Алиада, жрица ВакХалла (2 часть)

Уважаемые читатели, предупреждаю, ближе к концу будут встречаться сцены насилия.

— волнуешься? — рука мастера выводила тонкие линии рун на бархатной коже Алиады. Ее левое плечо до локтя покрывала вязь причудливых узоров.

— немножко — призналась брюнетка — дядя Сиварт, я боюсь разочаровать матушку.

— не бойся — черноволосый мужчина, лет тридцати пяти на вид, улыбнулся уголками глаз и успокаивающе погладил девушку по щеке — ты прекрасно справилась утром, жаль я был в городе и не видел. Служители целый день только и обсуждают твои способности.

— мне так понравилось! — оживилась Алиада — мастер, вы бы видели, когда Адан извергся в матушку… Это было… — она пыталась подобрать слова для своей восторженной речи — Это было так вкусно и так волшебно.

— верю- Сиварт смазывал свое творение розовым маслом — мы закончили, на первый раз я нанес самые основные руны. Теперь ты станешь выносливее в любовных утехах, ты не понесешь потомства, если сама этого не пожелаешь, твоя задняя дырочка теперь гораздо пластичней и чувствительней, да и в целом все эрогенные зоны значительно восприимчивее…

— Дядя — улыбнулась брюнетка, перебивая инструктаж — спасибо, я знаю значение всех известных рун и оберегов, не перечисляйте. У меня есть одна только просьба.

— какая? — удивился мужчина.

— не пропустите сегодняшний вечер, и войдите в число моих первых любовников — Алиада сверкнула глазами — я должна вас отблагодарить.

— я обязательно приду — заверил он девушку, и поцеловал ее пухлые губы. Сиварт поднялся, расправив широкие плечи, и юная нимфа с жадностью впилась глазами в его мускулистый, расписанный от шеи до пояса, торс. Ей безумно хотелось схватить застежку повязки, скрывавшей предмет женских желаний, но она поборола этот порыв, и попрощавшись, вышла из мастерской.

Оставалось всего пара часов, прежде чем гости соберутся в праздничном зале, и вечер начнется. Это время Алиаде предстояло провести в компании младших жриц, которые разомнут ее тело, умаслят кожу и облачат в праздничные одежды.

Девушка вошла в полную пара купальню, улеглась на знакомое, теплое ложе, где еще недавно придавалась ласкам матери.

Прекрасные обнаженные красавицы обступили ее с разных сторон, а их опытные руки стали массировать нежную кожу, втирая ароматные масла.

Дочь верховной жрицы закрыла глаза, и мысли о грядущем наполнили разум.

Гости прибывали каждую минуту. Поместье буквально гудело, словно растревоженный улей.

— Эос, Ника, продолжайте встречать гостей, нам с Вилантисом нужно обсудить кое какие дела — Тиида отдавала указания старшим детям, держа под руку приземистого краснощекого мужчину пятидесяти лет. Это был наместник Виидоса. Низкорослый, широкий в боках мужчина, с квадратной бородой. Он плотоядно смотрел на прекрасную Нику. Та отвечала многообещающим взглядом.

— конечно матушка, мы проследим тут за всем — отозвался Эос.

— у тебя прекрасные дети — произнес мужчина, когда хозяйка поместья закрыла дверь небольшого кабинета у себя за спиной.

Несколько удобных кресел располагались вокруг низкого столика. На нем стояла ваза с фруктами, два кубка и графин с вином.

— спасибо — приглашая гостя присесть, кивнула Тиида — у тебя были важные новости? Выпьешь?

— не откажусь — жрица наполнила кубки и села напротив собеседника. Вилантис откусил кусочек инжира, и сделал глоток — новости тревожные. Северяне ослабили натиск на побережье, и укрепляют свои позиции. Около пяти сотен их кораблей ушли в море в неизвестном направлении. Совет ожидает удара на незащищенные берега.

— до нас от моря не меньше недели хода — невозмутимо ответила жрица, поставив свой кубок — и ближайшие прибрежные районы заканчиваются отвесными скалами. Мы в безопасности.

— я бы не был так уверен. Твой храм пусть и мал, но влиятелен и знаменит. Его падение будет сильным ударом по вере.

— ты не за это переживаешь, а за то, что твой маленький город придет в запустение, если тут не будет меня и желающих отдохнуть под моей крышей, так что не начинай про веру — жрица недовольно отвернула голову, разглядывая картины, украшавшие стены.

— пусть так — улыбнулся наместник — но какая разница? Суть от этого не меняется. Мы все проиграем если инквизиция доберется сюда.

— я не стану отменять сегодняшний праздник только из-за твоих подозрений. Алиада обладает большим потенциалом. Я не расстрою ее этой новостью.

— послушай меня! Три дня назад я послал конных до Сигмы. Они должны были вернуться сегодня утром, но их до сих пор нет. Нужно уходить и немедленно, или вы можете отменить все, и сказать, что отвергли ВаКхалла! Это тоже выход.

— разговор окончен — жрица встала, распахнула двери — насладись сегодняшней ночью. Завтра утром я провожу тебя в город. Сейчас меня ожидают гости — Тиида плохо скрывала раздражение, вызванное его словами.

Вилантис подошел к двери и обернулся к хозяйке

— завтра может не наступить — бросив эти слова, наместник покинул комнату.

Около двух сотен гостей собралось в праздничном зале. Много, учитывая текущее положение дел, хотя в былые времена стены дома вмещали до тысячи человек.

Люди расселись за длинными столами, ломящимися от вина и всяческой снеди.

— славься ВакХалл, и да даруй нам сегодня новую жрицу! — Тиида объявила о начале праздника. Дружным хором, собравшиеся вознесли хвалу ВакХаллу, хозяйке дома и ее детям. Полные кубки взмыли вверх, расплескивая вино.

Гости смеялись и веселились. Угощения таяли с огромной скоростью.

Жрица, скрывая тревогу, смотрела на пустые скамьи, предназначавшиеся для наместника и его свиты.

— мама, пора начинать — прошептал ей на ухо Эос.

