Коммуналка

     Прелюдия.

     

     Начало этой истории произошло, когда мы с родителями жили ещё при Советском Союзе, в коммунальной квартире на окраине не большого городка.

     Квартира, в которой мы жили была четырехкомнатной, но переделанная под малосемейку с общим туалетом, ванной и кухней. Вот в таких условиях сосуществовало три семьи.

     В одной комнате жила пенсионерка баба Маня, во второй – тётя Люся с сыном Стасиком. А наша семья самая большая, состоящая из четырёх человек: мать, отец, я и моя младшая сестра Светка, занимали оставшиеся две комнаты в одной из которых находились мать с отцом, а во второй проходной мы со Светкой.

     Жить в коммуналке было конечно не очень комфортно постоянные очереди в туалет с ванной и на кухне одновременно не вмещались все вместе, из-за чего частенько возникали конфликты.

     Но для нас со Стасиком в этом были свои плюсы.

     Стасик был чуть старше меня, такой же болтливый как мать, только по хитрее её. Он рос без отца и это сказывалось на его поведении.

     Он был шустрым, шкодливым пацаном вечно придумывал какие-нибудь аферы.

     Стасик первый предложил мне подсматривать за нашими матерями и за бабой Маней, через окошко на кухне, когда те мылись в ванной, и дрочить на них писуны. А чтобы не спалиться, делали мы это по очереди, один из нас став на стул подглядывал с кухни в ванную через окошко, находившееся под потолком, а другой возле двери стоял на шухере чтоб никто не зашёл на кухню и не спалил нас.

     Стасик же надоумил меня нюхать ношенные женские трусы наших матерей.

     А дело было так: мы в очередной раз подсматривали за моющейся тётей Люсей, и как только она закончив мыться и ушла к себе в комнату обмотавшись полотенцем, Стасик следом шмыгнул в ванную и притащил оттуда её трусы, которые она только что сняла с себя и в очередной раз бросила их там вместе с лифчиком.

     Тётя Люся постоянно бросала там своё нижнее бельё.

     Баба Маня даже как-то поругалась с ней за это:

     – Что ты Люська раскидываешь кругом свои засанки, показываешь пацанам весь свой срам,

     совсем стыд потеряла – ворчала она.

     – Кому не нравиться пусть не смотрят- огрызнулась тёть Люся в ответ.

     И как будто назло дальше продолжала бросать трусы и лифчики на полу в ванной.

     Вот и в этот раз Стасик урвал очередной трофей в виде грязных тёть Люсиных трусов.

     Это для него очечной, а для меня впервые, ведь я тогда ещё не знал о его пристрастии нюхать ношенные бабские трусы, пахнущие вагинальными выделениями.

     – Во, смотри свеженькие, только что маманя сняла. – заговорчески прошептал Стасик, выворачивая на изнанку тёть Люсины трусы, и поднеся их к лицу, стал нюхать матню, а свободной рукой дрочить вытащенный из ширинки возбуждённый писун.

     – Ещё влажные! Обалдеть, как пи**ятиной воняют! Кайфовые я труселя урвал! – по-детски радовался Стасик.

     – На понюхай.

     Он толкал мне в лицо влажную от выделений матню тёти Люсиных трусов.

     – Ты чо дурак! – возмутился я.

     – Сам дурак! Да ты только понюхай, как кайфово пахнут. – убеждал меня Стасик, продолжая держать трусы своей матери возле моего лица.

     Я машинально наклонился и нюхнул влажную матню. В нос мне ударил резкий аромат вагинальных выделений, смешанных с мочой, от чего у меня закружилась голова и защемило в яйцах.

     Мой и так возбуждённый от подглядывания за голой тётей Люсей писун, ещё сильнее напрягся. Я пару раз его передёрнул и стал бурно кончать, выстрелив на пол пару ещё не до конца сформированной спермы, больше похожей на жидкую прозрачную смазку. В то время я ещё находился в переходном возрасте, а Стасик уже прошёл этот период и кончал по-взрослому, извергая большое количество спермы.

     – Во, видишь какой кайф, будто выебал живую пи*ду, а ты не хотел нюхать. – с гордостью произнёс Стасик, и уже сам продолжал дальше нюхать тёть Люсины, а потом стал с наслаждением дрочить ими свой возбуждённый писун, спустив через пару минут обильное количество мутноватой жидкости прямо на матню тёть Люсиных трусов.

