шлюхи Екатеринбурга

Две сестры. Часть 2

     Сначала мы посрала в рот моему любителю говна. Мэри в это время вывалила небольшую кучу, которую тут же разобрали. Через несколько минут все перестали трахаться, ибо все срали на тарелку, поскольку хотели сделать из Китти статую из говна. Абсолютно все навалили около девяти-десяти килограмм, точно не знаю, там ведь немного другие единицы измерения, я пока не научилась точно переводить их… Неважно, в общем именно меня пригласили быть скульптором. Я с радостью взялась за это дело. Начала я с тарелки физрука, не знаю почему, наверно потому, что из всех самцов в этом зале у него было самое вкусное говно. Я зачерпнула говна на ладонь и плотным слоем намазала его на лицо Китти, ничего не упуская – лоб, виски, брови, веки глаз, щеки, нос, переносицу, губы, уши, подбородок. Потом, все еще пользуясь говном физрука, я намазала волосы, не оставив без внимания ни одной волосинки. Потом последовала тарелка главного парня, кстати, его зовут Майкл. У него было одно из самых невкусных говно. Но Китти было пофиг, она балдела от любого говна. Она уже получала оргазм и боролась сама с собой, что бы не начать слизывать говно с лица. Я густо намазала ей шею, не оставляя ни одного участка чистой кожи. На лице у нее белели лишь глаза, а так она была настоящим негром. Точно так же, плотным слоем я намазала и шею, спереди и сзади. Потом последовало тарелка с говном Джорджа, моего постоянного говноеда. Им я намазала плечи и верх спины. Потом последовало говно Сэм, самой красивой старшеклассницы, им я обмазала руки и подмышки – от плеча до локтя, даже между пальцев и на ногти нанесла слой говна. Я уже успела кончить один раз, но что творилось с Китти, я даже представить не могу, она явно уже была в непрерывной нирване. Потом последовало говнецо Линды, у которой тоже было весьма неплохое говно. Им я очень тщательно обмазала грудки Китти, которые только недавно начали формироваться, и еще не были такими большими, как у старшеклассниц. При этом я еще умудрилась пососать сосочки подруги. Она все стонала и боролась с собой, чтобы не слизать говно с рук и лица. Надо сказать, что она уже была на грани срыва. Все остальные заворожено наблюдали за нами и активно дрочили и мастурбировали. Затем последовала тарелка нашего толстячка Томи, который навалил самую большую кучу из всех мужиков. Им я обмазала всю спину от лопаток до копчика и живот от грудей до лобка. Ну и бока естественно. Все тело выше пояса у Китти было уже стопроцентно черно-коричневым, не одного белого клочка, кроме яблок глаз. Началось самое интересное – какое говно я выберу для писечки и попочки моей Китти. Тут я выбрала говно одного пятнадцатилетнего парня по имени Серж, в которого была немножко влюблена…

     -“Немножко влюблена”? – усмехнулась Лера, которая уже втихаря кончила, не притрагиваясь даже к клитору.

     -Ага, немножко, – впервые покраснела Лена, – ну неважно, в общем, говно Сержа пошло на киску и заднюю дырочку Китти. Я точно знаю, что когда обмазывала киску Китти, та кончила, поскольку говно внезапно размягчилось и потекло из писи. Взяв очень твердую какашку, я вогнала ей его в кишку, от чего та чуть в обморок не грохнулась, еле удержавшись на ногах. Обмазав ягодицы, я приступила к ногам. На это пошло говно остальных девушек и парней, которые накакали не очень много. Когда было покончено со ступнями, я использовала говно малолеток, чтобы исправить несколько пропусков, или где кожа часто сгибалась – на сгибах локтей, коленок, между ног.

     После моей работы всем на обозрение предстал черно-коричневый негр, потрясающе красивая девушка из Африки, при этом дивно пахнущей смесью самого разного говна. Все устроили и мне и новой статуи самую бурную овацию, на которую только могли быть способны. Я была тогда очень счастлива, хотя и не знала, что день Маркиза де Сада еще только начинался.

     Для Китти устроили самое настоящее испытание, она должна была простоять в своем виде не меньше двух часов и украшать комнату, стоя посередине стола, на котором еще три часа назад чинно кушали родители старшеклассника.

     Настоящая содомия началась после того, как Майкл решил начать свои самые любимые мазохистские игры со своим нечувствительным членом. Вначале он попросил принести обычные швейные иголки. Но в доме нашлись только от швейной машинки. Но Майклу они нравились еще больше, так как они были гораздо толще и острей. Ну так вот, он сидел в кресле, а сидящая на коленях девочка, только неделю назад принявшая инициацию, должна была вогнать ему иголку по самое ушко. Девочка очень испугалась, она видимо только сейчас услышала о любимом развлечении Майкла. Но, тем не менее, справилась хорошо, Майкл явно получил удовольствие, когда девочка вогнала ему иголку. Я стояла довольно далеко, и всех деталей не видела, но увидела блеск кончика иголки, которая на пару миллиметров выглядывала из головки члена. Это было что-то, я впервые увидела, как он развлекается со своим членом. До этого он максимум требовал как можно сильнее покусывать член при минете, но чтобы вот так, иголку прямо в головку… Следующая девочка точно так же устроилась у него на коленях и вогнала ему иголку уже не в головку, а в сам ствол. Причем она явно попала ему в какой-то нерв, поскольку он застонал и чуть не кончил.

     -Вот это да! Бывают же извращенцы! – восхищенно сказала Лера.