Тиида, отвлеклась от неспокойных мыслей, осмотрела остальных гостей.

Действительно, то тут то там, какой-нибудь прихожанин уже тискал в объятиях соседку или соседа. Публика созрела.

— Друзья! — хозяйка поднялась со своего места, спокойный голос, несмотря на веселый шум собравшихся, разнесся по всему залу. Взоры обратились в сторону жрицы — благодарю вас, что в этот трудный для всех час, вы не оставили нашей веры. Сегодня моя младшая дочь станет полноправной жрицей. Мы собрались здесь ради нее. И да одарит ее ВакХалл своим огнем в ответ на нашу любовь.

Зал наполнился одобрительным гулом и ударами кубков.

Столы были отодвинуты к стенам, и служители расставили удобные диваны, пуфы, кресла. Расстелили мягкие, ворсистые ковры.

Пол посреди комнаты пришел в движение, разъезжаясь в стороны, и через образовавшийся провал стало медленно выдвигаться огромное ложе.

Среди подушек, в центре исполинской кровати, расположилась Алиада. Зрители восхищенно пожирали глазами ее идеальное тело, блестящее от пропитавших кожу ароматных масел.

В Черных волосах красовалась изящная диадема, с ярким рубином в оправе, изображавшей солнце.

Миндалевидные глаза были ярко подведены. Щеки светились румянцем, а губы пылали красным, словно спелая вишня. Шею украшало колье. Огромный изумруд, закрепленный в оправу из белого золота, напоминавшую причудливый цветок, уютно расположился между нежных, округлых грудей.

Аккуратные сосочки зажаты клипсами. С каждой свисала тоненькая цепочка, заканчивающаяся небольшими рубинами. Под тяжестью драгоценных камней сосочки были слегка оттянуты.

Пупок проколот, и его впадинку закрывал еще один изумруд.

Стройную талию опоясывала тонкая цепь, удерживающая неширокую полоску ткани, спускавшуюся до клен. Материя была прозрачной и легкой. Сквозь нее был виден гладкий лобок. Левую руку обтягивала тонкая перчатка чуть выше локтя. Ноги оплетены легкими сандалиями.

Будущая жрица изящно лежала на боку, оперевшись на локоть. Выезжая, ложе медленно крутилось вокруг своей оси, чтобы каждый мог со всех сторон рассмотреть королеву этой ночи.

Алиада грациозна спустилась с кровати, по специальным ступенькам. Очарованная толпа расступалась, пока красавица двигалась к матери. Подойдя к возвышению, где сидела Тиида, девушка встала перед ней на колени и склонила голову. Мать поднялась и подошла к дочери.

— готова ли ты нести службу во имя ВакХалла, Алиада?

— да матушка — не поднимая головы, произнесла брюнетка.

-готова ли ты отдать свое тело на благо священного пламени?

— готова.

— принимаешь ли ты законы, что писаны нам Великим?

— принимаю матушка.

Жрица положила свою руку на голову дочери и торжественно объявила:

— вы все слышали, Алиада из дома Тииды готова. Да начнется священный праздник. И пусть сам Пылающий спустится к нам!

Девушка поднялась с колен, и мать страстно поцеловала ее.

— благословляю тебя, ступай, сегодня эти стены должны напитаться силой любви.

Будущая жрица благодарно склонила голову и, развернувшись, направилась обратно. Пока она была рядом с матерью, гости успели избавиться от одежды, и теперь брюнетка рассматривала их разнообразные тела. По традиции, посвящаемая могла выбрать десять первых любовников, которые взойдут на ложе вместе с ней.

Миниатюрная белокурая девушка застенчиво опустила глаза, когда Алиада обратила на нее взгляд. Пепельные локоны густым водопадом сбегали по тонким плечам. В меру пышная грудь еле вздымалась. Было видно, что девочка боится вздохнуть.

— как тебя зовут — брюнетка подняла лицо девушки, нежно коснувшись овального подбородка.

— Фалия, госпожа — с дрожью в голосе промолвила блондинка. Колодцы ее голубых глаз трепетали от волнения, а дыхание заметно участилось.

— ты очень красива, Фалия — Успокаивающе поглаживая светлые локоны, произнесла будущая жрица — хочешь пойти со мной?

В глазах девочки разгорелся настоящий пожар:

— кон.. Я.. Это огромная честь — сбиваясь, тараторили ее губы.

— не стоит волноваться — Алиада обхватила первую избранницу за талию и под одобрительный гул собравшихся, припала к дрожащим губам.

Фалия робко, как бы не веря в происходящее, ответила на поцелуй.

— это моя первая оргия — потупила она свои глаза-блюдца, но дочь Тииды не ослабляла объятий

— тебе понравится — брюнетка коснулась розовой, девственной щелочки между ног девочки и поднесла чуть влажные пальцы к лицу блондинки.

Та взглянула в глаза будущей любовницы, и обхватила подарок губами.

— идем — Алиада продолжила путь. Фалия оглянулась, встретила одобрение на лицах отца и матери и, улыбнувшись, направилась следом.

Хозяйка сегодняшнего вечера вела себя все смелее. Видимо чувствуя вожделение, которое испытывали собравшиеся, она медленно шла вдоль нестройных рядов гостей.

Ее руки исследовали обнаженные тела. Она обхватывала мужскую плоть ловкими ладошками, прислушиваясь к своим ощущениям. Пробовала на вкус женский сок, обмакивая в него свои пальчики и слизывая его с них.

Постепенно за ее спиной образовалась группа. Три милые девушки, одна из которых служила в их храме и шестеро мужчин. Все они были по своему прекрасны. Алиада всегда предпочитала ухоженные и красивые тела. Но последнего гостя она никак не могла выбрать. Точнее выбрала еще накануне.

Ритуальное ложе все приближалось. Оставшиеся неудел медленно расходились. Те, кто не протиснулся в первые ряды, уже давно разбились на групки и придавались любовным играм.

