шлюхи Екатеринбурга

Лера-Лерочка-36. Скромный зять. Часть 5

     – Горюша, ну ты чего, ещё рано, моя девочка совсем не готова, я боюсь, что опять будет больно, и потом уже не смогу кончить. Котик мой, может, ты мне там опять поцелуешь, а? Прошлый раз я просто дуррой была, понимаешь, первый раз, как-то стыдно, и поэтому я тебе ничего не сказала, но мне до боли было приятно, я готова была умереть, еле сдерживая себя. И если бы ни Леркины дети, я бы стонала, визжала и выла как сирена воздушной тревоги.

     От одного только напоминания её имени, Игорь вновь вернулся сознанием к рядом лежащей свояченицы. И ему почему-то совсем стало стыдно заниматься утехой жены даже перед спящей, и отвернувшейся от них пьяной родственницы.

     – Алён, а может не надо, действительно вдруг Лера проснётся, а я тебе тут письку нализываю.

     – Да, а когда трахаться лез, об этом не думал?

     – Так трахаться – это другое, а вот кунилингус – ну как-то непристойно для мужика.

     – Да, а вы хотите, только что бы мы сосали у вас. Игорь не нервируй меня, либо ты мне делаешь этот, как его кунилингус, или я встаю и одеваю трусы и ночнушку.

     Неожиданно тело рядом лежащей сестры зашевелилось. Лера что-то промямлила губами, вытянула правую ногу, находящуюся снизу, а верхнюю левую согнула до предела в коленке и подтянула к животику. От такого движения плед потянулся вместе с ногой, слегка раскрывая её роскошный задок. Заметив это, Игорь как-то заягозился, так как не мог полностью видеть её попу и раскрывшуюся промежность хоть и облачённую в трусики с этой точки. Желая воочию лицезреть все её прелести, он начал сползать по телу жены всё ближе к заветному месту.

     – Тсссс, Игорь, кажется, Лерка проснулась, зашипела Алёна, прижимая голову мужа к своему пухленькому животу.

     – Да нет, это она во сне что-то мурлыкает, наверное, услыхала и тоже как ты захотела, пошутил Игорёк.

     – Да тише ты, а то её основательно разбудишь, выругалась шёпотом Алёна.

     – Да её рота солдат отдерёт, и не разбудит, она в сиську пьяная, не слышишь, сопит и даже похрапывает.

     – Лерка, ты спишь, толкая её по бедру, спросил Игорёк.

     – Игорь, ты что дурак, совсем офонарел, не трогай её, снова заругалась жена. Не дай бог проснётся нам всем места мало будет.

     Сделав хитрый ход, Игорёк движением руки, когда пытался растолкать Леру, ещё больше сдвинул плед с её прелестной попки. А она, приняв удобную позу, обняла подушку, и уткнув в неё свой красивенький вздёрнутый носик, засопела в две дырочки. Ей снился Роман. Как всегда они наслаждались друг другом в самой счастливой супружеской позе. Муж лежал на спине высоко головой на подушке, а она, положив свою щечку на грудь, прижималась всем телом к нему. Закинув на него свою ножку, она норовила внутренней поверхностью бедра нащупать всё его мужское достоинство, одновременно прижимаясь лобком к его боку. И как она не старалась, ей так и не удалось ощутить ни его твёрдый член, ни давление на нудящийся клитор.

     За то она прекрасно ощущала его горячую ладонь на своей попке, которая не переставала гладить её ягодички. Круговые движения совершались, словно по спирали, с каждым разом уменьшая свой радиус, сползая к промежности. Вдруг неожиданно пальчики скользнули по губкам, и проникли глубоково влагалище. Пошурудив немного во влажной пещерке, он вытащил руку, и поднёс её к носу. Заданный вопрос мужа просто ошарашил любящую жену, от которого она практически потеряла дар речи.

     – Лера, ты когда прекратишь ебаться на стороне?

     Да, он сказал это грубо, но спокойно, и ни как в более мягкой форме, как он обычно обзывал этот процесс. Ни изменять, ни сношаться, и даже ни трахаться, а именно “ебаться”.

     – Что молчишь, тебе нечего мне сказать? Или ты хочешь дальше так жить. Конечно, я понимаю, тебе нравится примерять разные члены, большие и маленькие толстые и тонкие, длинные и короткие, ты с каждым разом всё больше становишься ненасытной сучкой. Или ты прекращай, или я ухожу от тебя.

