История об одном школьном залёте

     Привет всем читающим. Я сама люблю читать порнорассказы, особенно когда это реальные истории. Поскольку это анонимно, мне тоже захотелось поделиться историей, которая случилась со мной, когда мне было ХХ лет. И пусть она может показаться обычной или скучной, по крайней мере мне так точно не казалось в том возрасте.

     Я тогда училась в седьмом классе, и мне был уже очень интересен секс. На уроках я часто рисовала непристойные рисунки карандашом на полях в тетрадке, представляя как “это” было бы с тем или иным одноклассником. Мне нравились многие мальчики в классе, но я была не очень популярна в школе и никто из парней не обращал на меня внимания. Плоская грудь и короткое каре, которое мне стригла бабушка, совсем не помогали. Казалось, для того, чтобы заполучить мужское внимание, нужно обязательно иметь большую грудь и длинные волосы, как у одноклассниц. Но, как оказалось, это не совсем правда, и убедилась я в этом в один мартовский день.

     В тот день я вернулась домой из школы около трех дня. В четыре зашла бабушка и оставила на мое попечение двухлетнюю сестру Вику, после чего ушла к себе. Родители тогда оба работали допоздна, первой приходила мама – только в семь вечера. Наверное, я бы до вечера играла в компьютер или смотрела телевизор, если бы не раздался злополучный звонок в дверь. Я конечно слышала что когда взрослых нет дома, входную дверь лучше не открывать, но меня ничего такого не пугало, и я себя считала уже взрослой. Тем более на пороге был лучший друг моего отца и наш сосед – дядя Слава. Родители между собой называли его Славиком. Вроде бы он и мой отец учились в одной школе, короче, были друзьями с детства, и мне дядя Слава тоже был очень хорошо знаком – он часто бывал у нас в гостях. В руках у него был какой-то инструмент – может быть дрель или шуруповерт.

     – Здравствуй, Даша! А я хотел тут вот инструмент вам занести. У твоего папы одалживал. И кое-что взять заодно.

     Я знала, что он что-то строит в гараже, поэтому не удивилась.

     – Здравствуйте, дядя Слава, проходите, у папы на балконе в ящике инструменты лежат.

     Дядя Слава вошел, снял куртку и начал разуваться.

     – А ты одна тут что ли? – спросил он у меня, оглядываясь по сторонам.

     – Нет не одна, Вика тоже тут

     – А, хорошо. Ну, я сейчас – он как-то странно посмотрел на меня. Впрочем, потом он отвел взгляд, развернулся и пошел на балкон.

     Тут надо сказать, что дядя Слава всегда очень любил со мной возиться, и я часто ловила его взгляд на себе, даже когда он общался с кем-то из взрослых или чем-то другим был занят, но я никогда не придавала этому значения и странным мне это не казалось.

     – Даша, приходи, поговорим – вырвал меня из размышлений голос дяди Славы.

     Когда я вошла в зал, он уже сидел на диване. Дядя Слава показал на место рядом с собой приглашающим жестом. Никаких инструментов рядом с ним почему-то не было.

     – А что это вы ничего не взяли?

     – Разве это важно? Я думал мы сейчас поговорим, как друзья, а ты о какой-то ерунде.

     Вот тогда мне действительно стало странно, ведь раньше он так со мной не разговаривал.

     – О чем вы хотели со мной поговорить?

     – Да ты чего так далеко села? Мы же не чужие люди, что ты от меня шугаешься – он притянул меня к себе. Я почувствовала запах пота перемешанный с одеколоном.

     Какое-то время в комнате царило молчание. Потом дядя Слава обнял меня и второй рукой и начал ей гладить по спине. Вдруг он встал с дивана и пошел закрыл дверь в зал. После этого он вернулся на диван, и посадил меня к себе на колени. Все это время я молчала от шока. Дядя Слава так тяжело дышал, что мне было страшно. В какой-то момент я почувствовала что мне в шортики что-то агрессивно упирается. Я инстинктивно попыталась двинуться, но только еще больше побеспокоила штаны дяди Славы своим ерзанием, и видимо это движение стало последней каплей. Он снял ремень и приспустил свои штаны вместе с трусами. Наружу высунулся его недлинный, но толстенький хуй, стоявший торчком.

     Мне в нос ударил резкий запах мужского возбуждения. Видимо, хуй у дяди Славы стоял уже слишком крепко, и сперма прямо-таки бурлила в яйцах, так как прелюдиями он решил не заморачиваться и просто положил меня животом на диван, так что колени мои стояли на полу. Он окончательно скинул с себя штаны и навалился на меня всем весом. Был он больше меня раза в три, и я чувствовала как его огромный живот прилегает ко мне со всех сторон. Я почувствовала как на мою писю что-то давит. Чувство было такое, как будто в крошечную щелку пихают бревно. Мне было очень страшно, потому что я даже сама никогда себе туда ничего не вставляла, и пальчиками игралась только рядом.