«где же дядя? Неужели он не пришел?» — метались в голове тревожные мысли. Как вдруг, буквально за пару шагов до конца пути, из-за спин собравшихся выступил он. Мощное, изрисованное узорами тело вызвало у Алиады безумную радость. Роскошный, в меру длинный и очень толстый член был еще мягок. Он не вскакивал по первому зову, как у юных мальчишек, что сейчас шествовали за будущей жрицей в полной готовности. Он требовал умелого обращения. «Но тот, кто сумеет с ним совладать» — рассказывала однажды Ника — «кто заставит ожить эту гордую плоть, тот испытает неземное блаженство».

— дядя Сиварт! — забыв о церемониальной возвышенности, Алиада, словно мaлeнькая дeвoчка, встречающая отца после многомесячного похода, бросилась на шею мастера — вы пришли!!

— как я мог пропустить такой важный день для своей любимицы? И с этого момента никаких больше «вы», ты теперь взрослая.

Брюнетка прижалась к мощной груди своего дяди. Сиварт был братом Тииды, но ее детям всегда был за место отца.

— спокойнее, девочка. Пойдем — прошептал на ухо будущей жрице мастер рун — не пристало в твоем положении так себя вести.

Алиада отстранилась возвращая былую манерность, и потянула последнего избранника за собой.

Взойдя на ложе, она развернулась к залу и отстегнула воздушную ткань, закрывавшую ее промежность. Качаясь в воздухе, та медленно опустилась на пол возле ступеней. Внутренняя поверхность бедер Алиады блестела от влаги.

— сегодня — громко заговорила брюнетка — я хочу чтобы каждый из вас насладился теплом великого пламени — ее избранники медленно поднимались к ней — я хочу, чтобы великий ВакХалл возрадовался нашей любви и благословил каждого — оно развела руки в стороны, и опустилась на колени. Последним поднялся Сиварт и подошел прямо к своей племяннице. Остальные обступили ее. Руки любовников потянулись к нежному телу.

Внимательные взгляды гостей следили за происходящим. Даже те, кто уже в полной мере вкушал прелести праздничной ночи, замерли.

Алиада взяла достоинство своего дяди хрупкой ладошкой, как бы взвешивая его:

— сегодня я стану огнем, и согрею ваши тела и души! — с этими словами она обхватила губами гигантский член мастера и, закрыв глаза, полностью погрузила в свой ротик. Ее язычок, еще не достаточно опытный, но компенсируя вечной жаждой, ласково и игриво пустился исследовать мягкую, теплую плоть. Гости вернулись к веселью.

— у вас чудесная дочь — Тиида, наблюдавшая за успехами Алиады, обернулась к внезапному собеседнику.

— спасибо. Мне кажется мы не знакомы? Почему вы до сих пор не празднуете? И одежда…

Незнакомка была одета в зеленый плащ с капюшоном, накинутым на голову. Лица девушки было не видно.

— зря вы не послушали этого толстяка — не обращая внимания на вопросы хозяйки, продолжила незнакомка — я знаю на что способна инквизиция…

— откуда вы знаете про… Кто вы такая? — тревога нарастала в голосе жрицы.

— это важно? Я гость в вашем храме и сегодня намерена праздновать со всеми. Зовите меня Виара.

Собеседница откинула капюшон, и Тиида поразилась, сколь прекрасно ее лицо и сколь печальны зеленые как изумруды, глаза.

Черные пряди волос были туго сплетены в короткий хвост.

— ваша младшая дочь станет великой жрицей — не сводя взгляда с юной Алиады, страстно сосущей член дяди, пока молодой юноша громко пыхтит, вцепившись в ее упругие бедра, а остальные ласкают друг друга — сам ВакХалл обратил на нее свой взор.

— откуда вы знаете?

— он сам сказал где ее найти.

— вы говорили с Огненным?

— какой смысл мне врать? — пожала плечами Виара.

Тиида присмотрелась к неожиданной гостье

— ваше лицо. Не могу понять, вы…

— северянка? — перебив жрицу, спросила незнакомка.

— да, на северянку, и меня это беспокоит.

— меня не стоит бояться — девушка встала и скинула с себя плащ. Идеальное, точеное тело покрывали узоры верховной жрицы. Увидев знаки, Тиида склонила голову с уважением:

— простит за мое недоверие.

— не стоит. В такие времена подозрения естественны. Вот только ты была слишком самонадеянна. Как ты думаешь? Где сейчас ваш наместник?

— он ушел, после нашего разговора.

— именно, а ты думала куда? Ладно, Уже ничего не изменишь, я бежала с севера больше 30 лет назад, и знаю что ждет эти земли и этот храм в частности. Тиида, я должна тебе кое что рассказать, но не хочу портить такой чудесный вечер, давай сперва отпразднуем?

— конечно — жрица смотрела на свою собеседницу с трепетом и тревогой одновременно. Огромная мощь скрывалась внутри этой незнакомки, и Тиида отчетливо ощущала ее. Понимая что девушка о многом недоговаривает, хозяйка не смела докучать лишними вопросами.

— матушка, представишь мне нашу гостью? — Линдан подошел незаметно, и обнял брюнетку за талию. Его крепкий член уперся в упругую попку. Заметив замешательство Тииды, гостья убрала руку за спину, ухватившись за стержень парня и повернула голову на бок:

— мое имя Виара. Покажешь, чему тебя научила мама? — она взяла юношу за руку, обнимавшую тонкую талию, и опустила ее себе между ног.

— я ненадолго оставлю вас, хочу подышать воздухом — улыбнулась мать, и направилась к выходу. Линдан резко развернул новую любовницу и поднял на руки. Девушка обхватила его шикарными стройными ногами. Юноша проник в мокрую, словно горный ручей, щель и они слились в поцелуе.

— я люблю тебя, дядя — простонала Алиада, чуть обернувшись к Сиварту, который резкими толчками растягивал ее нежный анус. Девушка оседлала одного из гостей, впуская его в свою сладкую щель, а дядя обнимал ее сзади.

— девочка моя! — стонал он, глубоко проникая в попку — я тоже люблю тебя.

