую субботу в местныйклуб. Танцевал “медляки”. Но вот этими танцами все и кончалось.

     – Что и не целовался ни с кем?

     Я покрутил головой и, словно ныряя в омут, выпалил:

     – А ты? Целовалась с кем?

     Она кивнула и добавила:

     – И не только:

     – А что? – мои уши горели. Злата подвинулась ко мне вплотную. Я покраснел, наверное, хлеще спелого помидора. Она вдруг погладила меня по бедру. Меня словно ударило током. По телу пробежало стадо мурашек. Сначала в одну сторону, потом в другую. Я даже чуть не закрыл глаза от внезапного удовольствия.

     – Покажи свой: – Злата замялась. – Член: Я тебе тоже:

     Она вдруг стала тяжело дышать. Да и у меня тоже не только горели уши.

     – Хочешь потрогать? – она взяла мою руку и положила себе на грудь. Блин! Какая же у нее она упругая! Я невольно, почти на автомате сжал ладонь. Злата вскрикнула.

     – Больно! Потише. Ласковей! Ну же!

     – Что? – не понял я.

     – Покажи! – Злата провела у меня по паху. – Ну!

     Я рывком стянул трико. Член вздыбился свечкой. Злата легонько коснулась его рукой.

     – Теперь ты!

     Девушка привстала, спустила треники вместе с трусиками. Беенькими узенькими трусиками… Перед моим лицом оказался заветный треугольничек, покрытый реденькими черными волосиками. Я было протянул руку, но Злата отстранила ее:

     – Какой ты быстрый! Сначала дай свой потрогать!

     Она обхватила член ладошкой. Аккуратно двинула кожу вверх-вниз.

     – Так мальчики дрочат?

     Я молча кивнул, не в силах что-то сказать. Казалось, что это сказка какая-то. Какой-то сон. И так не хотелось просыпаться!

     Злата взяла мои яички в другую ладошку.

     – Какие они у тебя гладенькие…

     Чуть сжала, ласково, не больно. Я протянул к ней руки, ухватил через футболку за грудь.

     – Подожди! – она рывком стянула ее. – Только аккуратней.

     Грудь оказалась не очень большой, с маленькими коричневыми сосочками. Я, едва касаясь, погладил один, другой. Соски напряглись, словно подросли. Злата слегка застонала, начала двигать рукой энергичней. Потом вдруг нагнулась и поцеловала мой член в обнаженную головку. Я буквально взвыл от удовольствия.

     – Что это вы тут вытворяете?! – внезапно, словно гром среди ясного неба, раздался негодующий голос тети Наташи. Мы, увлеченные друг другом, не услышали, как она вошла в сарай и поднялась на чердак.

     – Мама??? – испуганно вскрикнула Злата, хватая одежду. Девушка лихорадочно напялила на себя футболку, треники.

     Я тоже натянул трико.

     – Быстро оба в дом! – скомандовала тетя Наташа. – Немедленно!

     – Родители дома? – спросила она уже у меня.

     – На работе, – тихо ответил я. – Вечером придут:

     – Быстро в дом! – еще раз скомандовала тетя Наташа. – Сейчас я с вами разберусь!:

     Тетя Наташа затащила меня в зал, затолкала Злату в другую комнату.

     – Марш в угол! – скомандовала она мне. – На колени становись, негодник! Мордой в угол, я сказала!

     Я послушно опустился на колени в угол, слегка повернул голову посмотреть, что там с сестренкой. Несмотря на захлопнутую дверь все, что происходило в комнате было прекрасно слышно.

     – Ложись на кровать, зараза! – это кричала тётка. – На спину ложись!

     – Мамочка! Мама! Я больше не буду: – плакала навзрыд Злата.

     – Снимай штаны, дура! Снимай, я сказала!

     – Мамочка! …

     – Ноги раздвинь свои!

     “Зачем она так? – удивился я. – Зачем она письку у своей дочери разглядывает?”

     Я тогда в силу своего возраста совсем не догадывался, что тетя Наташа решила проверить наличие девственности у дочки.

     – Мама!!!! – раздался вопль Златы и хлесткий звук удара – как от пощечины.

     “По заднице рукой зарядила!” – догадался я. И снова плач сестренки: