Искушение-7. Часть 1

     Глава двадцать пятая.

     

     Забавно. Словно я выиграла конкурс на лучший рассказ, отправилась в Париж и попала под машину. Подобно зашориной домохозяйке Кэти Палмер, героини из моей любимой старой голливудской комедии “Американская мечтательница” , превратилась в Ребекку Райн – супершпионку! Правда, Кэти поклонница детективного жанра.

     Хотя нет! Как насчет… Забыла! В общем, кто-то там, “… медленно расстегивает блузку Ребекки…”?!

     Если не в супершпионку, тогда – суперманьячку! Вот, уже несколько дней, думаю только о сексе. Приличные женщины, так не поступают. Я уверена! Наверное. Раньше мысли об этом, как и оргазмы, у меня были довольно редки.

     Как и Кети, по вечерам, или утречком, люблю нежиться в постели с книгой – мачо с голым торсом на обложке, любовным романом, написанным для нас – женщин! Или посмотреть мелодраму. Предпочитаю комедийную.

     Супруг героини голливудского фильма “Американская мечтательница” – зануда планировщик, мало чем отличался от дальнобойщика, если только тем, что был героине мужем. Кети превратилась в Ребекку и нашла свою любовь, а в кого превратилась я? Под какую машину попала и что нашла?!

     Для полной ясности рисую картинку! Я сижу на кровати, совершенно голая, думаю, бог весь о чем, – Кети Палмер, она же Ребекка Райн, да там ещё был злодей Виктор! Софи, присев предо мной в одной маечке и истекая влагой из открытой ко мне промежности, снимает с моей больной ноги компресс. Лёша, с только что обкончавшимся членом, пытается ей помочь, а она его отгоняет. Нежно отталкивая, ладошкой по нему же – опавшему члену.

     Нет, я попала не просто под машину, как минимум под фуру-рефрижератор дальнобойщика! Полнейший дурдом! Нелька в подобных случаях восклицает: “Девочки! Чему удивляться, где работаем?!”. Не в таких эпизодах, конечно, Неля так говорила, – сейчас был перегиб, неудавшийся авторский замысел, но мысленно я повторила её фразу, только без “девочки”. Прямо перед глазами стоял мальчик и, что странно, мне не было стыдно, не съедало стеснение, я думала о Кети получившей приз за отличный рассказ…

     – Вы, как хотите, а я под душ первая! – произнесла я, вставая, делая осторожный пробный шаг больной ногой.

     Боли не было. Обогнув Лёшу, я понеслась в ванную.

     – Стой! Танька! Я с тобой… – крикнула Софи.

     – Догоняй! . .

     Танька! Как было приятно услышать. Мы втиснулись в маленькую комнатку и закрыли двери перед самым носом Лёшки. Прямо, как девочки! Он бурчал, когда Софи нажала кнопку на ручке, закрылась, а я глянула на себя в зеркало.

     Волосы спутались, но лицо счастливое. Софи огладила меня по попе. Так сладко, не привычно…

     – Соня? – поджимая ягодицы, произнесла я.

     – Воду включи…

     – Ага, сейчас…

     Я крутанула краны, отрегулировала, переключила на душ. Софи скинула майку и забралась в ванну.

     – Сонь?!

     – Тань, перестань. Спрашивай уж! . .

     – Я всё время думаю о сексе…

     – И что?

     – Мне завтра на работу. Надо халат погладить, колпак накрахмалить, – носить одноразовые нам главврач не разрешает… Куча дел! Вас покорить нечем…

     – И что? . .

     – А я стою, вижу в зеркало, как ты подмываешься и…

     – Залазь…

     – Нет, ты скажи: это нормально?

     – Нормально…

     – Ты и в правду, так думаешь? Или повторила? Я тебе: скажи! – ты и сказала!

     – Нормально, если ещё пару дней…

     – А потом?

     – А потом – Новый год! . . Тебе больничный нужен?

     Я взобралась в ванну и обняла мокрую Софи.

     – Нет, Сонь… Можно, я тебя, так называть буду? Соней мне больше нравится.

     – Называй…

     – Я знаю, ты всё можешь, но не нужно, Сонь. Девчонки обидятся. Знаешь, как у нас под праздник, – самый главный, любимый, волшебный, не любят больничных. У всех на него свои планы, мечты, надежды, а тут я – всё им спутаю…

     – А нога?

     – Совсем не болит! Ты просто колдунья…

     Я неудобно переступила и так не вовремя сморщилась.

