Игры мамы-2. Часть 2

     – А теперь давай посмотрим, умеет ли эта маленькая сучка сосать!

     Немного отстранившись она поднесла к моему рту розовый фалоимитатор. Он был похож на мой член, но не в пример больше и толще. Я не знал что делать.

     – Лизни его, – приказала мама, поняв моё замешательство.

     Я высунул язык и осторожно лизнул его.

     – Лижи не останавливайся, по всей длине!!!

     Я стал облизывать головку фалоимитатора, касаться его губами, водить языком до основания и обратно.

     – Поцелуй его!

     Я коснулся головки губами.

     – В рот его возьми, шлюха!

     Я приоткрыл рот, а мама впихнула его в меня, так что его головка оказалась полностью у меня во рту.

     – Теперь облизывай его!

     Я попытался облизнуть головку в ротовой полости, но она была очень большая и мне с трудом удавалось шевелить языком.

     – Соси его!

     Я обхватил фалоимитатор губами и сделал сосательное движение. Мои щёки вжались.

     – Да, шалава, соси его, ещё, ещё!

     Мама начала двигать фалоимитатором вперёд-назад, а я в такт её движениям сосал головку, активно облизывая её при случае языком. Наконец мама вынула его из меня.

     – Понравилось?

     – Не очень, – ответил я – вкус какой то неприятный. Синтетический.

     – Ну это мы сейчас исправим, – сказала мама, развернув фалоимитатор головкой к себе и направляя его себе между ног. Я следил за её движениями, а она смотря мне в глаза раздвинула свои ножки и погрузила фалоимитатор себе между ног. Я смотрел во все глаза, пытаясь рассмотреть что там у неё, но освещение не позволяло что либо разглядеть. Сделав несколько возвратно-поступательных движений, тяжело и возбуждённо дыша, она вынула его из себя и, перехватив, поднесла его к моим губам.

     Фалоимитатор, в свете бра блестел по всей длине от маминых соков. Я взглянул маме в глаза и открыл рот. Головка фалоимитатора погрузилась мне в рот и я начал жадно облизывать её, а когда она заполнила весь мой рот, я стал посасывать её как леденец. Вкус был немного терпким но приятным. Я упивался посасывая и облизывая его. Мама снова стала двигать его взад-вперёд, иногда вынимая его полностью и тогда я слизывал её соки со ствола фалоимитатора, а потом снова вставляла его, потрахивая им мой рот. Сося его, я издавал причмокивающие звуки, которые сильно возбуждали маму, я чувствовал это. Не переставая двигать им, она снова взяла фотоаппарат и сделала несколько снимков того как я обсасываю и облизываю фалоимитатор.

     Отложив фотоаппарат, она продолжила играться с моим ротиком, водя головкой фалоимитатора по моим губам, вводя его в рот и потрахивая его. Вторая её рука легла мне на затылок и начала гладить меня по волосам. Её прикосновения были нежными, а поглаживания приятными.

     В очередной раз немного вынув головку искусственного члена из моего рта, она снова ввела его, но не остановилась и надавив на него попыталась просунуть его дальше. Я широко открыл глаза и отклонился, но её ладонь, которая поглаживала мою голову надавила мне на затылок.

     – Глотай!

     Я попытался заглотнуть, но закашлялся. Мама тут же вынула фалоимитатор из моего рта. Он был весь в моих слюнях, а я откашлявшись и отдышавшись посмотрел на маму.

     – Давай ещё разок. Открывай рот.

     Я послушно открыл рот и она начала водить фалоимитатором взад-вперёд. Её вторая рука снова легла мне на затылок.

     – Когда я скажу – вдохнешь, и сделаешь глотательное движение. – проинструктировала она меня. Понял?

     Я чуть заметно кивнул. Она сделала ещё пару движений фалоимитатором и скомандовала “Глотай!”, надавив на исскуственный член и одновременно на мой затылок. Я заглотнул. Секунда, и фалоиммитатор покинул мою глотку. Я снова закашлялся.

     – Отлично! теперь на камеру! – сказала с улыбкой мама, – только подбородок повыше!

     Она взяла фотоаппарат и поднесла его к своему лицу.

     – Готов? – спросила она.

     Я кивнул головой, продолжая сосать головку фалоимитатора.

     Сделав два подготовительных возвратно-поступательных движения, мама скомандовала “Глотай!” и надавила на фалоимитатор. Он упёрся мне в глотку. Теперь ладонь мамы не помогала мне на затылке. Я сделал глотательное движение и он проник мне в глотку.