     -Да. Но на этом он не остановился. Ему девочки вогнали еще пять иголок. Кстати, все иголки промывались спиртом, да и на сам член была вылита половина бутылки водки. Потом он попросил достать из его портфеля очень тонкий металлический стержень. На этот раз “операцию” проводила старшеклассница, имевшая опыт с этим инструментом. Я когда увидела, что она делает, чуть в обморок не свалилась. Представляешь, она этот стержень медленно, но верно засовывала… как это… в мочеиспускательный канал, во! Представляешь? И весь этот стержень, который был наверно сантиметров тридцать, не меньше, она почти полностью вогнала ему в член! При этом Майкл явно получал совершенно неземные удовольствия. Выглядело это очень сильно – в восхищении были абсолютно все, в том числе и физрук. Но потом начало происходить еще более сильное действо – эта самая старшеклассница, вогнавшая Майклу стержень, что-то шепнула ему на ухо, и он довольно улыбнулся. Майкл встал со своего кресла и в него легла эта девушка, как я позже узнала, ее зовут Анна. Майкл что-то достал из своего рюкзака, это оказались шприцы. Я сейчас же подумала, что все накачаются наркотой, но, слава Богу, пронесло. Майкл отцепил иголки от шприцов и начал осторожно протыкать верхние половые губы девушки. Выглядело это очень сильно. Поскольку иглы были довольно длинные, он как бы сшивал губы иголками. Причем девушка явно была на восьмом небе от счастья, минуя седьмое. Потом она что-то еще сказала, и Майкл, отделив от шприцов еще несколько иголок, стал протыкать ей соски ее довольно больших грудей. Это было уже слишком для девушки, он забилась в конвульсиях оргазма и бурно кончила.

     Примерно пол часа все отдыхали, валяясь кто-где, лишь Китти продолжала стоять статуей на столе. Вялые разговоры если и велись, то только о статуе. Я понимала, что все отдыхают для продолжения вечера, а там и ночи. Майкл и Анна в это время вытаскивали иголки и стержень, причем, удивительно, крови почти не было. Как объяснила мне Мэри, лежавшая рядом со мной, у них уже настолько там все загрубело, что боли они практически не чувствовали. Но при первом разе, да, крови было столько, что просто непонятно, как они сумели сохранить свои органы в боевом режиме без участия врачей.

     Когда, со всей аккуратностью, Анна вытащила стержень из члена Майкла, начался следующий этап развлечений, точнее продолжение конца первого. Всех “малолеток” обоих полов (кроме Китти) , в число которых вошла и я, поставили в ряд раком. Наши попочки находились в полной власти ребят и девушек. Сначала они делали “пуговки”, играли с нами в некое подобие нашей больнички. Брали пустой шприц и как бы делали укол в ягодицу. Ты знаешь, это очень приятно.

     -Да, мне в больнице делали пуговку, это очень приятно, – сказала Лера.

     -Да, ну так вот, это было лишь начало, причем еще, весьма приятное. Сделав пуговки, ребята придумали следующее развлечение – сделать нам мочевую клизму. Парни выпили уже изрядно, и мочевые пузыри у них были наполнены до отказа. Они вставили члены в наши анусы, мне, слава богу, достался довольно маленький член, и начали писать нам в кишки. Что это было за ощущение! Сначала это очень приятно – тепленькая водичка заполняет твою прямую кишку… Но потом началось немного больно, начал распирать живот. Через несколько секунд стало вовсе невыносимо держать в себе мочу, да я и чувствовала, как она, не вмещаясь в кишке, начинает тоненькими струйками спускаться по моим ляжкам. Тогда парень сильно напрягся и остановил поток мочи. Я думала, что все, это конец, но не тут-то было. Он сильно сжал мои ягодицы и не дал мочи вырваться из моей попочки. Он вставил мне член во влагалище и продолжил писать! Сначала было опять приятно, но потом все повторилось. Правда моча была уже на исходе, и ее было гораздо меньше. Приказав мне держаться как можно больше, он сжал рукой мое влагалище, не давая мочи выйти наружу. Меня элементарно распирало, я вообще не понимала, как я еще не лопнула. Но я как-то держалась, держались и остальные девочки и мальчики. Майкл писал в попку тому самому мальчику, который обладал удивительной способностью принять его член. Когда последний парень закончил писать, к еле державшимся малолеткам подошли девушки. Ко мне подошла моя Мэри, что меня очень обрадовало. Она впилась губами в анус, и я его расслабила. Мощный поток мочи и остатков говна брызнул ей в рот и на лицо, но потом она поймала струю и не промахивалась. Она еле успевала глотать, но пила мочу парня, смешавшуюся с моим говном. Когда поток из попочки иссяк, Мэри легла на спину подомной и широко открыла рот. Парень убрал ладонь с моего влагалища и оттуда хлынул новый поток мочи, который гораздо больше обрызгал девушку, моча попала ей на лицо, грудь, немного на живот и влагалище. Неимоверно мастурбируя себе, она пила мочу парня, перемешанную с моей собственной мочой, которую я выпустила из своего пузыря. Ощущения были самыми прекрасными, когда столько воды выходит из тебя. Не помню, кончила я или нет, но чувства были самые приятные. Потом нас уложили на спину, а Мэри простроилась своим влагалищем мне на лицо. Я догадалась, что сейчас будет и пошире открыла рот. В глотку мне брызнул мощный поток самой вкусной мочи, которую я только пробовала. Я пила в школьном туалете много мочи, но она была по большей части мужской и противной, либо совершенно безвкусной моих сверстниц. А вот моча Мэри – просто что-то! Чуть солоноватая приятного оттенка светлого пива, не то, что у парней – как темное пиво, терпкая, горькая, темного цвета. А тут – был самый натуральный золотой дождь. Я поняла, что теперь помимо Китти обладаю еще одной подругой – Мэри. Теперь мы втроем могли устроить у нас дома самые настоящие сладострастные и извращенные игры. О них я тебе расскажу позже.