Фалия была в том же положении, что и Алиада.

Девушки скакали на крепких членах, лицом друг у другу и целовались.

Третьей в их поцелуе была служительница храма, которая принимала сразу два ствола в свою заднюю дырочку.

Последний из мужчин, подставлял свой стержень под поцелуи любовниц, и они с жадностью боролись за право им обладать.

— Жрица — обратился крепкий блондин, член которого пытались поделить любовницы — вы отпустите меня? — Алиада выпустила мокрый и сладкий ствол парня, проследив за его взглядом.

Юноша наблюдал за Эосом, который страстно целовал русую девушку. Он сидел на ковре, а она обхватив его ногами, плавно двигала бедрами, впуская в себя крепкий член.

— это Кассия? — не останавливая свою скачку, спросила брюнетка.

— да, моя сестра — любовник мечтательно смотрел в сторону страстной пары.

— иди, и возвращайтесь вместе. Я не хочу лишать тебя удовольствия, но и сама не хочу лишаться его — она нежно поцеловала крупную головку и брат Кассии поспешно направился к сестре.

Эос страстно поцеловал недавнего любовника будущей жрицы, потом тоже самое сделала Кассия.

Юноша что-то быстро сказал, и все трое направились к ложе.

— сестренка, ты пустишь нас в вашу компанию? — Эос приближался к с сестре обнимая Кассию и ее брата. Его член покачивался из стороны в сторону.

— ты же знаешь, я всегда тебе рада — схватив рукой, покрытую липким соком плоть, Алиада тут же взяла ее в рот.

Виара наслаждалась обществом Линдана, когда Тиида вернулась. Гостевой зал был переполнен стонами и криками бьющихся в экстазе тел, среди которых пробиралась жрица.

— мама хорошо тебя обучила — стонала любовница ее сына, оседлав юношу.

— Виара — хозяйка дома положила руки на плечи своей гостье, слегка разминая их — ты довольна?

— у тебя образцовый сын — зеленоглазая откинула голову, взглянув на Тииду — а ты почему не участвуешь? Оох — она снова обратилась к Линдану — сделай так еще.

Юноша схватил пальцами соски наездницы и потянул на себя.

— дааа — девушка закусила губу, и по телу побежала мелкая дрожь.

— я как раз хотела к вам присоединиться, если не возражаете — Мать обошла любовников и развернувшись к ним спиной, пристроила свою девочку к губам сына.

Виара ускоряя темп, потянулась своими руками к спине Тииды, и поглаживая ее, опустила ладони на аппетитные ягодицы. Жрица бросила страстный взгляд через плече, и согнулась вперед, уткнувшись лицом в мягкий ворс ковра. Упругие полукружия слегка раздвинулись в стороны, и гостья увидела аккуратное светлое колечко ануса.

Линдан лежал на спине. Его лицо было мокрым от материнской влаги, Виара быстро двигала тазом, впуская в себя любовника. А ее пальцы играли с дырочкой хозяйки дома, растягивая ее.

Внезапно, перед лицом гостьи оказался чей то возбужденный член, и она не задумываясь схватила его губами, жадно втягивая в себя.

Другой участник вечера крепко схватил ее за талию, и без всяких прелюдий вошел в попку.

От неожиданности она на секунду упустила головку, но быстро разобравшись в происходящем, снова поймала ее губами и подалась на встречу новому любовнику, насаживая себя сразу на два члена.

Тиида уже вовсю обрабатывала еще одного мужчину, с небольшим пузиком.

Низкорослый, он стоял перед ней, и вколачивал свой ствол глубоко в горло.

Тот, кому сосала Виара развернулся, и пристроил свой член в мокрую щель матери Линдана. Мальчик тут же переключился на его шарики, которые, словно маятник, раскачивались возле лица.

Сиварт давал фору юнцам, что делили с ним девушек. Когда двое приглашенных любовников уже повалились без сил, залив своей спермой милое личико белокурой Фалии, мастер без устали терзал мокрую щелочку Кассии своим железным стволом.

Титос, так звали брата девушки, оседлал Эоса, с которого только что соскочила Алиада, и они целовались, прижавшись друг к другу.

Алиада, пользуясь короткой передышкой, осмотрела зал.

— Адан! — окликнула она проходящего мимо брата. Юноша был перемазан спермой, внутренняя поверхность его бедер блестела от мужских соков — ты куда?

Парень широко улыбнулся сестре, отер липкую жидкость с подбородка и облизал палец.

— хочу в купальню сходить и вернусь. Чудесная ночь, кажется я сменил за сегодня не меньше 10 парней. Попка гудит. Сестрички уже без сил где то там, видел их — юноша махнул рукой в дальний угол зала и пошел дальше.

Решив не терять больше времени, будущая жрица повернулась к своим любовникам. Фалия и служительница храма ласкали друг друга в позе 69, содрогаясь в едином оргазме, а еще способные на подвиги парни засаживали в них свои члены. Алиада только сейчас поняла: из тех, кто взошел с ней на ложе остался дядя, брат Кассии и Фалия с младшей жрицей. Остальные уже разошлись, уступив место новым гостям.

Кассия, крича, извивалась под напором мастера рун. Когда ее судороги пошли на убыль, Сиварт оставил изможденную девушку в покое, и стал озираться в поисках новой жертвы.

— иди сюда, моя девочка — сильная ладонь впилась в тонкую шейку будущей жрицы, и брюнетка не без удовольствия подчинилась.

— да, дядя — прохрипела она, глотая воздух широко открытым рот.

— смотри как усердствует твой братик — крепкие пальцы сжимали подбородок девушки, развернув ее лицом к Эосу. Юноша буквально подкидывал Титоса, вцепившись руками в упругую попку. Брат Кассии стонал, а его подпрыгивающий член разбрызгивал вязкие капли спермы. Во время этой яростной скачки, кол Эоса выскочил из сокращающейся дырочки любовника, одновременно с первыми выстрелами семени, и Титос тут же принялся сосать пульсирующую плоть.