     Хуй только очень сильно давил в закрытую писю, но и близко не проходил. Поняв это, дядя Славик приподнялся, смачно плюнул на свою дубинку и растер там. Потом он поводил своим хуем хорошенько между моих губок туда-сюда и снова попытался вставить, но снова ничего не вышло. Видя, что ничего не получается, он поднялся с меня и вышел из комнаты. Я даже не думала двинуться, пока его не было. Я была в таком оцепенении, что мне было страшно даже встать с колен, и мысли ни одной в голове не было. Только почему-то сильно тянуло в районе писи. Когда дядя Слава вернулся, в руках у него была бутылка подсолнечного масла с кухни. Ничего не говоря, только так же тяжело сопя, он щедро обмазал маслом свой хуй. Масляной ладонью он поводил мне по промежности, особое внимание уделив дырочке. Указательным пальцем он сначала проводил там как будто по кругу, а потом нацелился туда, в щелку. Его палец легко проскользнул внутрь благодаря маслу. Дядя Слава пошевелил пальцем как мог, и это движение родило во мне доселе неизведанное чувство, щекотное и немного больное. Мой осеменитель удовлетворенно хрюкнул, как боров, и снова на меня навалился своим пузом. Казалось, что сперма ударила ему в мозг и он вообще ничего не соображает. Он будто состоял исключительно из желания поскорее вставить свой агрегат в мою девственную писю.

     И вот я опять почувствовала как к моей дырочке приставилась его толстая колбаса. Дядя Слава резко толкнул животом и головка его хуя протиснулась внутрь меня. Я завыла больше от неожиданности, но он зажал мне рот ладонью и еще раз дернулся всем телом, протолкнув свой хуй еще дальше. Я чувствовала как сильно стенки моего влагалища давят на хуй отцовского друга, они как будто облепили крепко-крепко со всех сторон. Моя пися не привыкла к такому давлению и вся болела внутри. Дядя Слава же не мог протиснуться дальше, как будто уперся в преграду. Я поняла, что это должно быть целка, и что сейчас он будет рвать ее, и снова заныла в крепкую мужскую ладонь. Этот боров охнул и одновременно подался вперед всем телом, отчего мне стало тяжело дышать. Я почувствовала как он продвинулся еще дальше. Моя целка трещала по швам. Дядя Слава стал мелко и плавно раскачиваться. Я было притихла, но вдруг он одним резким движением таза толкнул свой хуй и порвал меня. Я завопила ему в руку. Было больно, но одновременно как-то тепло, это было неописуемое чувство. Вся моя кровь как будто хлынула в писю, потому что там продолжало интенсивно тянуть. Что-то в ней как будто хотело чтобы он продолжил свое мужское дело. В воздухе пахло потом и хуем дяди Славы.

     Сам он еще раз протяжно охнул и начал медленно двигаться во мне, с каждым толчком заново разлепляя мою узкую девственную щелку. Стенки моего влагалища туго сжимали его детородный орган, особенно когда он вставлял до конца. Мне же было тяжело дышать под давлением веса этого борова, получившего меня в полное пользование, пока он долбил мою писю, постепенно ускоряя темп. Масло уже успело высохнуть, но к счастью на помощь пришла смазка, которой я стала течь против собственного желания. Из больно-щекочущего чувства я ныла в такт толчкам толстенького хуя дяди Славы, а его здоровые, отвислые, покрытые волосами яйца вторили стонам, хлопая о мою почти детскую промежность. Долго он еблю продолжать не смог, густо выстрелив мне прямо в шейку матки горячей спермой. Его пульсирующий хуй сделал несколько обильных залпов мне прямо в глубину животика. Я почувствовала каждый из них, ведь сперма казалась очень горячей. Несколько секунд его орган еще продолжал пульсировать в моем нутре, после чего дядя Слава вытащил обмякший член. Его хуек, ставший теперь почти крошечным, был перемазан в тягучей белой малафье и моей крови. Вскоре из моей писи тоже начала вытекать эта смесь, да так обильно, что мне приходилось бегать вытирать в трусиках еще полвечера.

     Дядя Слава тогда оделся и ушел, так и не сказав мне ни слова. Родителям я ничего не сказала, потому что мне было очень стыдно. Вспоминать о дяде Славе тоже было стыдно, противно, но одновременно как-то по-запретному приятно, и конечно тянуло в писе. По дороге из школы я стала высматривать мужичков в возрасте, похожих на него. Мне очень хотелось чтобы кто-то заправил мне свой вялый членик и хорошенько туда кончил. После этих мыслей мне становилось очень стыдно.

     Где-то через две недели дядя Слава опять пришел напихать мне в писечку. И потом еще через неделю. Каждый раз он щедро выстреливал в меня своей малафьей, которую в достатке вырабатывали его увесистые яйца.

     Все бы ничего, но месячные ни в том месяце, ни в следующем ко мне так и не пришли. Врач, к которому меня отвели родители, сказал что я беременна. Как позже выяснилось, дядя Слава к тому времени уже успел продать квартиру и переехать куда-то, видимо ожидая что я все расскажу. Наверное, он бы удивился, если бы узнал что я так и не призналась родителям, кто на самом деле сломал мне целку, придумав историю о мифическом насильнике из подъезда. После этого мое влечение к полненьким дядям в возрасте только усилилось, и скоро со мной вновь случился похожий случай, в который я вляпалась уже будучи с животиком. Но это уже совсем другая история…