Искушение-3. Часть 4

     Глава одиннадцатая.

     

     Из ванной я вышла с любопытством. В халатике, босяком. Мягкие тапочки, зайцами, надевать не стала. Несмотря на милый вид, как-то они не гармонировали с моими игривыми глазками и, оказались, не под цвет халата. Второпях схватила жёлтенький, а тапочки голубенькие. И ладно…

     До жутиков, хотелось взглянуть на Лёшу, пока он не спрятал впечатление от увиденного за безразличное лицо. Как я и предположила, он мялся на кухне, его долговязое юношеское стеснение не знало, куда себя деть.

     — Лёш, ты чего? — спросила я, вкидывая мокрые волосы, покрывая их полотенцем.

     — Тёть Тань, я ничего не видел… — не решаясь поднять глаза, ответил он. — Тёть Тамара мне говорила, чтобы я не подсматривал. Это вышло случайно…

     — Ещё, что она тебе говорила? — улыбнулась я.

     — Что к вам может придти или приехать мужчина, и тогда я должен придумать причину и уйти погулять. Ненадолго…

     — Так и сказала: «ненадолго»?

     — Дословно, тёть Тамара сказала: «Немного погуляй и не задавай вопросов о мужчине, по возвращению».

     — Лёш, посмотри на меня, — муркнула я. Он, с усилием над собой, поднял глаза. — Мы живем в одной квартире, и, как видишь, — не дворец. Комнат всего две, ванная — одна, туалет один, и, время от времени, будет происходить то, что и произошло. Не парься, — ладно?

     — Ладно… — ответил он.

     То ли от того, что тётя Таня вовсе не собиралась изображать саму нравственность, то ли, что девчонкой задвинула: «не парься…» , — Лёша повеселел. Мне самой от этого сленгового словечка стало как-то легко находиться главной героиней в «стреляке» засветами.

     Игра на грани фола для меня была новой, ещё неосвоенной, но вот как-то так, на инстинкте самки, я прошла первый уровень и попала на второй. Лёша изменился, или я? . . Глядя друг другу в глаза, мы рассмеялись.

     — Так, Лёш, твои трико и трусы, я выстирала, хоть ты от меня их и запрятал. Висят в лоджии. Уже вымерзли. Занеси, а то я из ванной.

     При упоминании о трусах, Лёша снова зажался, но мой взгляд — договорились же! его обезоружил и он потянулся к верхнему шпингалету балконной двери, по босым ногам повеяло холодом.

     — А я пока оденусь, Лёш…

     Легкая, как птичка, я выпорхнула из кухни, прихватив из прихожей сумку. Вспомнила, что там лежит моя вчерашняя покупка, спрятанная за пакетом с медицинским халатом. Отодвинув его в сторону, я поддела пальчиками ручки сумки и подалась в спальню.

     Веб-камеру спрятала в шифоньер, присоединить, настроить, не было времени, я лишь на секундочку присела к компу. Открыла сайт знакомств — послание Лёши. Сгорая от любопытства, прочитала: «Привет, Лукреция! Я Алексей. Ты очень сексуальная! . .».

     — Лёша! Как банально? — ответила я вслух и, прикусив губу, осеклась. — Над риторикой нужно поработать, — шепнула и, порхая пальчиками, отстукала на клавиатуре: «Очень приятно слышать, Алексей. Ты тоже ничего…».

     Игриво поморщилась, выказала язык. Отобразила мимику настроения в ответе — смайликом. Послала электронный воздушный поцелуй.

     — На сегодня хватит… Пока, пока…

     На кухню сексуальная Лукреция вернулась тётей Таней. Правда, не совсем тётей — в черных обтягивающих джинсах с замочками на округлой попе, железными висюльками на собачках, в виде клыка, в шелковой кофточке — подчеркнутая узором грудь. Меня так очень молодило, но последнее время я редко надевала наряд «аля девушка» , не было должного настроя. Интернет-ловелас Лёша смотрел на меня заворожено, но рот был зарыт…

     Я покружилась у трюмо, кокетливо всполошилась.

     — Ой, Лёш! Сколько времени?

     — Одиннадцать скоро…

     — Пьем с бутербродами чай, и я убегаю…

     При последнем слове, я вскинула взгляд на Лёшу, но он не спросил — куда? И правильно.