— все уже заканчивают, и нам пора — с этими словами Сиварт бросил племянницу на подушки и навалился сверху. Его член провалился в липкое хлюпающее отверстие жрицы с легкостью, и он яростно стал вбивать его в Алиаду.

— да! Дядя! Я люблю тебя! Еще! — Девушка стонала, хрипя от удушья.

Мастер сжимал тонкую шейку, словно копейщик древко своего копья.

Грубыми, размашистыми движениями он быстро привел ее тело к блаженным судорогам, и почувствовав, что долг выполнен, дал волю скопившейся в нем силы. Густым потоком, белесый сок наполнил влагалище брюнетки. Его было столько, что нежная щелочка не могла в себе уместить, и вязкие капли стекали на простынь.

Тиида уже отдыхала на мягкой низкой кушетке, когда ее младшая дочь без сил распростерлась на белом, перепачканном ложе.

Жрица довольно улыбалась этому зрелищу. Потенциал Алиады был даже выше чем у нее самой. Она кивком указала двум братьям, что пора закругляться.

Тим и Линдан тут же направились к сестре.

Хозяйка оглянулась по сторонам в поисках своей новой знакомой, но Виары уже нигде не было.

— пора завершать наше празднество — воскликнула Тиида, и вновь ее голос прозвучал тихо, но был слышен в каждом уголке гостевого зала — приведите сюда Алиаду, дочерь Тииды и вечного пламени.

Юноши вели виновницу торжества, придерживая под руки. Клипса на одном из сосков отсутствовала, искусный макияж размазался по лицу. Она шагала на не твердых ногах, улыбаясь. Весь ее вид кричал о том, сколько счастья переполняет юную жрицу.

Девушку разместили в центре небольшой пентаграммы имевшей восемь вершин. Она была выгравирована в виде солнечного диска.

Алиада опустилась на колени и подняла увесистый кубок, заранее переданный ей Норой.

— О великий! Прими меня в свои объятия и овладей мной в эту ночь!

Восемь крепких жрецов, которые специально сдерживали себя во время праздника, занимали свои места вокруг жрицы.

Их плоть буквально разрывалась от бушующей страсти. Налитые кровью, подрагивающие в так ударам сердца члены, копьями уставились в юное личико.

Мужчины с остервенением дрочили свои стволы, пока Алиада пыталась понять, кто будет первым.

Горячая струя ударила в щеку, и девушка тут же подставила кубок, пытаясь поймать священный нектар.

Жрецы выплескивали на нее свое семя густыми струями, и она еле успевала его собирать.

Когда последний, с рычанием закончил, измазанная, вся залитая спермой Алиада аккуратно отдала кубок сестре и принялась слизывать остатки семени с ослабевающих членов.

Нора поднесла почти полный кубок матери и Тиида, откупорив небольшой флакончик, вылила его содержимое, смешивая с мужским соком.

— испей — произнесла верховная жрица, поднося кубок к дочери — завтра ты проснешься жрицей.

Алиада приняла чашу, и припала к ней губами. Большими глотками она пила тягучую жидкость, пока последняя капля не упала ей в рот.

Сознание начинало плыть, тело одолела слабость. Девушка выронила кубок, и звон от его падения эхом зазвучал в голове.

Этой ночью ей будут сниться прекрасные сны. Ее отнесут в покои и оставят открытыми двери.

По традиции, любой гость, который останется в храме с ночлегом, сможет войти и овладеть ею.

По поверию, сам ВакХалл посещает будущих жриц и жрецов, почувствовав то море энергии, которое возникает во время оргии. В своем материальном воплощении бог, находит открытую дверь, и наряду с остальными гостями, придается утехам. К жрицам он приходит в обличии сильного мужа, к жрецам в виде пышногрудой девушки. Вкушая их тела, он одаривает посвященных частичкой себя.

Перед глазами Алиады плыл туман, мир кружился. Звуки были приглушены. И вот, на самой границе между явью и сном, сквозь полуоткрытые веки, девушка успела увидеть как двери за спиной матери распахнулись, и в зал стали врываться вооруженные люди. Голые, обессилившие гости не могли сопротивляться.

Откуда-то, из внешнего мира раздавались приглушенные крики. Трое фигур, в белых балахонах, с капюшонами натянутыми на лица, скинули ничего не понимающую мать на пол. Эос попытался вступиться, но получив сильный удар в затылок, обмяк словно мешок.

Одна из фигур приблизилась к девушке, и последнее что успела запомнить брюнетка, был крест, удерживаемый в лапах белого орла, вышитый на мантии. Тьма заволокла сознание, погружая Алиаду в ритуальный сон.

— наставник сказал, пленных мы взять не сможем. — жаль, мaльчики бы пришлись храмовникам по вкусу — двое младших инквизиторов запахивали рясы, обсуждая вчерашнее нападение.

Прикованная к чему-то, Алиада медленно приходила в себя. Ее ноги были растянуты в разные стороны, а из щелочки что-то вытекало. Эти двое явно воспользовались беспомощностью.

— О, очнулась — один из мужчин улыбнулся, оголив свои желтые кривые зубы — понравилось посвящение, шлюха? Мы с Виктором знатно тебя посвятили, пока ты обдурманеная тут была.

— интересно, в ком из нас тебя посетил твой не до бог? — заржал второй.

Алиада попыталась пошевелиться, однако тело ее было крепко сковано. Кандалы больно впились в запястья, и девушка тихо вскрикнула.

— цыц — плеть со свистом рассекла воздух и врезалась в нежную кожу жрицы.

Слезы выступили на глазах и увиденное перед отключкой всплыло в памяти.

Еще удар. За ним еще. Алиада собралась с силами, сдерживая крик, рвущийся из груди.

«что же это происходит? Откуда тут инквизиция? Почему именно сейчас, когда она стала жрицей?»

— хватит — прервал поток мыслей один из мучителей — она не кричит, так не интересно.

Удары прекратились.

— дай ка я еще ей попользуюсь, пока ее не обрезали, перед сожжением. Вот тогда-то она покричит всласть — отложив плеть, инквизитор распахнул подол мантии, и, поглаживая член, подошел к девушке.