     Секунда: Другая: Мне показалось что прошла вечность, а вспышки всё не было. Я зажмурился. Наконец вспышка озарила мои прикрытые веки, щёлкнул фотоаппарат и я снялся с члена выплюнув его.

     – Отличный снимок! – сказала мама, пока я кашлял и пытался восстановить дыхание. К горлу подступила тошнота.

     Дождавшись пока я отдышусь, мама приказала мне встать около занавески, которая закрывала балконную дверь, а сама встала с фотоаппаратом в другом конце комнаты.

     Я встал с кровати и поплёлся к указанному месту. Мне мешались трусики на коленях. Я вопросительно взглянул на маму.

     – Нет, не снимай, так и иди! – ответила на мой взгляд мама.

     – Развернись ко мне спиной, приподними трусики выше колен, расставь ноги, чтобы они там растянулись, прогни спинку и поверни ко мне своё лицо. – приказным тоном сказала мама.

     Я повиновался.

     Щёлк.

     – Теперь возьми в руки подол платья и приподними так, чтобы открылась твоя попка.

     Я встал, так как велела мама.

     – Немного повернись, так чтобы члена и яичек видно не было.

     Я понял, что она хочет чтобы я максимально был похож на девочку.

     Щёлк.

     Она подошла ко мне, развязала фартук, сняла его, потом расстегнула платье и помогла снять его, бросив его на кровать.

     Снова отошла, взяла фотоаппарат.

     – Встань спиной, обернись и смотри в объектив.

     Я с бантами на голове, в одних гольфиках, маечке и со спущеными трусиками обернулся к маме. Меня очень заводила эта фотосессия и мой член уже давно стоял колом и уже начинал побаливать от напряжения.

     Щёлк.

     – Теперь развернись ко мне лицом.

     Сделав несколько шагов вперёд, чтобы в объектив не попадало то что у меня ниже пояса, мама сфотографировала меня, мою заляпанную в местах сосков маечку.

     – Снимай с себя всё, кроме гольф.

     Я сдвинул ноги, трусики упали и я просто перешагнул через них, потом стянул с себя маечку.

     Щёлк. Мама сфотографировала мою грудь.

     – Ложись на кровать, ноги в коленях согни, разведи ноги в стороны.

     Щёлк.

     Я смотрел на мать. Она возбуждённо дышала. Через ткань её шёлкового халата отчётливо проступали её возбуждённые соски. Я понял, что лифчика под халатом нет, впрочем как и трусиков. Значит она стоит передо мной в одном халатике и чулках.

     Мама отложила фотоаппарат, подошла к трельяжу, пошарила в его ящиках, достала маску на глаза для сна и бросила её мне.

     – Надевай, да так, чтобы ничего видно тебе не было. Смотри! Я проверю!

     Я надел. Через секунду почувствовал, что мама залезла на кровать и тут же её горячее дыхание на своём лице. Проверяет как я надел маску, догадался я. Послышался шелест шёлкового халата. Мама осталась только в чулках.

     Мои губы почувствовали касание возбуждённого маминого соска. Я принялся, по аналогии с искусственным членом, водить по нему языком, щекотать его, посасывать. Мама тяжело дышала и постанывала. Вскоре она поднесла к моему рту другой сосок, а мою правую руку взяла за запястье и положила на освободившийся сосок. Я начал щекотать его, покручивать и пощипывать.

     – Да, сильнее ущипни! И прикуси второй! – послышались мамины стоны.

     Я прикусил один сосок и ущипнул второй. Послышался протяжный мамин стон удовольствия. Наконец её грудь покинула мой рот, и мама прошелестела где то в районе моего лица. Я почувствовал запах её влагалища. Я помнил как пахли её соки на фалоимитаторе. И тут она опустилась своим влагалищем на мой рот. Влагалище было влажным и я начал активно вылизывать его. Я лизал лепестки её половых губ, проникал языком вглубь. Мама сделала движение бёдрами и мой язык коснулся горошины её клитора. Я начал играться с ним как до этого игрался с сосками её груди. Я облизывал его, щекотал языком, всасывал в себя и слегка покусывал. Мама шевелила бёдрами, тёрлась о мой рот и подбородок своей влажной киской. По моему подбородку стекали её соки. Я обхватил маму руками за ягодицу и стал мять их. Мама стала ещё активней елозить на мне. Она уже не пыталась сдерживать свои стоны и они сильно возбуждали меня.