     Я быстренько наделала бутербродов. Положила ему на тарелку охотничьих колбасок, вскипятила чай. В руках всё спорилось. Себе я открыла фруктовый йогурт, почерпнула из пластикового стаканчика чайной ложечкой.

     — Хочешь? Открывай рот…

     Ложку ему, ложку себе, мне так понравилось его кормить!

     — И почему, я не кошка?! — проговорила, когда йогурт закончился. — Так бы язычком всё и вылизала…

     Разыгралась! Лёша засмеялся…

     — А вы похожи, тёть Тань…

     — Даааа! И чем?

     — Глаза у вас…

     — Кошки?

     — Красивые…

     — Посуду, всё равно, помоешь, льстец! Я побежала…

     Свитер, сапоги, куртка, вязаный берет, два оборота шарфа…

     — Буду вечером. Не скучай…

     Оздоровительный центр встретил меня улыбками персонала. Люда умела подбирать сотрудников, в поисках хозяйки, я не встретила ни одного хмурого, недоброжелательного лица. Узнав, что она в массажном кабинете под номером пять, я оставила верхнею одежду в раздевалке и туда заглянула, предварительно постучав.

     — Да, входите… — услышала я Люду.

     Вошла. Точнее попыталась.

     Людмила, в беленьком костюмчике, похожем на медицинский — широкие брючки и пиджачок с коротким рукавом, стояла у стеклянного столика, уставленного разными флакончиками. Рядом с ней находился мужчина, или скорее мужчинка, — стройный жгучий брюнет, в джинсах низкой талии и рубашке с выточками, идеально уложенными волосами.

     — Люд, мне подождать? — машинально прикрывая дверь, оставаясь вне комнаты, спросила я.

     — Нет, нет, Тань, заходи… Андрюсик уже уходит…

     Я подняла глаза к потолку. «Андрюсик, да?!» , — мысленно перекрестилась и, толкнув двери, сделала вторую попытку.

     — Как договаривались, Люд, — кивнув Андросику, здороваясь, произнесла я.

     — Так я поехал, Людмилачка Алексеевна… — проговорил массажист, не проявив ко мне интереса, буквально проигнорировав. Меня это задело, немного…

     — Да, да, езжай. Клиентка два раза уже звонила… — ответила ему Люда.

     Проводив Андрюсика, она закрыла двери на ключ. Я выдохнула.

     — Привет, подруга.

     — Привет…

     — Снимай одежду. Чего стоишь? — вернувшись к столику, натягивала медицинские перчатки, проговорила она.

     — Совсем?

     — То есть — абсолютно! Раздевайся и садись в кресло. Ноги вверх — лягушкой…

     — Может не надо, Люд. Я как-то передумала.

     — Перестань! Никогда у гинеколога не была?

     — Была…

     — Вот, и садись. Сначала нужно удалить корни волос.

     Я обреченно разоблачилась до абсолютно, уселась в кресло, раскинулась. Люда со знанием дела осмотрела мою за тридцать промежность, от чего я почувствовала спазм…

     — Танька! . . Расслабься. Чего зажалась? Шугаринг, пилинг и ты просто девочка! Сейчас, на водяную баню, сахар поставлю и начнём.

     Люда разогрела сахарную смесь, скатала из неё шарик.

     — Будет щекотно.

     Я зажмурилась. Люда размазала шарик на половых губах, дернула. Вас когда-нибудь счищали за самое нежное место?! Я ойкнула! Ноги сами судорожно пошли на сжатие.

     — Тебя что, привязать?

     — Прости, Люд, я не хотела.

     — Выше ноги! Таз вперед. Где наш шоколадный глазик?

     — Людка! Перестань! Я сейчас от стыда провалюсь!

     Совершенно не обращая внимания на мои телесные и душевные страдания, Люда рассматривала меня там куда я и мужика не подпускаю, и скатывала из вареного сахара новый шарик. Продолжение «сладкой» муки следовало.

     — Выдохни… Будет сильно больно…

     Люда заклеила мне анальное отверстие, дернула…

     — Аааааа! . . — взревела я, ртом хватая соленую слезу.

     — Горячим воском больнее, — успокоила она меня, снова скатывая шарик…

     Я покорилась. В конце концов, красота требует жертв — от женщин, и эти возвышенные слова не кажутся уж такими театральными, избитыми, когда сидишь на кресле, похожем на гинекологическое, в позе лягушки, подвергая укромное нежное место Бразильской эпиляции…

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]