— вот так, хорошая девочка — улыбаясь своей гнилозубой улыбкой, он устроился между ног и стал насиловать полную спермы щель.

Алиада зажмурилась, стараясь отогнать от себя удовольствие. Это было не трудно, учитывая осознание грядущего.

— вреж этой суке — прохрипел насильник, и его напарник отвесил сильную пощечину по залитому слезами лицу — еще! — ему явно нравилось наблюдать за страданиями жрицы.

Потянувшись рукой к груди, он со всей силы выкрутил молодой сосок, и Алиада закусила губу, наполнив рот привкусом крови.

— дааа — выдохнул служитель АнГалла, содрогаясь и заполняя своим семенем брюнетку — твоя очередь — он отступил, уступая место подельнику. Тот сразу занял вакантное место, запихивая свой кол в попку.

— ну что? Где ваш извращенный божок? Помог он тебе? — неустанно вбивая свой член, шипел инквизитор — сейчас твоим братикам отрезают их игрушки. Не будут они больше оскорблять этот мир своей похотью. Сестричкам твоим выжжем их грязные щелки. Потом вы с вашей шлюхой матерью будете наблюдать, как они сгорят в священном пламени, насаженные на колы. А дальше ваша очередь. Тебя велено оставить на последок, так что ты увидишь смерть своей похотливой семейки, прежде чем огонь заберет тебя..

— а вы чем лучше? — набралась смелости Алиада — грязные, гнилозубые уроды. Кричите про нравственность, пока трахаете меня, беспомощную и не желающую вас. Мы дарим любовь и наслаждение, а вы боль, страдания. И кстати, разве ваш светлый бог не запрещает прелюбодеяние?

— что? — изумился один из насильников — эта грязная шавка еще смеет разговаривать? — крепкий кулак врезался в нежное личико, и кровь из рассеченной брови залила глазницу — во время святого похода, АнГалл закрывает глаза на многие вещи, так что насиловать неугодных врагов его, это благо. И твой божок тебе не…

Неоконченная фраза утонула в хрипе и бульканье. Алиада скосила глаза в сторону своего насильника и увидела алый ровный разрез на его горле. Густая красная жидкость фонтаном брызгала из раны, заливая юное тело. Инквизитор тянулся руками к шее, выпучив стеклянные глаза в недоумении.

— ВакХалл не оставляет верных в беде, тут ты ошибся — тихий голос прозвучал за спиной насильника. Когда тело осело словно мешок, девушка увидела фигуру в зеленом плаще с накинутым капюшоном. Из темноты мерцали два изумрудных глаза.

— пойдем, времени мало — незнакомка споро расстегивала крепления и зажимы, удерживающие Алиаду.

— но как же мама? Мои братья, сестры? Что будет с остальными?

— этот бой проигран, я не могу им помочь, но если ты любишь их, то пойдешь со мной, сохранив ваш род и веру.

— я не могу их оставить — отрицательно покачала головой жрица.

— или ты пойдешь со мной, или сгоришь на костре — незнакомка протянула руку.

Алиада секунду взвешивала сказанное спасительницей

— шансов спасти мою семью нет?

— их уже вывели во двор, слышишь крики?

И правда, сквозь толщу стен винного погреба, были едва различимы крики мужчин и женщин — сейчас придут за тобой. Идем, я укрою нас. Но надо держаться подальше от главарей, они видят сквозь мои чары.

Схватив кусок ткани со стола, Алиада наспех обернула ей свое тело.

Скрип двери заставил ее обернуться, но не успела она испугаться, спасительница молниеносно отреагировала.

Тенью она метнулась к дверям, скидывая свой плащ. Первый гость мешком повалился в дверном проеме, хватаясь за горло.

Второй застыл с немым вопросом в глазах, судорожно изучая рукоятку клинка, который торчал у него из груди. Девушка, с грацией пантеры, выдернула кинжал, вытирая его о мантию медленно оседающего тела врага.

— идем, пока еще не слишком поздно, их скоро хватятся.

Рассмотрев спасительницу, Алиада узнала жрицу, с которой отдыхала ее мать во время ритуала. Изящное гибкое тело было облачено в элегантную, довольно откровенную кожаную броню.

Щитки на руках и ногах горели волшебным огнем. Едва заметные трусики прятали только самое важное. На груди были небольшие накладки, прикрывающие соски. Волосы забраны обручем, в центре которого горел рубин, подходящий к цвету ее глаз. Непонятно, как такая броня вообще могла защитить.

Переступая тела, девушки вышли в коридор и направились к выходу. Виара на секунду закрыла глаза, с тонких пальцев сорвались сполохи, и огненные искры разлетелись вокруг, облепляя кожу.

— нам придется пройти через двор, увиденное тебя потрясет, прошу, будь сильной.

«Потрясет», это слабо сказано. Каждая клеточка тела жрицы тряслась. Она старалась плакать как можно тише, когда на ее глазах братьев привязывали к огромным шестам, под которыми были заготовлены дрова для костров. И чудовищных размеров колья, угрожающе направленные им между ягодиц.

Низенький толстопузый наместник, с раболепием семенил за верховным инквизитором, придирчиво осматривавшим приготовленных к казни.

— ублюдок — жалость к себе и родным перерастала в злость — сколько раз этот жирный лысеющий бурдюк вкушал наше гостеприимство? Сколько раз мои сестры дарили ему себя? Вот как он отплатил?

— такие как он всегда ищут место, где их шкуры будут в тепле — отвечала Виара — смирись, ты сильная. Твоя мать хорошо тебя обучила, но ты не знаешь законов людей, и того, какими подлыми они могут быть.

Инквизитор подошел к Тииде, которая была привязана к столбу, расположенному напротив остальных, рядом с ней пустовало место, подготовленное для Алиады. .

— покайся — спокойным голосом произнес он — прими волю АнГалла, и твоим детям сперва перережут горло.

— не слушай этого выродка, мама — прохрипел Эос. На месте его члена зияла обожженная рана. Алиада поспешно отвела взгляд, не в силах смотреть на увечья брата.