     И тут её словно прорвало.

     – Ромка, да я люблю этим заниматься только с тобой, мне никто не нужен кроме тебя, я тебе это ещё докажу.

     Но Роман, словно льдинка растворился в её жарких объятиях, и она осталась наедине с подушкой, так и не поняв, что это – сон или явь.

     А тут на яву, Алёна, в предвкушении предстоящего кунилингуса, от удовольствия закрыла глаза, а Игорёк прильнул лицом к паху жены и сразу же почувствовал запах подопрелой промежности, слегка обогащенный запахом мочи. Язык его так и норовил пройтись по солёненьким губкам супруги, но сладкий миг прикосновения вдруг захотелось прервать. Лёжа у жены между ног, он одной рукой незаметно доставал до упругих полушарий свояченицы, и гладил их, гладил, пока пальцы не проникли под лямку трусов. Ухватившись за эту деталь панталончиков, он потянул их на себя стараясь разорвать злосчастную перегородку между передним треугольником, и задней трапецией. Качественный товар как обычно даже не затрещал, но всё же потянулся и сдвинулся с места. Теперь лямка трусов ни так плотно прилегала к её пирожку, давая возможность шаловливым пальчикам зятя, проникать беспрепятственно в её недра.

     Что Игорь и сделал. Проникая сразу двумя пальцами на всю глубину, он покрутил их по небольшой дуге, как бы снимая влагу со стенок, и тут же снова извлёк. Поднося к носу, он вдруг ощутил такой запах, такой аромат женских прелестей, который был не сравним ни с одним дезодорантом, ни с одним благовонием самых дорогих французских духов. Его разум слегка помутился, и не задумываясь, он погрузил эти влажные пальчики себе в рот. Жадно обсасывая их, он не забывал языком слизывать нектар между щиколоток. И как только пропадал вкус нектара, Игорек, словно майский шмель, вновь летел за пыльцой в её распустившийся бутон.

     Для сравнения ему вдруг захотелось попробовать забытый привкус супружеской влаги. Окунув пальцы другой руки, в чрево Алёны, Игорь не задумываясь так же взял их в рот. Нежный и тонкий вкус малосоленой красной икры, сменился на вкус пересоленной не свежей селёдки. Скорчив мину, он было не сплюнул на промежность жены, и тут послышался её милый голосок.

     – Игорёк, ты что там затих, такое ощущение, что ты не мне, а сестре киску лижешь, я было чуть не заснула, и прекрати пальцами тыкать.

     – Ну давай своим Васькой потыкаю, ответил супруг.

     Конечно после такого ощущения, его желание полизать, снизилось до нуля, и только представление, что это он проделывает со строптивой сестричкой, как-то подталкивало на кунилингус. В общем, Игорёк межевался, но это продолжалось недолго.

     – Игорь, ты меня вначале так заведи, а потом хоть всю ночь тыкай своим Васькой, прошипела Алена, и снова закрыла глаза в ожидании предстоящего чуда.

     В очередной раз Игорёк как можно глубже запустил свои пальцы в Лерино чрево, так что щиколотки вмяли её пухлые губки, и сделал больше пол оборота, собирая остатки ароматной влагалищной смазки. Сгибая пальцы слегка, чтобы её как можно больше осталось, он извлёк их из кунки одной сестры, и начал растирать по кунке другой, стараясь придать одинаковый привкус.

     Почувствовав приятные скольжения по влажной расщелине своего пирожка, Алёна простонала сквозь зубы, и согнув ноги в коленях подтянула пятки чуть ли не до попы, разводя до предела свои полноватые бёдра. Придав своему телу самую доступную позу, она неожиданно почувствовала, как что-то совсем другое, какое-то нежное и ласковое, горячее и жгучее, скользкое и немного шершавое, змейкой проползло по всей щели её пухленьких губок. Её тело буд-то током прошило, вздрогнув, она напряглась, и тут же расслабилась, когда жгучий язык выпрыгнул из верхнего свода половых губ.

     Совсем не похожие две сестры, ни лицом, ни фигурой, ни характером и манерами поведения, но их письки были словно вылеплены по одному шаблону. Как правило, органы, что мужские, что женские, всегда наследуются от родителей. Поэтому не находя разницы, а Игрёк за этот вечер достаточно изучил киску спящей и нетрезвой свояченицы, набросился на промежность жены.