     – Повернись, – проговорила она. – Спину ополосну…

     Я повернулась, чувствуя на ягодицах горячие струи воды и её ласковые ладони. Меня никто так ласково не мыл, если только мама в детстве, но этого я почти не помнила. Можно ли сравнивать? . .

     Нет, необходимо отвлечься.

     – Слушай, Сонь! Ёлку нужно купить…

     – Выйдем из ванной. Позвоню. Тебе какую?

     Я повернулась и, обмывая под душем грудь, спросила:

     – Как какую?

     – Мало ли, например, голубую ель,

     – Сонь, ты чего?! Обыкновенную, зеленую-презеленую, с запахом хвои…

     – С базара?

     – Ага… – опустила я руки ниже.

     – Тогда Лёшку пошлем.

     – Он город плохо знает…

     – Помылась? Вылезай…

     Я покинула ванную, стянула с вешалки полотенце, обернулась, обыденно и привычно покривлялась у зеркала.

     Софи омылась. Закинула ногу на край ванны, но поставить её на пол, между мной и стиральной машинкой, оказалась некуда. Соня хоть родилась не во дворцах, но явно уже отвыкла от минимализма архитектуры моей квартиры.

     – Ой, как в одном полотенце выйдем? – всполошилась я.

     – Как и зашли…

     – Нет, я тебе сейчас принесу…

     Я выскользнула из ванной комнаты, давая ей место. Лёшы не было. То ли он на кухне, то ли в зале. Быстренько порывшись в своих “закромах” , я достала из шифоньера новое банное полотенце и тапочки, принесла, подала Софи.

     Мы вместе проследовали в прихожую.

     – Лёш, ты где? – спросила я.

     – Здесь… – раздалось из зала.

     – Марш в ванную! Свободна…

     В общем, в любовных романах обычно описывают, как они разделись, а мы наконец-то оделись. Я в длиннополый шелковый халат, Софи накинула пеньюар, а Лёша трико и рубашку. Сели на кухне завтракать. В пакете, что принесла Софья Павловна, было столько экзотических сладостей и фруктов! Обожаю киви! Остатки охотничьих колбасок, я достала из холодильника только для нашего общего мужчины.

     – Лёш, с двумя голыми бабами, ты не забыл про Новый год? – начала я, составляя грязную посуду в раковину.

     – Нет, те… Тань, не забыл. Что-то надо?

     – Надо… Ёлку…

     – Так он, наверное, города не знает? – сходу включилась в игру Софи. – Не знаешь?

     – Плохо…

     – Позвоню-ка я Насте.

     – Кому?! – произнесли мы с Лёшей, одновременно.

     – Насте…

     Софья Павловна снова потеряла свой телефон. А где тот, что она мне подарила? Неужели такое заразно?

     Мы, наперегонки, пустились искать, чей найдем первым. Про сотовый Софи, – не свой, я вспомнила почти сразу, он остался под подушкой в спальне. Принесла с величавой укоризной в глазках, какая же ты растяпа Сонька!

     Общее мытье в ванной сближает. Вы не знали? Обязательно проверьте мою правоту.

     – Настя! Доброе утро, моя милая, – проговорила Соня, набрав номер. Лёша хотел покинуть кухню, но она жестом остановила – Ты сегодня свободна? Не сомневалась… Пару часов уделишь одному кавалеру? Какому? – она глянула на смущенного Лёшу. – Стеснительному… Очень… Да… Да… Тогда посылаю к тебе Игорька… Не прощаюсь…

     На секунду Соня превратилась в Софью Павловну, женщину, которая знает, чего хочет и чего хотят от неё. Выбрав из списка другой номер, она снова поднесла сотовый к уху.

     – Игорёк?! Я знаю, что ты во дворе… Когда тебя должны сменить? Через сорок минут? Нет, – это долго! Поезжай к Насте и привези её сюда. Ты чье тело охраняешь, юноша?! Делай, что тебя велю я, а не мой начальник охраны! Ладно, ладно… Ой, расписал, словно ягоду-малину… Простила. Обернешься за полчаса, и говорить будет не нужно. Обещаю, никуда не выходить, двери никому не открывать… Всё… Жду…

     Пока Софи разговаривала с охранником, я подошла к кухонному окну и, через застекленную лоджию, осмотрела пустой двор. Стояло лишь несколько, давно мне знакомых соседских автомобилей и “Ситроен” Софи.