Инквизитор смерил юношу снисходительным взглядом и снова обратился к Тииде

— ты обрекаешь детей на муки, я даю тебе шанс избавить их от этого.

— я никогда не предам своей веры, выродок — жрица плюнула прямо в лицо врагу.

Облаченный в белую мантию, невозмутимо вытер лицо — видит бог, я этого не хотел. Когда приведут последнюю шлюху? — с этим вопросом, инквизитор развернулся ко входу в дом, и его взгляд застыл, прикованный к Алиаде.

Барьер, скрывавший беглянок распался.

— взять их — спокойно произнес верховный инквизитор, и с десяток белых плащей устремились в их сторону.

Девушка прощалась с жизнью, как вдруг ее спутница утонула в огненной вспышке. От неожиданности, нападавшие остановились, наблюдая за происходящим, пламя погасло, и перед взорами собравшихся предстала краснокожая женщина, все ее тело было покрыто рунами. Доспехи остались на своих местах, но из головы вились черные рога, за спиной распростерлись кожистые черные крылья, и гибкий хвост извивался подобно змее. Изумрудные кошачьи глаза пылали зеленым огнем.

— я сказал взять их! — взревел носитель белой мантии на своих подчиненных.

Бойцы скинули оцепенение и продолжили наступать.

— кто ты? — Алиада завороженно смотрела на свою преобразившуюся спутницу.

— мое имя Нексбет, на остальное нет времени — краснокожая колдунья закрыла глаза. Узоры на теле стали светиться огнем. Щелкнул хвост, и с кончиков пальцев сорвалось пламя.

Волна огня поглотила наступавших, обращая их кости в пепел. Верховный инквизитор был переполнен ярости. Выставив свой посох из белой кости, он направился к девушкам сквозь огонь. Каждый шаг давался с трудом. Белая мантия начинала тлеть во многих местах, но под защитой посоха, пламя обтекало его, вновь смыкаясь за спиной. Борода, застывшего позади, Вилантиса начала обугливаться, и в следующую секунду он вспыхнул словно свеча. Живым факелом, толстяк бегал истошно вопя, пока не упал, и прокатившись к подножию столба Тииды, замер.

— обхвати меня за талию — скрежеча зубами, прокричала Нексбет. Алиада тут же обвила руками стройное тело спасительницы. Кожа обжигала, но не причиняла боли.

Вдруг рогатая брюнетка резко опустила руки, и бушующий поток рухнул на землю снопом искр.

Инквизитор, все это время борящийся с сопротивлением чужой магии, рухнул, уткнувшись лицом прямо в пепелище, оставшееся от бывших соратников.

Новые бойцы, что наблюдали за картиной из далека, ринулись в очередную атаку.

Изможденные, изувеченные пленники взирали на происходящее с восхищением, словно забыв о боли. Их мать пристально вглядывалась в лицо колдуньи.

— спаси их — заливаясь слезами, шептала Алиада у самого уха волшебницы — прошу.

Нексбет смерила взглядом площадь, оценивая на что ей еще хватит сил, затем, словно решившись, отстранила от себя девочку и вышла вперед.

— Тиида! Я отведу твою дочь в новый мир! Где сам ВакХалл будет следить за ее успехами. Придет день, и мы отомстим за каждую каплю невинной крови. Я не в силах взять кого-то еще — зеленоглазая качнула головой — но последний дар совершить успею — махнув рукой, она выпустила веер огненных стрелок, каждая из которых устремилась к пленникам. Достигая цели, тела обмякали, а на лицах появлялась блаженная улыбки.

Последний сполох застыл возле лица Тииды, мать кинула взгляд на спасенную дочь — я люблю тебя, дочка! И всегда буду любить — перевела взгляд на Нексбет и, улыбнувшись, слегка кивнула головой. Искра дотронулась лба, и верховная жрица этого дома безвольно ослабла.

Крылатая колдунья резко развернулась, обхватила рыдающее тело юной девушки, и одним взмахом крыльев, взлетела в воздух.

Поместье стремительно удалялось, инквизитор, провожал беглянок яростным взглядом и Алиада смотрела на него, стараясь в деталях запомнить лицо.

Нексбет опустилась на одном из склонов Хиаббы, выбрав удобную площадку для стоянки.

Стоило ей отпустить Алиаду, как рогатая безвольно упала на каменистую, покрытую редкой травой, землю. Крылья за спиной подернулись дымкой и исчезли.

— мне нужно отдохнуть — еле слышно прошептали губы спасительницы.

— я принесу воды — девушка вскочила и направилась к ручью, но остановилась, вспомнив что кроме куска ткани, на ней больше ничего нет.

Потом медленно подошла к журчащему горному потоку, и стянув с себя накидку, опустила ее в холодную воду. Она быстро впитала воду, и обнаженная брюнетка поднесла ее к лицу крылатой колдуньи. Хрустальные капли сорвались в слегка приоткрытый рот, и краснокожая девушка облизала пересохшие губы.

— спасибо, — прохрипела она, слегка взбодрившись — умеешь чертить пентаграммы?

— да, была лучшей -среди сверстников — застенчиво опустила взгляд Алиада.

— отлично — Нексбет сняла с пояса небольшой тубус, и протянула его девушке — начерти вот это, к вечеру нам нужно быть дома — огоньки изумрудных глаз скрылись под защитой век, и спасительница погрузилась в глубокий сон.

Жрица развернула пергамент и принялась чертить изображенную фигуру. В качестве инструмента, девушка взяла кинжал, притороченный на бедре спящей.

Покончив с начертанием, Алиада пошла к ручью.

Очень хотелось смыть с себя этот день, следы рук мучителей, слезы и сажу. Она черпала хрустальную воду, и омывала свое роскошное тело. Ссадины на коже щипало, когда тонкие пальцы касались их. Аккуратно промыв распухший глаз от запекшейся крови, брюнетка подошла к волшебнице. Медленно, чтобы не потревожить отдыхающую, девушка стала стягивать немногочисленную одежду. Аккуратно отложив броню в сторону, Алиада расстегнула застежку трусиков и стянула их. Позвякивая кольчужными кольцами, они были невесомы и пластичны.