     По примеру Стасика, я тоже стал нюхать ношенные трусы своей матери, и дрочить писун ими, когда никого не было дома, а иногда закрывшись в ванной после тёти Люси пользовался и её только что снятыми трусами каждый раз представляя, как будто по-настоящему е*у её. Но мне больше всего нравилось нюхать материны трусы фантазируя как я каждый раз по-разному имею её.

     Пробовал я и матню сестрёнкиных трусов нюхать, но они не давали такого эффекта, пахли ещё только в основном мочой, да и представлять, что я ебу худую малолетку, с голой писькой похожей на разрезанный пирожок было не интересно, у неё как гласила поговорка “ни сиськи, ни письки и жопа с кулачок” , а мне нравились взрослые женщины в соку с пышными формами, вроде моей матери с заросшими густой волоснёй пи**ой и жопой (брить гениталии и ноги в то время было не прилично, считалось что так делают только проститутки) .

     Кстати Стасику тоже нравились такие женщины. Он больше любил подглядывать за моей матерью, чем за своей.

     Тётя Люся была менее привлекательная, поскольку была: низенького роста, худого телосложения и вполне смахивала сзади на молодую девушку, чем на взрослую женщину в соку.

     Даже у бабы Мани тело было сексуальнее. Она хоть и пенсионерка, но была ещё о-го-го, плотного телосложения с приличной попой, огромными титьками и с полуседыми зарослями, между ног, скрывающими все её интимные места.

     Хотя баба Маня была уже в возрасте, но тем не менее по-видимому вовсю ещё хотела мужика, потому что почти каждый раз прежде чем начинать мыться, она, лёжа в ванной сама себя удовлетворяла, теребя одной рукой титьки, а другой – орудовала между ног пока её не накрывал бурный оргазм.

     Когда я первый раз через окошко в ванной увидел баб Маню в таком состоянии даже напугался, подумав, что ей стало плохо, потому что, баб Маня протяжно стонала и тряслась как лихорадочная.

     – Стас, Стас смотри у баб Мани припадки, её колошматит всю, надо кого-нибудь взрослых позвать: – выпалил я, спрыгнув со стула.

     Но Стасик взгромоздясь на стул заглянул в ванную через окошко ехидно улыбаясь сказал.

     – Да всё ништяк, это она просто так кончает.

     – Ты чо никогда не видел, как бабы кончают?

     – Нет! А где бы я видел: – оправдывался я.

     – А чо ты не разу не слышал, как у тебя мать кончает, когда батя её е*ёт: – удивился Стас.

     – А где бы я слышал они в другой комнате спят и дверь на ночь закрывают: – ответил я.

     – Ну с тобой всё ясно, ни хрена ты еще не понимаешь в колбасных обрезках. – пошутил Стасик.

     Вообщем Стасик тогда мне всё объяснил на пальцах как мог про женский онанизм и оргазм.

     Оказывается, тёть Люся тоже иногда сама себя удовлетворяет, когда долго с мужиками не спит.

     Как-то в очередной раз подглядывая за баб Маней Стасик вдруг предложил мне.

     – А давай у баб Мани стырим труселя, пока она моется, и понюхаем, чем старая пи*да пахнет. Комнату она не запирает и в ванную ходит только в халате без трусов, значит трусы дома заранее снимает.

     – Ты чо дурак? Тебе то пофигу, а меня батя с маманей убьют, если узнают от бабы Мани.

     Возмутился я.

     – Сам дурак, всего ссышь.

     – Ну стырь тогда труселя своей мамани сравним с моей у кого пи*да кайфовее воняет!

     Подстёгивал меня Стасик.

     Я заинтриговался его предложением. Раздельно то я пробовал запахи обоих трусов и матеренных и тёти Люсиных, а чтоб сравнить в отличии Стасика не догадался.

     Я согласился и пошёл к себе домой искать в грязном белье материны ношенные трусы.

     А Стасик пошёл в ванную за тёть Люсиными трусами.

     Светки дома не было, и я без проблем выбрав нужные трусы посвежее, пошёл в комнату к Стасику.

     Он меня уже ждал сидя на диване, нюхая трусы своей мамани.

     – Дверь закрой на крючок, на всякий случай.

     Предупредил он.

     – Ну чо давай сравним.

     Предложил Стасик.

     И мы, понюхав каждый трусы своих матери, обменялись трофеями.

     Были конечно отличия, но большой разницы я не ощутил.

     Что матня материных трусов что матня тёть Люсиных трусов пахли мочой и вагинальными выделениями.