Ловкие пальчики развязали боевую портупею с перевязью для кинжалов. Когда Нексбет осталась совершенно обнаженной, девушка снова намочила кусок материи и стала омывать прекрасное тело. Ее взгляд блуждал, изучая многочисленные узоры и руны, пока влага ручейками стекала по красной коже.

Закончив, Алиада почувствовала как сильно устала сама.

Прижавшись к своей спасительнице, девушка нежно обняла ее. Сон тут же поглотил измученный разум.

— просыпайся — голос звучал где-то далеко, за гранью реальности — нам пора, Алиада — кто-то ласково гладил девичье плечико.

— мамуля, встаю — потягиваясь, жрица обняла нежную шею склонившейся над ней Нексбет и открыла глаза. События прошедшего дня тут же навалились с новой силой. Опешив, девушка села, оперевшись руками о каменистый грунт.

— почему это случилось? Почему со мной? — слезы снова поделили прекрасное личико на три части.

— потому что они бояться нашей силы — мягкие пальцы колдуньи ласково стерли соленую влагу.

Алиада коснулась лица, и зажмурилась от пронизывающей боли. Глаз заплыл полностью.

— негоже являться домой в таком виде — прошептала Нексбет, и ее красные пальцы зашевелились над ранами. С кончиков срывались теплые искорки, проникая под кожу. Спустя пару минут, изумленная жрица трогала места побоев, но от них не осталось и следа.

— как ты.. — девушка осеклась, вспоминая огненные вихри, творимые магией этой рогатой колдуньи. Та лишь улыбнулась, притягивая пухлые губы брюнетки к себе.

Поцелуй обжигал, и его тепло заполняло каждую клеточку тела, наполняя силой.

— не печалься, я не оставлю тебя, когда-нибудь мы отомстим за все — их губы снова слились в обжигающем прикосновении.

Алиада отогнала от себя печальные мысли, ей необходимо было отвлечься, и нежные прикосновения Нексбет помогали лучше любых лекарств. Девушка обхватила свою спасительницу, прижимая к себе.

Изящно прогнувшись, краснокожая нимфа покрывала поцелуями грудь, откинувшейся назад жрицы. Ее хвост раскачивался из стороны в сторону словно маятник.

Медленно, она опускалась по плоскому животику, и вот страстные губы коснулись влажной щелочки девушки. Стон вырвался из груди Алиады, и жрица схватила любовницу за рога, прижимая лицо себе между ног. Словно ненасытная кошка, Нексбет ласкала своим язычком розовые лепестки, всасывая их в ротик.

— не останавливайся, умоляю — сквозь стоны шептала брюнетка, повалившись на спину.

— и не подумаю — хищно улыбнувшись, демонесса облизнула губы. Ее язык был слишком длинным для человека. Она снова припала к манящей розовой дырочке, и Алиада закатила глаза.

Два роскошных тела ласкали друг друга в окружении скал. Нексбет сидела верхом на животе девушки, ее хвост утонул в нежной щелочке любовницы. Жрица стонала от жарких проникновений, а краснокожая ласкала свой клитор, заливая своим соком девичий пупок.

Нежное тело забилось в судорогах оргазма, и Нексбет поднялась на ноги, с довольным видом наблюдая за сладкой мукой любовницы.

— вставай, мы сможем продолжить дома.

Алиада кое как встала. Ее до сих пор слегка трясло — где этот дом?

— увидишь — рогатая девушка вошла в начертанный на земле круг, внутри которого пересекались геометрически выверенные линии пентаграммы, вскинула руки, тихо шепча слова на непонятном девушке языке. Спустя пару минут круг начал светиться, и каждая линия вспыхнула как костер

— подойди ко мне — приказала колдунья — обними.

Алиада послушно выполнила наказ, тем более прижиматься к такому чудесному телу было очень приятно — ВАРИАКХИМ — прозвучал конец заклинания, и языки пламени взметнулись в вечернее небо. Мир исчез, наполняясь рыжим огнем. Но он не обжигал, только согревал, словно крепкое вино с северной части Раабоса.

Девушка не успела насладиться приятным теплом, огонь погас столь же резко, как и вспыхнул.

Две прекрасные брюнетки, одна краснокожая, с черными как смоль рогами и зелеными изумрудами глаз, вторая юная, кареглазая, стояли обнявшись посреди открытой террасы высокой башни. Вместо неба над их головами бушевали пожары и сполохи.

— теперь ты дома — отвлекая от созерцания огненной красоты, хозяйка башни увлекла девушку в свои покои — Орис, Дориан, встречайте гостью, у нее был тяжелый день.

Орис, темноволосый юноша, чье тело было разукрашено даже изящней, чем у ее дяди и Дориан, темнокожий и дружелюбный на вид гигант, обступили прибывших. Нексбет передала свою спутницу в их крепкие руки.

— пойдем Алиада, мы уже приготовили купальню, тебе стоит немного расслабиться — белозубая улыбка Дориана заставила девушку успокоиться, и она последовала за новыми знакомыми.

— где девочки — кинула вслед уходящим хозяйка.

Орис обернулся — гуляют в окрестностях, обещали скоро быть.

Все трое скрылись в арчатом проходе, и услышав плеск воды, дочерь бога довольно упала на свое ложе…

Прошу прощения за большое количество текста, но я не преследую цели писать лишь короткие сценарии к порнофильмам. Мне интересно увлечь Вас еще и сюжетом. Познакомить с героями, развить историю, чтобы следующие рассказы читались интереснее и знакомые Вам герои полюбились, как персонажи любимого сериала;) пишите кому понравилось, задавайте вопросы и предлагайте свои идеи, может быть в этом мире и для них будет место.

Продолжение не обещаю скоро, но обещаю, кто лично напишет что ждет, всех уведомлю о издании. Много уже написано, но нужно дорабатывать.